Полоса препятствий - Елена Владимирова

Дэн с Максом подошли к незваным гостям и стали говорить со старшими. Тех тоже было двое. Потом они отделились от толпы и вчетвером отошли в сторону. Оставшиеся кучки настороженно созерцали друг друга. На контакт, однако, не шли. Выжидали.

— Ваш хвост? — спросил Лёха у притихших ребят.

Пашка молча сглотнул. Богдан утвердительно промычал.

Они, конечно, уже отыскали в толпе своих недавних противников.

— Вот, блин, заварили кашу! — сказал кто-то.

— Да ладно, с каждым бывает, — возразили ему.

— Чего стоим? — бурчал Илья. — Накостылять сразу, чтоб неповадно было.

Старшие долго о чём-то толковали. Наконец все четверо двинулись к остальным. Не дойдя нескольких шагов, снова остановились. На этот раз можно было расслышать, что они говорят.

— Махач устраивать смысла нет, — доказывал Дэн. — Так что молодых надо отпустить. Ну а сами, если настаиваете, потолкуем, как мужики с мужиками. Только после трени, ок?

Ему что-то ответили, но, видимо, уточняя, а не возражая. Гости стали расходиться, и скоро, кроме двух старших, примостившихся чуть поодаль, никого из чужих не осталось.

Дэн с Максом, как ни в чём не бывало, вернулись к прерванным упражнениям. Илюха, Пашка и Богдан бросились к ним.

— Дэн, вы что, с ними драться собираетесь? Макс?

— За наш косяк? Это нечестно!

— За ваш косяк вы ещё огребёте, — пообещал Макс. — От нас лично.

— И молитесь, чтобы мне фейс не попортили, — посоветовал Дэн. — Иначе я вам такое устрою! За небрежение национальным достоянием…

Первое время все напряжённо молчали. Но потом привычка взяла своё, и тренировка пошла обычным порядком. О посторонних вспомнили только в конце.

— Если они с нашими что-нибудь сделают, я этого так не оставлю, — мрачно пообещал Илюха. — Я знаю, где эти придурки живут, и что-нибудь придумаю.

Санька с сомнением оглядел его тщедушную фигурку. Впрочем, взгляд у Илюхи был воинственным.

Санька подошёл к Максиму. Тот, нагнувшись, завязывал шнурки.

— Макс! — позвал он.

— Чего тебе?

Санька замялся. Вообще-то ему очень хотелось пойти с ними, несмотря на то, что было все-таки страшновато. Но он знал, что так не делают. Уговор есть уговор.

— А вдруг у них там, — он кивнул на чужаков, — группа поддержки?

Макс выпрямился, расправил плечи и улыбнулся.

— Не бойся, — сказал он. — Разрулим как-нибудь.

Он потрепал Саньку по плечу, и они с Дэном направились к поджидавшей их парочке.

— Как думаешь, они справятся? — спросил Санька, когда они с Лёхой шли к дому.

— Должны, — отозвался тот. — Они сильные.

— Так и те двое не слабаки, — возразил Санька.

— Может, ещё и драки никакой не будет. Разойдутся полюбовно.

— Ну да! Стоило два часа ждать, чтобы просто за жизнь поговорить.

Лёха пожал плечами.

— Слушай, — вспомнил Санька. — То, что Дэн сегодня рассказывал… как это назвать — история, притча? Я хотел спросить, да не успел. В чём там смысл-то? Нет, в целом я догнал. Но какое отношение это имеет к нам?

— Сам подумай, — ответил Лёха. — Смысл в том, что, если твой путь не такой, как у всех, он не обязательно идёт наперекор всему. То, что для трейсера не существует границ, не значит, что он прёт, как танк, сокрушая всё, что ему мешает. Наоборот. Паркур, если хочешь, — это умение вписываться в повороты.

Санька молчал, осмысливая сказанное.

— В паркуре нет ничего такого, — Лёха сделал жест, по его мнению, обозначающий «в пику». — Поэтому старшие правильно сегодня окоротили этих дурачков. Не фиг выпендриваться перед посторонними. Ушлёпки они там или не ушлёпки. Сами, можно подумать, круть! Но это у них пройдёт, — добродушно закончил он.

Наутро, ещё до школы, Саньке позвонил Максим и сообщил, что всё в порядке. По телефону он ничего рассказывать не стал, но голос был не особенно весёлый.