Башня Эль-Баб - Брайан Перро

— Но… что произошло? Почему я здесь лежу?

— Не сейчас… Ты должен отдохнуть, Беорф, — мягко приказала Лолья. — На все твои вопросы я отвечу позже, обещаю тебе.

— Но Амос должен был… он… он должен был…

— Что я тебе только что сказала? — заворчала колдунья, убеждая его замолчать.

— Не желаете ли, чтобы я вернулся на судно посмотреть, что там происходит? — спросил Маркус Грумсон, проверяя прочность самодельных носилок. — Может, я смогу там чем-то помочь? Дадите ли вы мне разрешение пойти туда?

Лолья вздрогнула от неожиданности. За все время она впервые услышала, что Маркус заговорил. Его глубокий красивый голос вызвал у нее некоторое замешательство.

— Отличная идея, Маркус! — обрадованно сказала она, справившись с удивлением. — А за это время мы с твоими братьями донесем Беорфа до деревни.

— Пожалуйста, Лолья, мне бы хотелось, чтобы Беорф сам освободил меня от договора, который я заключил с ним и Амосом, — промолвил Маркус с величайшим уважением.

— Но почему же? Уверяю тебя, что ты можешь идти немедленно, — подтвердила ему юная негритянка, которая на самом деле не знала, что и подумать об этой любопытной просьбе.

— Я не могу объяснить вам причину моей просьбы, — ответил молодой человек. — Очень прошу вас, всего лишь одна-единственная просьба… чтобы господин Бромансон сам позволил мне обрести свободу.

— Я тебя освобождаю… — еле слышно произнес Беорф, дословно услышав весь этот странный разговор Лольи и Маркуса.

— Большое спасибо, Беорф Бромансон! — прочувствованно сказал Маркус. — Желаю удачи в продолжении вашего путешествия.

Маркус Грумсон приветливо посмотрел на своих братьев, а те, как ни странно, казались очень довольными.

— До скорого, — сказал он им и низко всем поклонился.

Затем произошло нечто необычное: Маркус стал медленно погружаться в землю, словно под ним были зыбучие пески. За несколько секунд земля полностью его поглотила.

* * *

Старый Грумсон сидел, развалившись на палубе драккара, и посмеивался над Медузой, которая усердно ухаживала за Амосом.

— Кажется, вы очень заняты, непокорное создание? — с издевкой бросил он.

— Его сердце бьется все слабее. Не пойму, что происходит, — шептала совсем тихо горгона, стараясь не обращать внимания на Грумсона.

— Если я могу сделать что-то для вас, скажите мне об этом, — настаивал старый скряга, и в его тоне слышалась недоброжелательность.

— Замолчите! — отрезала Медуза, выведенная из терпения присутствием этого отвратительного типа. — Амосу плохо, ему нужна помощь Лольи.

— Ах, вот что! Только и всего! Я же предлагал вам самой пойти за негритяночкой, а я бы тем временем, будьте уверены, лично проследил бы за состоянием вашего друга…

— Я ни на грош вам не верю. Мой мизинец говорит мне, что вы способны удушить или утопить его…

— Если вы по-настоящему знаете мое положение, — стал защищаться Грумсон, — то вы бы не сомневались в том, что я уважаю уговор, наше очень строгое соглашение, и что я не могу уничтожить своего хозяина во время действия моего контракта с ним!

— Но о чем вы говорите? — распалилась горгона. — Вы совсем голову потеряли?

— Вы не понимаете ровным счетом ничего, не так ли, глупая головушка? — лукаво спросил старик. — События принимают такой стремительный оборот, что вы за ними не поспеваете, должно быть, это представляет большую проблему для всего вашего народа. Ведь, в самом деле, горгоны — настоящие ослицы!

— Прекратите оскорблять меня, иначе превращу вас навеки в статую! — пригрозила Медуза, которая уже более чем достаточно наслушалась грубостей от старого Грумсона.

— Ну вот, я же говорил! — воскликнул скряга, воздев руки к небу. — Именно так! Ты достойный представитель своего племени дур. Послушай, предлагаю тебе игру, чтобы помочь тебе понять, кто я такой! Ты такая глупая, что сама об этом никогда не догадаешься, но тем лучше для тебя. Но как бы то ни было, мне охота с тобой поиграть! Сними эту штуку со своего носа и хорошенько посмотри мне в глаза!

Не было никакого сомнения в том, что Грумсон начал говорить Медузе «ты», чтобы подчеркнуть свое превосходство. Девчонка разозлилась, стащила свои лурикетки и с угрожающим видом двинулась к нему. Старый крохобор вперил свой взгляд в глаза Медузы и… ничего. В то время как он должен был обратиться в камень под ее испепеляющим взглядом, он стоял перед ней живой и невредимый, как ни в чем ни бывало.

— Но… но… я не понимаю… — бормотала Медуза, чувствуя, что сходит с ума.

— Ну, что, маленькая глупышка, теперь ты видишь, что тебе неподвластны многие вещи? — глумился над ней Грумсон. — А теперь послушай, что тебя ожидает! Как я уже объяснил тебе, я не в состоянии избавиться от господина Дарагона, потому что по недоразумению я проиграл пари, и, следовательно, должен служить ему и господину Бромансону. Но при этом мне ничто не мешает убить тебя! Я оторву тебе голову, а потом использую твои глаза в качестве…

Вдруг Грумсон неожиданно замолчал. Казалось, он чем-то ужасно обеспокоен и поэтому как будто забыл о Медузе, которая от страха побелела, как творог. Старик стиснул зубы и пробормотал, прежде чем спрыгнуть с корабля:

— Я потерял второго сына! Я должен их найти, всех четверых… найти скорее, прежде чем…

Скупец удалялся от берега, не переставая причитать, а потом скрылся в лесу, направляясь к Вольфстану.

С пересохшим горлом и подкашивающимися ногами Медуза опустилась на пол, чтобы перевести дух.

— Но почему же он не превратился в камень от моего взгляда? — спросила она вслух.

Впервые в своей жизни горгона почувствовала себя безоружной. Она всегда полагала, что ее дар превращать в камень никогда не подведет ее, что он всегда сделает ее неуязвимой при встрече с врагами. Но она ошиблась, и если бы Грумсон так стремительно не покинул корабль, она бы уже наверняка рассталась с жизнью.

«Какой урок! — думала Медуза. — Впредь мне надо быть более осторожной и, главное, не использовать мою способность как крайнее средство. Если бы я не была такой наивной, я бы уже давно поняла, что Грумсон не обычный человек, особенно когда он попросил мою душу. Какая же я была глупая! Надо поговорить обо всем этом с Лольей! Она много знает о всяких странных вещах».

Но на этом удивительные происшествия для горгоны не закончились. Поглощенная своими мыслями и едва оправившись от пережитого шока, она внезапно заметила какое-то человекоподобное существо, состоящее из грязи, земли и камней, которое направлялось прямо к ней.

— Но что это еще такое? — спросила она негромко.

— Не бойся, Медуза, это я, Маркус, — сказало существо. — Я здесь, чтобы помочь Амосу. Поскольку Грумсон так и не вернулся, когда мы послали его за твоим другом, мы стали беспокоиться и…