Ловушка для Буратино - Валерий Роньшин

— У тебя, Толстый, все пироги любимые, — усмехнулся Ромка.

— Это точно. Но яблочный пирог — самый любимый.

Когда с чаем было покончено, Сонечка сказала:

— А теперь рассказывайте подробно, что там у вас за история с похищением?

Мальчишки, перебивая друг друга, рассказали.

— Боже мой, Боже мой, — по ходу рассказа несколько раз восклицала учительница. — В какое страшное время мы живем!

— Да почему страшное? — не согласился с ней Димка. — Нормальное время.

— Твоему отцу приходится бороться с преступностью — разве это нормально?

— Не было б преступности, он бы без работы сидел, — ответил Молодцов. — Пусть уж лучше борется.

— Софья Николавна, можно еще маленький кусочек? — попросил Толстиков.

— Разумеется, Леша., — Сонечка подвинула к нему тарелку с пирогом. — Бери, пожалуйста.

Довольный Толстый взял себе самый большой кусок.

Софья Николаевна посмотрела на Димку.

— Я не пойму, Дима. Если твой отец установит за казино наблюдение, зачем тебе туда идти? — привела она тот же довод, что и Орешкин полчаса назад.

— Как это «зачем»? — Димка вновь начал заводиться. — Бандиты наверняка уже разобрались, что украли не ту девчонку. И Катьке угрожает опасность! Вы что ж думаете, они ее отпустят с извинениями? Как бы не так!..

Молодцов высказал все это с таким жаром, что Ромка тоже начал заводиться. «И правда, — подумал он, ерзая в кресле. — Катьке угрожает опасность, а я тут сижу, чай с пирогом пью…»

— Да пойми ты, Дима, — принялась увещевать Молодцова Сонечка, — каждый должен заниматься своим делом. Органы правопорядка — бороться с преступностью. Вы, дети, — учиться в школе. Милиция без вас во всем разберется.

— Нет, не разберется! — горячился Димка. — Милиции одной с бандитами не справиться. Ей помогать надо. Вот я и хочу помочь!

— Но тебя же не пустили в казино. И не пустят, пока ты взрослым не станешь.

— Не пустили через дверь, найду другой вход, — упрямо проговорил Молодцов.

— Может, все-таки попробуешь через мусоропровод, а, Дим? — предложил Леша, уплетая пирог за обе щеки.

— В этом доме нет мусоропровода, — сказала Сонечка.

— А если через форточку? — Ромка вдруг вспомнил, что рядом с черным ходом он видел окно с открытой форточкой.

— Точно, Орех! — обрадованно воскликнул Димка. — Там же форточка открыта!..

— Мальчики! — повысила голос учительница. — Не фантазируйте. Ешьте лучше пирог.

— Спасибо, Софья Николавна, едим, — потянулся Толстиков за очередным куском.

— Пожалуй, я смогу пролезть через эту форточку, — задумчиво произнес Димка.

Сонечка постучала пальцем по столику.

— Молодцов, я запрещаю тебе лезть в казино. Категорически запрещаю.

Димка угрюмо молчал.

— Ты слышишь, Дима? — продолжала учительница. — Дай слово, что ты не полезешь.

— Не дам, — буркнул Молодцов.

Софья Николаевна поняла, что приказывать Димке бесполезно. Он все равно полезет в казино. И мальчишку там могут просто искалечить, а то и убить. И Орешкину могут убить… Ну, если, конечно, дети не выдумали всю эту безумную историю с похищением и бандитами. Но как это проверить?..

— Вот что, мальчики. — Сонечка решительно поднялась с дивана. — В казино полезу я!

Леша даже пирог жевать перестал.

— Через форточку?! Учительница слегка смутилась:

— Ну, то есть я хотела сказать — пойду.

Мальчишки смотрели на Софью Николаевну, разинув рты. Они не ожидали от Сонечки такого поступка. Сонечка и сама от себя этого не ожидала.

Дело в том, что Софья Николаевна Оладуш-кина ни разу в жизни не ходила ни в казино, ни в ночной клуб, ни даже на дискотеку. И не потому, что была уж очень застенчивой. Нет. Просто ей не хотелось туда идти. Больше всего на свете Сонечка любила читать книги. И вечерами, уютно устроившись в кресле, она открывала томик своего любимого Бунина или томик своего любимого Пушкина и уносилась совсем в другой мир…

Но слова были произнесены. И теперь было уже непедагогично отказываться от собственных слов.

— Так что я там должна выяснить? — скороговоркой спросила учительница.

Димка опомнился и деловито заговорил:

— Первым делом, Софья Николавна, вам надо попасть в казино.

— Ну, я думаю, меня-то уж туда пустят.

— Не обязательно. Вдруг мест нет. Хотя вряд ли, конечно. Но всякое может быть. В этом случае вы должны отстегнуть на входе бабки.

— Что, что? — переспросила Сонечка. — Не поняла.

— Дать взятку охраннику, — пояснил Димка.

— А-а, понятно. А сколько надо дать? Молодцов прикинул.

— Я думаю, чирика вполне хватит.

— Чирик — это десятка? — наивно спросила Сонечка. — Значит, я должна дать десять рублей? Так мало?

— Каких рублей, Софья Николавна? Баксов. То есть долларов.

— Ой, а у меня нет долларов.

Димка достал из кармана доллары и протянул учительнице.

— Возьмите. Но только, когда станете играть, больших ставок не делайте. Играйте по маленькой. А то мне потом с матерью не рассчитаться…

— Да я вообще играть не буду.

— Нет, Софья Николавна, для отвода глаз надо немного поиграть. Ну там в картишки перекинуться.

— Ой, а я не умею в карты играть.

— Не умеете? — Молодцов подумал. — Тогда за рулетку садитесь. Там умение не требуется. Ставь фишки на номер — и все. Немного поиграете и идите покурить. — Он протянул учительнице пачку «Честерфилда».

— Ой, а я не умею курить.

Димка вздохнул. Ничего-то Сонечка не умела. Ни в карты играть, ни курить… Только и могла, что русский с литературой преподавать.

— В принципе вам курить не обязательно, — подкорректировал он свой план. — Вы просто, выходя из зала, пачку в руке держите. Будто курить идете. А сами быстро осмотрите все служебные помещения. Орешкина где-то там должна быть. А когда в зале будете, к посетителям приглядывайтесь. Есть ли среди них братва.

— Братва?

— Ну, бандиты, значит.

— А как я их узнаю?

— Братву сразу видать. Они или в брюках-слаксах, или в широких джинсах. Такие джинсы «трубами» называются; в них удобно драться и оружие прятать. Также у братвы стрижка короткая, чтоб во время драки за «загривок» не схватили. Ну и еще у них цепочки на шее, браслеты на руках и перстни-гайки на пальцах.

— И откуда ты, Дима, все это знаешь? — удивилась учительница.