Новенькая - Френсин Паскаль

Сестры уставились сначала друг на дружку, потом на полупустую коробку. Джессика схватила ленту, поспешно перевязала коробку и сунула ее в холодильник.

– Может, клиент на диете? – проговорила она с надеждой.

– Не думаю, – донесся с порога веселый голос. – Насколько я поняла, он как раз большой любитель поесть.

Ребята как по команде обернулись. В кухню вошла их мама, стройная привлекательная блондинка, и поставила свой кожаный портфельчик на табурет.

– Ладно уж, не бойтесь. Я ведь научена горьким опытом, так что привыкла иметь кое-что про запас.

С этими словами миссис Уэйкфилд открыла холодильник и из самой глубины извлекла еще одну картонную коробку. Осторожно поставив ее на стол, она сняла ленточку, и их глазам предстал великолепный лимонный торт-безе. Таких огромных тортов они еще не видели.

– Вот это да! – Стивен впился глазами в торт. – Видно, клиент большая шишка, если ты его так встречаешь.

– Да, мистер Деннис – известный кинодраматург. Он хочет, чтобы моя фирма занялась отделкой его дома и офиса. И потом, он в городе человек новый, пусть поймет, что его переезду в Ласковую Долину все очень рады.

Сестры так и остолбенели. Но теперь уже не из-за торта.

– Это что, те самые Деннисы, которые поселились на нашей улице?

Элизабет знала, что дизайнерам часто приходится сталкиваться с интересными людьми. Но на сей раз встреча не сулила ничего хорошего. Это уж вне всякого сомнения!

– Так это они придут в гости? – Глаза Джессики гневно сверкнули.

– Отвечаю на оба ваши вопроса: да! – Миссис Уэйкфилд осторожно вынула торт из коробки и положила на красивое стеклянное блюдо. – Готова поспорить, – продолжала она с улыбкой, обращаясь к Стивену, – как только ты узнаешь, к какому фильму написал сценарий мистер Деннис, ты помчишься за блокнотом для автографов.

– Вряд ли это будет что-то стоящее, – небрежно заметил Стивен. – Ни одна знаменитость не захочет жить в Ласковой Долине.

– Напротив. Это же чудесно – возвращаться после суматошного рабочего дня домой, в Ласковую Долину, зная, что увидишь синее небо и белый пляж… Как бы то ни было, автор „Автомобильных каскадеров" думает именно так.

– „Автомобильных каскадеров"? – У Стивена был такой ошалевший вид, словно он только что выиграл миллион долларов. – Так значит, автор самого потрясающего фильма всех времен будет нашим соседом? И придет к нам сегодня вечером?

Джессику новость мало обрадовала. Она тоже видела этот фильм. Но кроме того, она видела дочку нового соседа. Нет, никогда в жизни ей не понравится Брук Деннис.

– Это лишний раз доказывает, что за деньги не все купишь, – категорично заявила Джессика. – Иначе у вашей знаменитости была бы нормальная дочка, а не монстр какой-то.

– Джессика, я думаю, ты изменишь свое отношение к Брук Деннис. Посидите, попьете чаю.

– Да я скорее умру!

Взглянув на ошеломленные лица, Джессика поспешила объясниться:

– Однажды, когда я выгуливала собаку миссис Брэймбл, Брук Деннис хотела пнуть Салли ногой!

– Не понимаю, за что можно рассердиться на Салли? – удивился Стивен.

Уэйкфилды брали собаку к себе на выходные, пока старушка хозяйка гостила у родственников, и Стивен до сих пор с нежностью вспоминал о тех днях.

– Она ведь безвредная полуслепая псина, даже мухи не обидит.

– Салли попыталась лизнуть ей руку – так Брук словно взбесилась. Видимо, собака оказалась недостаточно породистой для нее.

Вспомнив, как Брук отшвырнула бедную Салли носком модной туфельки, Джессика содрогнулась.

– Мисс Задавака сказала, что она отлично разбирается в собаках и что Салли – самый жалкий представитель своей породы!

Прихватив свое баскетбольное снаряжение, Стивен направился к двери.

– Ладно, пускай она хоть трижды чудовище, как ты говоришь, я все равно жду не дождусь встречи с ее отцом. Джес, а вдруг она окажется не такой уж плохой? Ну, пока. Увидимся после тренировки.

Дверь за ним захлопнулась.

Джессика не могла взять в толк, почему все защищают Брук, даже не познакомившись с ней.

– Подождите, вы еще вспомните мои слова! – сказала она матери и Элизабет.

Элизабет и впрямь решила подождать. Вообще-то она видела Брук, правда мельком, и та ей тоже не понравилась, но не стоит торопиться с выводами, решила она.

Спустя несколько часов Элизабет писала сочинение, а Джессика репетировала у себя в комнате перед большим зеркалом. Дверь в комнату была открыта. Совершенно не замечая, что мешает сестре, Джессика во все горло выкрикивала новую речевку команды болельщиц Бустер-клуба:

– Даешь П!

Элизабет заткнула уши и попыталась сосредоточиться на „Черном Красавце".

– Даешь О.

Элизабет не сомневалась, что, сочиняя своего „Красавца", писательница Анна Севел и вполовину так не мучилась, как мучается она, сочиняя отзыв об этом „Красавце".

Элизабет прошла в ванную, которая отделяла ее комнату от комнаты Джессики, и нарочно изо всех сил хлопнула дверью.

– А теперь – Д и У! Что получилось?.. – продолжала орать Джессика.

„У меня, например, получился всего один абзац, – подумала Элизабет, – и, пока эта репетиция не кончится, вряд ли еще что-нибудь получится". – Даешь ПОБЕДУ!!! – завопила Джессика и, распахнув дверь, пробкой вылетела из комнаты.

Приземлилась она на кровати Элизабет.

– Бесполезно! Ничего не запоминается! – сердито заявила она, переворачиваясь на живот и болтая в воздухе длинными загорелыми ногами. – Ну и вечерок нам сегодня предстоит! Ничего в голову не лезет!

– Мне тоже в голову ничего не лезет от твоего крика! Может, закроешь дверь и попробуешь репетировать потише? А то мне некогда будет знакомиться с новой соседкой. Так и проторчу весь вечер за уроками, без торта.

– Вот здорово, Лиз! Отличный предлог, чтобы не выходить к Брук. Скажу, что у меня уйма уроков.

Элизабет подсела к сестре.

– Идея-то ничего, – сказала она со смехом, – но кто поверит, что уроки помешали Джессике Уэйкфилд полакомиться лимонным тортом?

– Ой, ты права. – Джессика досадливо оттопырила губку. – Тогда придется заболеть. – Она подмигнула Элизабет. – Это будет нетрудно. Меня уже сейчас тошнит, как только подумаю о Брук Деннис. Представляешь, на выходные она вырядилась в юбку и чулки. Видок был точно с обложки журнала „Семнадцать лет".

– По-моему, это как раз то, к чему стремятся твои подруги, – поддразнила ее Элизабет.

– Смейся, смейся, как бы потом не пожалеть, – предостерегла ее Джессика.