У нас в 5 "Б" - Сергей Георгиев

Дед разбудил Лёху чуть свет.

— Пошевеливайся давай! — тормошил он внука. — Одевайся побыстрее да бери лопату!

— Какую ещё лопату? — сладко зевал спросонья Лёха. — Зачем мне лопата?

— Ну пошли, пошли! — торопил дед Данила.

— Да куда хоть? — Лёха подхватил небольшую удобную лопатку и, поёживаясь от утреннего холодка, вышел за дедом на крыльцо.

— Я проснулся и неожиданно понял, как можно этот мир сделать лучше! — гордо сообщил дед.

— А что, после завтрака этого уже не получится? — недовольно буркнул Лёха.

— Зачем откладывать?! — стрекотал дед Данила, пока они шли по тропинке в сторону ручья. — Я всё размышлял: чего нам с тобой здесь не хватает!

— Телевизора, — предположил Лёха.

— Водопада! — сделав паузу, торжественно провозгласил дед Данила.

Сонливость разом слетела с Лёхи. Он остановился и воткнул лопату в землю.

— Всё! Я иду досматривать сны! Нам, дед, ещё с тобой косить сегодня!

— Не руби сплеча! — мудро посоветовал дед Данила. — А вот своей головой хоть маленько подумай! Ну подумай, подумай!

— А ещё нам не хватает пустыни Сахары и Чёрного моря! — подумав, ехидно подсказал Лёха.

— Чудак, — прищурился дед Данила. — Ну, зачем нам здесь твоё Чёрное море? У нас ручей есть под названием Безымянный! Хочешь, переименуем его в твою честь? Будет Лёхин ручей… А вот водопада у нас нет! В мире вообще заметно ощущается нехватка водопадов!

— Ладно, пошли… — Лёха забросил лопату на плечо и покорно поплёлся за дедом. — А я бы всё-таки сначала выкопал яму под Чёрное море…

Строительство водопада оказалось делом несложным. Часа за два дед с внуком управились. Они чуть углубили русло ручья в подходящем месте, а потом перекатили в углубление здоровенный камень, который без дела лежал на берегу.

Образовалась небольшая запрудка, в которой быстро накопилось достаточное количество воды. Волны с шумом весело начали перепрыгивать через камень, внизу вода сплющивалась — и сразу же снова превращалась в ручей.

— Ну вот, — сказал довольный дед Данила. — А ты говорил!..

— А что я? — любуясь водопадом, отозвался Лёха. — Здорово получилось! Дед, а ты что думаешь, вот от этого мир лучше стал? Весь мир, да?

— Конечно, — серьёзно ответил дед Данила. — Ты же сам видишь, в этом самом месте, недалеко от Беляевской заимки, — лучше!

— А вон оттуда мы камень утянули, — возразил Лёха. — Может, там без камня — хуже?

— Камень там без толку валялся, вид только портил. Значит, и в другом месте мир чуть лучше стал, без камня… Ну, не хуже по крайней мере!

— Вроде бы… — вынужден был согласиться Лёха.

— А наш мир — он что, он весь из таких вот крошечных местечек и состоит, — дед Данила зачерпнул в ладошку прозрачной воды из ручья, глотнул, крякнул от удовольствия. — Ну что, пошли завтракать, да на покос?

В ночное

Ночевали дед Данила с Лёхой всегда на сеновале.

Дед Данила нору себе специальную в сене вырыл, так что туда сначала заползти надо было, а уж потом только — засыпать. Зато тепло, объяснял дед.

А Лёха просто хлопался где попало, даже одеялом не укрывался, и сквозь щели в навесе на звёзды смотрел.

— Ты чего это не спишь? — спросил как-то дед Данила. — О чём призадумался?

— О лошади размышляю, — отозвался Лёха. — О нашей лошади Шурке.

— Ёлки-моталки! — зашуршал в сене дед Данила. — Как это я сам-?? о ней не подумал?!

— Вот уже пять дней я здесь, а до сих пор не научился ездить верхом, — закончил свою горькую мысль Лёха. — И ты, дед Данила, тоже об этом же, да?

Невдалеке от Лёхи из сена вылезло что-то мохнатое и круглое. Это была голова деда Данилы. Голова сказала:

— Нет, ты только подумай! Заслуженная лошадь, можно сказать, наша Шурка, но если кто о ней думать начинает, так ведь только как бы на неё сверху взгромоздиться!

— Возьми да сам придумай что-нибудь другое, — обиделся Лёха и повернулся на бок, чтобы побыстрее заснуть.

— А я придумал! — сено клочками полетело во все стороны: дед Данила энергично выбирался из своей норы. — Это у нас с тобой не жизнь — малина! А у лошади — и-и-эх!..

— У всех у нас жизнь не сахар, — не поворачиваясь, соврал Лёха. — Я вот тоже, может, косить научился, картошку сажать ещё научусь, а то и ещё чего… Подниму тебе на заимке сельское хозяйство!

— Я вот с детства помню, — гнул свою линию дед Данила. — Какое для лошади самолучшее удовольствие? А? Не знаешь?

— Я же не лошадь, — уклончиво ответил Лёха.

— Вот! — обрадовался дед Данила. — Ты не лошадь! А я точно знаю! Самолучшее удовольствие для коней — отправиться в ночное!

— Ну?! — заинтересовался Лёха.

— И мы отправимся в ночное с нашей Шуркой! — дед Данила сгрёб охапку сена и сунул Лёхе.

— Прямо сейчас, что ли?! — поразился внук.

— Держи, держи! — строго скомандовал дед Данила. — А то когда же ёще! Эх, красота! Ночь кругом, понимаешь ли, лошади на свободе пасутся — куда хотят, туда идут, травку щиплют… Невдалеке ручеёк журчит или речка там, за кустом медведь прячется!..

— Это ещё зачем?

— Для пущего интересу! — объяснил дед Данила. — Медведь же знакомый. В общем, благодать! Посиживаешь себе у костерка, в темноту пялишься. А то бросишь сенца под кустик да спишь потихоньку! А ну, слазь с сеновала!

Лёха прыгнул вниз, крепко прижимая к груди охапку сена.