У-гу! - Карл Хайасен

— Вот об нее вы и запнулись, — пояснил Дикобраз.

— Тут совы живут? — Полицейский Делинко заглянул в дыру. — Большие?

— С пивную банку.

— Что, серьезно? — заинтересовался Делинко.

— Нет, если для протокола, то никаких сов я на участке не видел.

Вернувшись к патрульной машине, Делинко достал планшет с листом бумаги и начал составлять рапорт. Дикобраз — или, по-настоящему, Лерой Брэнитт — назвался «инженером-супервизором» стройки. Когда Делинко для простоты написал «прораб», Дикобраз недовольно скривился.

Полицейский Делинко объяснил Дикобразу-Лерою, что с заявлением о вандализме могут быть проблемы:

— Сержант завернет мне такой рапорт назад: ведь формально ничего не разрушено. Какие-то дети забрались на участок и повыдергали колышки.

— С чего вы взяли, что дети? — удивился Дикобраз.

— А кто еще?

— Зачем детям затаптывать дырки и разбрасывать колышки? Нет, это кто-то специально напакостил, чтоб нам пришлось перемерять всю площадку.

Полицейский задумался. Действительно, на детские шалости не похоже.

— Вы кого-нибудь подозреваете?

Дикобраз был вынужден признать, что конкретных подозреваемых у него нет.

— Ладно, пускай даже дети. И что, тогда это не считается правонарушением?

— Считается, конечно, — ответил Делинко. — Я просто хотел сказать, что формально это не вандализм, а вторжение на частную территорию плюс умышленное нанесение ущерба.

— Ладно, сойдет, — кисло сказал Дикобраз. — Пусть будет умышленное вторжение. Отправлю копию вашего рапорта в страховую компанию. Хоть компенсацию получим за простой и убытки.

Делинко протянул ему карточку с адресом полицейского участка и фамилией сотрудника, который составляет акты о происшествиях. Дикобраз сунул карточку в нагрудный карман спецовки.

Полицейский надел темные очки и уселся в патрульную машину, раскаленную как духовка. Он сразу включил зажигание и на полную мощность врубил кондиционер. Пристегивая ремень безопасности, он заговорил:

— Мистер Брэнитт, еще один вопрос. Просто из любопытства.

— Валяйте, любопытствуйте, — сказал Дикобраз, утирая пот со лба большим желтым носовым платком.

— Насчет этих сов.

— Ну?

— Что с ними будет? — спросил Делинко. — В смысле, когда вы пустите по участку бульдозеры.

Но прораб Дикобраз, кажется, решил, что полицейский шутит.

— Какие еще совы? — ухмыльнулся он.

Весь день странный мальчик не выходил у Роя из головы. На переменах Рой бродил по коридорам и вглядывался в лица: вдруг босоногий все-таки пришел в школу, только чуть позже? Может, он просто бегал домой переодеться и обуться?

Но он так и не появился — ни утром, ни позже. Наверное, до сих пор бежит, думал Рой, сидя в школьной столовой. Во Флориде бегать — одно удовольствие:

Рой за всю жизнь не видел, чтобы все кругом было так плоско. В Монтане вокруг тебя высоченные Скалистые горы, уходящие вершинами в облака. Там даже пологих склонов нет, разве что гладкие бетонные откосы шоссейных мостов.

Но какая во Флориде жара и духота! В иные дни даже дышать тяжело, не то что бегать. У этого пацана, наверное, железная воля, раз он с утра пораньше устраивает такие забеги.

Напротив уселся парень по имени Гаррет. Рой кивнул, Гаррет кивнул в ответ, оба уткнулись в свои подносы с едой и принялись жевать слипшиеся макароны. Рой был новенький и в школьной столовой всегда сидел один, в самом конце длинного стола. Зато он был опытный новичок, новичок-профи: «Южная тропа» в его биографии была шестой по счету школой, а Кокосовый Залив — десятым (на его памяти) городом.

Его отец работал на правительство. Как-то мама, объясняя ему, почему они так часто переезжают, сказала, что отец Роя очень хорошо выполняет свою работу (Рой не знал точно — какую) и его быстро продвигают. Наверное, думал Рой, вот так правительство награждает за хорошую работу: продвигает человека с одного места на другое.

— Эй, — окликнул его Гаррет, — у тебя скейтборд есть?

— Нет. У меня есть сноуборд.

— Ва-ау!.. Прикольно! А зачем он тебе?

— Там, где я раньше жил, было полно снега.

— Чувак, ты б лучше учился кататься на скейте. Потрясная штука!

— Я умею кататься на скейте. Просто у меня его нет.

— Так заводи поскорей, — сказал Гаррет. — Мы с друзьями гоняем на скейтах по торговым центрам. Будешь с нами гонять.

— Ух ты. — Рой сделал заинтересованное лицо. Он не любил толкаться по торговым центрам, но Гаррет хоть разговаривает по-дружески, и на том спасибо.

Гаррет учился кое-как, но в школе пользовался популярностью, потому что кривлялся и шутил во время уроков, а когда его вызывали к доске, надувал щеки и очень натурально издавал пукающие звуки. Гаррет был абсолютный чемпион «Южной тропы» по художественному пуку. Самый знаменитый его номер был такой: утром на классном часе, когда произносят клятву верности американскому флагу, «пропердеть», как он выражался, всю первую строку.

Кстати, мать Гаррета работала в «Южной тропе» психологом-наставником. Наверное, думал Рой, она растрачивает все свои наставнические силы в школе, а когда возвращается домой, на Гаррета ее уже не хватает.

— Носимся там, пока охрана не выставит, — с воодушевлением рассказывал Гаррет. — Потом перебираемся на парковку и гоняем, и оттуда нас тоже выпирают. Полный кайф!

— Классно, — согласился Рой, хоть и не видел ничего классного в том, чтобы бегать от охранников все выходные напролет. Вот прокатиться на глиссере по знаменитым болотам флоридского заповедника «Эверглейдс» — это другое дело! Папа обещал, что они всей семьей съездят туда в какой-нибудь из ближайших выходных.

— Кстати, а тут поблизости нет других школ? — спросил Рой у Гаррета.

— А что? От этой тебя уже тошнит? — загоготал Гаррет, отковыривая пластиковой ложкой кусок клейкой яблочной запеканки.

— Да нет. Просто сегодня на улице я видел странного пацана, — сказал Рой. — В наш автобус он не сел, и в школе его не видно. Вот я и подумал: может, он учится в другой?

— Все местные учатся в нашей, — сказал Гаррет. — Есть еще католическая школа в Форт-Майерсе, но это далеко. А форма на нем была, на этом пацане? У католиков заставляют носить форму.

— Нет, формы точно не было.

— Может, старшеклассник? — предположил Гаррет. — Тогда он из школы Грэма. У нас-то в «Тропе» только средние классы.

Рой уже знал, что «школа Грэма» — это ближайшая к Кокосовому Заливу школа для старшеклассников.

— На старшеклассника по росту не тянет, — сказал Рой.