Новые Бермуды - Василий Акулов

Поэтому, поднявшись на свой этаж, поклонница «Х-files» даже не стала заходить домой, а прямиком направилась к двери Поляковых. Дверь ей открыла Полина и, увидев подругу, радостно улыбнулась:

— Дина! Привет. Заходи.

— Привет, — поздоровалась Дина и вошла в квартиру.

— Ну, как в школе? — поинтересовалась Полина, пока гостья разувалась.

— Да нормально. Ничего нового. Девочки прошли в комнату.

— Слушай, Полин, у меня к тебе разговор есть. Полина сразу посерьезнела:

— Что-нибудь случилось? — озабоченно спросила она.

— Да нет, — поспешила успокоить ее Дина. — Тут такое дело… В общем, я бы хотела знать все, что тебе папа рассказывал о треугольнике.

— А зачем тебе? — удивилась Полина.

— Я потом объясню, — нетерпеливо ответила Дина, — ты рассказывай.

— Ну, — неуверенно начала Полина, — вся растительность там серого цвета, деревья черные…

— Подожди, — прервала ее Дина, — может, он про опасности какие-нибудь рассказывал, ловушки, там, я не знаю… А?

— Опасности? — переспросила Полина. — Вроде не рассказывал.

— Вроде или не рассказывал? Ты вспомни, — настаивала Дина.

— Он говорил только, что лес там опасен, вот и все.

— А чем он опасен? — не отставала Дина.

— Вроде обратную дорогу из него найти трудно. Можно не вернуться.

— Так-так… — Дина задумалась.

— Слушай, а зачем это тебе? — обеспокоенно спросила Полина.

— Я, наверное, завтра туда пойду, — думая о чем-то своем, ответила Дина. У Полины от изумления округлились глаза.

— Ты что! С ума сошла? Это же самоубийство настоящее! Ты ведь знаешь, что у меня там отец пропал! — воскликнула она.

— Не орать! — прикрикнула Дина. — Я все равно туда пойду. Поэтому тебе лучше мне помогать, а не мешать.

— Диночка, миленькая, не ходи туда, пожалуйста, — едва не расплакалась Полина. Дина решительно встала.

— С тобой все ясно, — хмыкнула она, — одна справлюсь, — и пошла к себе домой.

Полина поняла всю тщетность своих попыток и, не говоря больше ни слова, молча последовала за ней. Дина вышла из квартиры Поляковых и направилась к своей двери. Полина, продолжавшая стоять на пороге и молча смотреть на Дину, в надежде, что та еще одумается, произнесла:

— А может…

— Нет, — решительно прервала ее Дина, и в ее голосе прозвучали командные нотки. Она помолчала и уже мягче добавила: — Все будет нормально, я обещаю тебе. Она открыла дверь своей квартиры и, с улыбкой подмигнув Полине, сказала:

— Завтра, как вернусь, сразу к тебе.

Дома, не теряя времени, Дина стала готовиться к завтрашнему походу. Она нарезала несколько бутербродов, наполнила фляжку водой и запихала все это в рюкзак, где уже были уложено все необходимое для такой сложной экспедиции.

Дина знала, что родители прекрасно разбираются в ее характере и любая перемена в настроении от их глаз не ускользнет. Стоит только им заметить, что их дочь в нетерпении ерзает на месте, им, естественно, захочется узнать причину этого нетерпения.

И для того чтобы узнать причину, им вовсе не обязательно устраивать допрос с пристрастием: зная Дину, нетрудно догадаться, что она вынашивает очередной «грандиозный» план. В этом случае папа обычно поступает просто: поручает Дине какое-нибудь задание, лишь бы чем-то ее занять. И попробуй с ним только поспорить — сразу: «Смирно! Кругом! Разойдись!»

Именно поэтому весь вечер Дина старалась поменьше попадаться родным на глаза и засела у себя в комнате читать книжку. Ее никто не беспокоил, и только раз зашла мама и спросила:

— Ну, как в школе?

— Полный порядок, — бодро ответила Дина.

А чтобы ускорить наступление завтрашнего дня, Дина воспользовалась старым проверенным средством: легла пораньше спать.

Как бы долго ни тянулось время, но знаменательный день все же наступил. И как бы скучно ни было на занятиях, они тоже подходили к концу. Правда, на предпоследнем уроке поминутно смотревшая на часы Дина уже начала думать, что они сломались.

А класс весь день только и делал, что обсуждал предстоящий поход Дины. Все спорили, пойдет она в треугольник или нет, закончится ли все хорошо или она попадет в лапы какой-нибудь Жути. Но никто не решался обратиться к Дине и узнать наверняка, что же она собирается делать. И только Фомичев не удержался и на последней перемене спросил:

— Слышь, ты в треугольник-то идти не передумала? Все ученики, как один, посмотрели на Дину и затихли в ожидании.

— Не передумала, — сдержанно ответила Дина.

— И когда пойдешь, — не отставал Фомичев, — на будущий год? — и засмеялся, довольный своей шуткой.

— Сегодня. По классу пробежала волна оживления.

— Ты серьезно? — ошеломленно произнес Фомичев. Видно, он до последнего не верил в то, о чем весь класс гудел со вчерашнего дня.

— Серьезно, — кивнула Дина. Фомичев молча отошел.

Теперь на Дину все смотрели уже как-то настороженно. Когда прозвенел звонок с последнего урока, весь класс лихорадочно собрал вещи и гуртом вывалился из школы.

Дина не торопясь собралась и последовала за остальными. Конечно, она не могла не заметить, что домой никто не ушел и класс почти в полном сборе стоит дружной толпой на спортивной площадке, что-то горячо обсуждая.

Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что речь идет о героине дня. Но Дина сделала вид, что ее это не касается, и прошла мимо. «Захотят — сами подойдут», — решила она. Не успела она отойти от школы и нескольких шагов, как послышался голос Фомичева:

— Воронцова!

Дина обернулась. Весь класс молча смотрел в ее сторону. «Интересно, — мелькнула у Дины мысль, — сами подойдут или мне придется идти?» Одноклассники потоптались на месте и всей толпой двинулись к ней. «Можно сказать, победа», — самодовольно отметила Дина. Фомичев, видно, решил взять на себя обязанности представителя всего коллектива.

— Мы тут решили с тобой делегацию отправить, — сказал он. — Вдруг ты весь день дома просидишь, а завтра придешь и скажешь, что в треугольнике была. Дина ждала чего-то подобного, поэтому нисколько не удивилась.

— Как хотите, — спокойно произнесла она и спросила: — А эта делегация со мной в треугольник пойдет или на задворках околачиваться будет? Фомичев замялся:

— Мы, в общем, там… недалеко подождем. Вот.

— Ладно, — сказала Дина, — встречаемся у границы за пустырем через полчаса, — и, не оборачиваясь, пошла к дому.

Придя домой, она первым делом основательно подкрепилась, облачилась в свой походный камуфляж, который ей сшила мама из папиной полевой формы, надела на руку компас и сунула в карман складной ножик Максима.