Побег - Френсин Паскаль

– А, вот и ты, Лиззи! – Джессика Уэйкфилд отделилась от группы школьников и бросилась навстречу Элизабет. – Я устала тебя ждать!

Сестра внимательно посмотрела на нее. Зеленовато-голубые глаза Джессики сегодня казались особенно огромными, и вся она, от кончика носа до мысков сандалий, была сама невинность.

– Нет, это я устала, – строго сказала Элизабет, – я жду целых полчаса. Мы ведь договорились встретиться не у спортзала, а перед школой. Или ты забыла?

Когда дело касалось обязательности и пунктуальности, Джессика отличалась от своей сестры-близнеца, как ночь ото дня. Она всегда в неподходящий момент отвлекалась на что-нибудь постороннее и забывала о своих обещаниях. Вот и теперь: все ее внимание было устремлено на шикарного Брюса Пэтмена, вернее, на две загадочные бумажки, которыми он размахивал.

– Я и вправду забыла, где мы встречаемся, – призналась Джессика. – Но это даже к лучшему. Тебя здесь ожидают интереснейшие новости.

У Элизабет никогда не получалось долго обижаться на сестру. Вот и сейчас она улыбнулась и вместе с Джессикой присоединилась к остальным.

– Ну, хорошо. Что у вас за сенсация?

– Господи, стоило тебе начать работать в газете, ты уже заговорила, как настоящая журналистка! – поддразнила ее Джессика. – Ну, охотница за новостями, ты готова к самой важной, самой убийственной и сногсшибательной сенсации? Сегодня утром начали продавать билеты на концерт Джонни Бакса!

Джонни Бакс! Так вот из-за чего шум. Элизабет вспомнила последний приезд этого известного рок-певца в Ласковую Долину. Тогда добрая половина ребят устроилась лагерем перед гостиницей „Вид на Долину", надеясь хоть одним глазком взглянуть на кумира. Другой половине удалось достать билеты на концерт на открытом воздухе в Секка-Лейк. Теперь Бакс, или Доллар, как его называли поклонники, приезжал опять, и вся школа заразилась рок-лихорадкой. Всем хотелось оказаться в толпе счастливчиков, услышать, как Джонни исполняет песни из своего нового альбома „Лучше баксов – только Бакс!".

Элизабет посмотрела на Брюса. Он сделал вид, будто протягивает билеты Кэролайн Пирс. Но лишь только Кэролайн и ее подруга Элиза потянулись за сокровищем, Брюс выхватил билеты у них из-под носа.

„Даже если учесть, что Кэролайн – самая страшная сплетница во всей школе, все равно так вести себя не годится", – подумала Элизабет.

– Это наверняка два билета в первый ряд на концерт Доллара, – предположила Элизабет.

– Ну, конечно! – взвизгнула Джессика. – Брюс купил билеты первым из всей школы! Он сказал, половина уже распродана. А до концерта еще целая неделя.

Элизабет нахмурилась:

– Брюс Пэтмен всегда первый. Можешь не сомневаться, толкаться в очереди за этими билетами ему не пришлось.

Брюс Пэтмен был единственным сыном в самой богатой семье Ласковой Долины, и ему все доставалось без особого труда. Как раз сегодня за обедом Кэролайн сообщила Элизабет, что мистер Пэтмен собирается стать спонсором двух младших бейсбольных команд школы – только затем, чтобы Брюс мог играть в них подающим!

– Какая разница, где он достал эти билеты, – Джессика нетерпеливо тряхнула длинными золотистыми локонами. – Главное – увидеть Джонни Бакса! И на сей раз на концерте!

Обе они прекрасно помнили, как волновались год назад, когда этот молодой красавец показался из задней двери отеля – раздать автографы фанатам, ждавшим его все утро. Он подошел ближе, и толпа словно взбесилась. Все толкали и пинали друг друга, пытаясь дотронуться до певца. К несчастью, девочек оттеснили в самый конец.

Но даже один взгляд, брошенный на рок-звезду, стоил многих часов ожидания. Джонни был точно такой, как на фотографиях с обложек альбомов. Длинные, вьющиеся светлые волосы почти закрывали ему лицо. Хотя он был всего на несколько лет старше девочек и их друзей, мужественность и какая-то особая изысканность, сквозившие во всем его облике, делали его совершенно недосягаемым.

Джонни Бакс успел подписать всего три пластинки. Рядом появился его менеджер. Шепча Джонни что-то на ухо, он осторожно потянул его в сторону от фанатов. Толпа недовольно заворчала. Сотни ребят размахивали пластинками, постерами и даже кроссовками. Они умоляли любимца оставить еще хоть один автограф.

Джонни вдруг улыбнулся и швырнул свою полосатую кепку прямо в толпу. Сестры рванулись за ней, словно не было на свете большей драгоценности. Элизабет почувствовала, что ее пальцы вцепились в широкий козырек. Счастливей ее не было никого.

Теперь, глядя, как Брюс дразнит остальных своими билетами, она вдруг вновь почувствовала боль и смущение, как тогда, когда Джессика отняла у нее драгоценный трофей.

„Ух ты! – воскликнула она. – Как здорово, что ты мне ее поймала. Если бы не ты, моя кепка оказалась бы у тех ребят сзади".

„Твоя кепка? Но ведь это я ее поймала!"

„Но ты же видела – Бакс смотрел прямо на меня, когда кидал ее! Он хотел, чтобы именно я ее поймала. Наши глаза встретились, и я не смогла пошевельнуться. Меня охватило теплое, восхитительное чувство – знаешь, я испытываю тоже самое, когда целую его фотографию перед сном. Слава Богу, у меня такая проворная сестра!"

В общем, хотя драгоценный сувенир по праву принадлежал Элизабет, Джессика стояла на своем, хмурилась и надувала губки, пока не добилась своего. Кепка перекочевала в ее комнату и заняла почетное место возле стерео. В конце концов, родная сестра для Лиз дороже, чем какой-то рок-певец.

– Как ты думаешь, если я возьму свою кепку, Джонни мне ее подпишет? – Все время, пока девочки шли из школы, Джессика не переставала строить планы относительно будущего концерта.

– Ты говоришь так, будто билеты у тебя уже в кармане, – засмеялась Элизабет. – А может, папа с мамой нас вообще не отпустят? В прошлом году они заявили, что мы еще маленькие.

– Не будь дурочкой, Лиз. Мы уже в средних классах, это большая разница. Мы должны туда попасть! Я обещала Джонни, что приду.

– Что? – Элизабет знала, что ее сестра сходит с ума по Джонни Баксу, да и кто бы мог остаться к нему равнодушным?

Все стены в комнате Джессики давно облеплены постерами и фотографиями Бакса, однако общение с ним – это что-то новое!

– Ну, я, правда, не говорила с ним лично. Зато написала ему длинное-предлинное письмо. Я знаю, он обязательно ответит. Я написала, что после концерта он найдет меня прямо перед сценой.

– Почему ты так уверена, что Джонни Бакс различит тебя в самой громадной толпе в истории Ласковой Долины?

– А моя кепка? – Джессика сияла.

– Твоя кепка?

– Я написала, что я – та, которой он бросил кепку у „Вида на Долину", и я надену ее, чтобы он узнал меня на концерте. А еще я написала ему о Единорогах, Лиз. Что весь клуб клянется ему в вечной преданности и предлагает членство.