Тайна «Звездного странника». Сердце пирата. Гладиатор забытых созвездий. Пират против всей Галактики - Дмитрий Емец

– У нас нет синтезатора. – Мальчик показал пустые руки. – Я потерял рюкзак в шахте, когда за нами гнался Грохотун.

– Нет синтезатора? Ну и растяпа же ты! – Лависса была крайне недовольна.

– Может быть, здесь, на звездолете, есть еда? Пойдем поищем. – Андрей поставил ногу на первую ступеньку винтовой лестницы, уходившей в глубь таинственной космической базы.

Мальчик не был таким уж большим храбрецом, просто ему вдруг почему-то захотелось показать девочке, какой он смелый.

– Подожди! Мы с тобой! – Баюн и Лависса нагнали Андрея, и они вместе стали подниматься по винтовой лестнице.

Едва путешественники скрылись за первым поворотом, внизу раздался еле слышный смешок. Лампы в ангаре сразу погасли. Бесшумно закрылись двери шахты, отрезая обратный путь к рейдеру.

– Смотрите, что я нашла! Что это? – гулко донесся сверху удивленный голос Лависсы.

– Цто это? Цто это? – шепотом повторил кто-то. И по ступенькам покатилось нечто мягкое и невидимое.

– Транспортный лифт, – прогудел Баюн. – Интересно, он работает?

– Ифт, ифт… Отает, отает… – Передразнивая робота, таинственное существо упруго запрыгало по лестнице: шлеп-шлеп-шлеп…

Грузовой лифт работал, створки его с лязгом разъехались, едва друзья подошли ближе.

– А-а! – вскрикнула Лависса.

Из лифта прямо на них выпал искореженный корпус. Он прокатился по ступенькам и замер на повороте лестницы.

– Не бойся, – успокоил девочку Андрей. – Такие роботы уже давным-давно не выпускаются. Во всяком случае, мне не приходилось видеть эти модели даже в книжках.

Баюн наклонился и посмотрел вниз:

– Это не робот. Это манекен.

– А, знаю! Это такая штука, на которую надевают одежду. У нас во дворце такие были, – вспомнила Лависса. – А как он здесь очутился?

– Наверно, кто-нибудь притащил, – пожал плечами мальчик.

– А зачем?

– Для чего-нибудь. Мало ли зачем. Но не волнуйся, он тут уже давно. Смотри, какой он старый.

Научно-исследовательская космическая база была многоуровневой и напоминала высотный дом. На самом нижнем уровне располагались стартовая площадка планетных звездолетов и посадочный ангар. На втором уровне, отделенном от первого звуконепроницаемой перегородкой, находилась оранжерея, в которой под искусственным солнцем росли самые разные овощи, фрукты и злаки, служившие пищей многочисленному экипажу корабля.

В оранжерее культивировались сорта повышенной спелости, специально выведенные для космоса, которые при благоприятных условиях созревали очень быстро. Например, огурец, посаженный утром, к вечеру вытягивал зеленый стебелек, а через неделю уже можно было собирать вполне аппетитные пупырчатые огурчики.

Баюн изучил схему базы, висевшую на стене лифта, и нажал на кнопку второго уровня с надписью «Оранжерея».

– Возможно, в оранжерее еще что-нибудь съедобнее осталось. Хотя едва ли. Похоже, базу покинули давно, а теплице требуется постоянный уход.

– Ухот. У-хот. Хот-хот… Трим-тирим… – повторил кто-то, и мягкий невидимый клубок прокатился по полу лифта.

– Слышите? Здесь кто-то есть! Оно скользнуло по моей ноге! – Лависса в ужасе подпрыгнула.

– Ерунда, – успокоил ее Андрей. – Тебе показалось.

Лифт остановился на втором уровне. Дверцы разъехались. Прямо перед ними простирался огромный прозрачный купол, разделенный перегородками на тысячи маленьких отсеков. Друзья стояли у входа в гигантскую многоэтажную теплицу.

На прозрачных ее стенах мерцали неперегорающие «вечные» лампы. Узкие трубки автоматического полива опоясывали купол сложным каркасом.

Вид у теплицы был заброшенный. Пластиковые перегородки покоробились, а система полива местами обросла неприхотливым космическим мхом-мутантом, способным обходиться без света и влаги по нескольку сотен лет.

– Ну и оранжерея! – Андрей почувствовал себя совсем крошечным в этой огромной, со стадион, оранжерее. – Интересно, сможем мы найти тут что-нибудь съедобное?

– Едва ли, – прогудел Баюн. – Без полива и ухода могли выжить только простейшие растения: мхи и лишайники.

– Все равно давайте посмотрим. – Лависса первой вошла в теплицу.

В центре оранжереи шла неширокая, посыпанная мельчайшим гравием дорожка, по которой когда-то разъезжали роботы-садовники. Эти роботы были похожи на маленькие гусеничные тележки с длинными выдвижными руками, способными доставать созревшие плоды с самых высоких ярусов теплицы.

Корпус такого робота-садовника валялся посреди дорожки. На нем виднелось узкое, словно прожженное, отверстие.

– Выстрел из бластера, – пояснил Баюн. – Похоже, на базе была настоящая битва. Хотел бы я знать, что все-таки произошло.

Кто-то за их спиной тихо хихикнул и повторил, подражая голосу робота:

– Выстрел… Хо-хо! Тим-тирлим-пип-пип! – По гравию прокатилось что-то мягкое и спряталось за кадку с высохшим растением.

Путешественники терпеливо обошли оранжерею, но нашли только несколько больших узких бледно-зеленоватых кактусов, пустивших корни прямо посреди дорожки. На одном из них распустился яркий оранжевый цветок, издававший приятный нежный запах.

– Какая красота!

Лависса хотела подбежать к цветку, чтобы понюхать его, но робот поспешно схватил девочку:

– Не прикасайся к цветку! Не представляю, откуда он здесь. Это кактус-каннибал!

– Кактус-каннибал? – Андрей попятился.

– А вот смотрите! Только не вздумайте повторять то же самое! – Баюн подошел к кактусу и дотронулся до цветка рукой.

Тотчас из его сердцевины выскочила острая загнутая колючка на длинном жгутике и попыталась вонзиться Баюну в руку. Но ладонь у Баюна была из сверхпрочного сплава, и колючка не оставила на ней даже царапины.

Баюн взял шип двумя пальцами и осторожно показал его ребятам.

– В этой колючке смертельный яд, парализующий все живое. Шип впивается в тело, убивает и высасывает через жгутик всю кровь. Поэтому кактус и называется каннибалом.

– Какой ужас! Фу, какое гадкое растение! – Лависса отскочила подальше от ужасного кактуса, опасаясь, что ядовитый жгутик дотянется до нее.

– Почему ужас? Разве, когда ты ешь яблоко, это не ужас для яблока? Иногда человек питается растениями, а иногда растения – человеком. – Андрей взял длинную сухую палку и дотронулся ею до кактуса-каннибала. Тотчас в конец палки впилось острое ядовитое жало.

– Ну и дела, – фыркнула девочка, отбрасывая непослушную косичку за спину. – Мы хотели перекусить, а нас самих едва не сожрали.

Так и не отыскав ничего съедобного в оранжерее, друзья вернулись к лифту. Баюн утверждал, что в пищевом отсеке обязательно должен быть аварийный запас продовольствия.