Полоса препятствий - Елена Владимирова

Не успел Санька присесть на место, как его взяла в оборот Вика Торопова.

— Серов, ты в курсе, что у тебя хвостов, как грибов?

Санька молча сполз под парту, прикрыв голову учебником и изображая желание спрятаться.

Но от Тороповой не так легко было отделаться.

— Конец четверти скоро, а у тебя — вот!

Она подошла к столу и положила листок, вероятно со списком Санькиных двоек. Ткнула пальцем, будто прикнопила.

Он покосился на неё из-под своей импровизированной крыши.

— Что смотришь? Когда ты всё это исправишь? Или думаешь, всё само собой решится?

Санька выпрямился:

— Слушай, Торопова, а тебе не кажется, что это мои проблемы?

— Да? Тогда почему из-за твоих проблем страдают другие? Знаешь, как Владиславу Геннадьевичу за нас достаётся?

Санька сделал понимающее лицо:

— А-а! Ну, если Владиславу Геннадьевичу, тогда конечно! Владислав Геннадьевич — это святое!

— Дурак! — вспыхнула Вика.

Она была без памяти влюблена в классного руководителя.

Владислав Геннадьевич вёл у них информатику. Он работал в их школе первый год после окончания университета. Его сразу же прикрепили к их восьмому «Б», к общему восторгу девчачьей половины класса, взамен ушедшей в прошлом году классной руководительницы.

Но Санька знал его и раньше, когда тот, будучи студентом, подрабатывал в одном из интернет-клубов. Для Саньки он был просто Владиком, толковым напарником в игре и хорошим спецом по компьютерам. Конечно, после того, как они вместе участвовали в вылазках космического десанта, с боем осваивали новые земли и не единожды спасали мир от глобальной катастрофы и нашествия инопланетных захватчиков, у Саньки язык не поворачивался называть его на «вы» и по имени-отчеству. Так что наедине они общались, как и прежде, а в присутствии остальных Санька старался к нему не обращаться.

И вот не далее чем вчера возбуждённый Владик догнал его в коридоре и устроил сцену в лучших традициях старой школы: с рисованием угрожающих перспектив для двоечников, обещанием принять меры и напоминанием о том, кто здесь учитель, а кому следует помалкивать.

Саньке стало обидно, в особенности потому, что уж он-то соображал, что нарушение субординации с его стороны может навредить молодому преподавателю в глазах окружающих и, в отличие от того же Вовки, не позволял себе никакой фамильярности по отношению к товарищу.

В общем, вчера он послал Владика куда подальше. А сегодня с утра Вика, на правах старосты, высказывала ему похожие претензии. Надо думать, с той же подачи. Настроение У Саньки испортилось.

В течение дня Владик несколько раз заглядывал к подопечным. На Саньку, сидевшего на своём месте с мрачным видом, он взглянул только один раз. Нахмурился, но ничего не сказал.

Он задержал Саньку после уроков. Последней как раз шла информатика.

— Послушай, Сань, — начал Владик, когда все разошлись. — Ты, конечно, можешь обижаться. Но здесь не гейм-клуб. Здесь другие правила. И не я их устанавливаю.

Санька молчал надувшись.

Владик вздохнул:

— Вчера я, конечно, немного того… Ты мне под горячую руку попал. Я как раз от завуча шёл, а она мне за вас знаешь какой фитиль вставила?

Санька хмыкнул. Да уж, отчитывать завуч умела. И для неё наверняка не было никакой разницы между восьмиклассником Санькой Серовым и их молодым информатиком.

Владик присел на краешек парты рядом с Санькой.

— Короче, до каникул исправил чтобы все свои твиксы, понял? Время у нас ещё есть.

Он протянул Саньке руку. Тот, помедлив, пожал её. Он больше не обижался.

Они все будто сговорились! Максим подошёл к Саньке ещё до разминки.

— У тебя в школе как дела? Не выгоняют ещё?

— А что? — насторожился Санька.

— Ну, — Максим пожал плечами. — Я подумал, может, тебе помощь нужна? Тем более дома у тебя не всё просто.

— Да при чём тут дом! Мне вообще, если честно, на школу плевать.

— Это ещё почему?

— Да потому! Зачем это всё? Чтобы после школы в вуз какой-нибудь поступить, а потом в офисном кресле штаны просиживать? Тоска!

— Кто же тебя заставляет становиться офисной крысой? — спросил Максим, сдерживая улыбку.

— Ну на заводе вкалывать. Или на стройке. Всё равно тоска. Вот паркур — это жизнь!

— Да? — с интересом спросил Максим. — И в чём же она, по-твоему, эта жизнь?

— Ну как, — запнулся Санька. — В движении. В свободе. Разве нет?

— В движении, говоришь…

Максим прищурился. Потом задумчиво потёр переносицу.

— Крысиные бега — тоже движение. И мышиная возня из-за дармового куска сыра. Но ты ведь не об этом?

— Нет, конечно.

— Ты, видимо, ещё не до конца понял, куда пришёл, — продолжал он, приобняв Саньку за плечи. — Сейчас ты не бежишь, а убегаешь. Это — разные вещи. Сечёшь?

Санька кивнул.

— И насчёт школы ты зря, — сказал Максим, отпуская его. — Учёбу запускать не стоит. Можешь пожалеть, да будет поздно. Это я тебе по собственному опыту говорю.

После разговора с Максимом Санька решил плотно засесть за учёбу. Трезвая оценка собственного положения повергла его в уныние. Не запущенными оказались труд и физкультура. Санька, зажмурившись, попытался подавить панику. Главное — не думать, а делать.

Первым делом — английский. Потом алгебра, русский и история. А потом получалось, что всё остальное.

С этого момента жизнь чётко разделилась на две половины: школа и одиночные тренировки. Сон был не в счёт, потому что Санька спал, как убитый, без сновидений.

В общем, Санькины старания увенчались успехом. Четверть он, как и предполагал, закончил почти без троек. Ну разве что английский… Санька до сих пор пребывал в малость ошалелом состоянии. Сам от себя не ожидал такого подвига. И Владика опять же не подвёл.

Лерка между тем вполне прижилась в компании. Вопреки Санькиным ожиданиям, она не требовала к себе особого внимания, не лезла не в свои дела, на тренировках делала то же, что и остальные. И получалось у неё неплохо. Если она и проигрывала ребятам в силе, то в скорости и ловкости почти не уступала. Лерка двигалась вперёд в хорошем темпе ещё и потому, что, в отличие от Саньки, не считала зазорным спросить совета.