Новые Бермуды - Василий Акулов

«Ничего, ничего, — подумала-Дина, — я им еще докажу. В очередь встанут, чтобы со мной познакомиться».

Отвратительное настроение сразу же отразилось на рисунках: дружескими эти шаржи уже не назвал бы никто. Все портреты прямо-таки сочились ядом. Эх, нарисовать бы карикатуры на всех этих тряпочниц-барахолыциц и незаметно прилепить им на спины. Вот смеху было бы!

Но в этом случае в их лице Дина получила бы вечных непримиримых противниц. А начинать жизнь в новом классе с крупной ссоры, понятно, не хотелось.

Поначалу Дина решила снова попытать счастья на следующей же перемене и на этот раз попробовать «войти в окружение» Гали Романовой. Но когда заметила, что девчонки, сидящие на соседнем ряду, получили записку от Макаровой и теперь, глядя на новенькую, перешептываются и смеются, передумала.

Дина собралась было поговорить с Макаровой и убедить ее, что эта сплетница выбрала не лучший объект. Но как это сделать? Ведь даже неизвестно, что же она писала в своих посланиях.

Наверно, надо будет ей пригрозить. Можно, конечно, побить ее, и Дина была уверена в своих силах, но тогда остальные ее будут просто опасаться. Тогда вливание в коллектив закончится не начавшись. «Да, — подумала Дина, — не мой сегодня день, не мой».

Она решила не ломать голову и оставить попытки сблизиться с классом до лучших времен. Эх, если бы Полина была рядом! Но она выйдет в школу не раньше, чем через неделю…

«А куда я тороплюсь-то? — вдруг даже пожала плечами Дина. — Вот выйдет Полина, все само собой и наладится».

Дина снова взялась за ручку и стала рисовать карикатуру на изнывающего Сергея Ивановича, учителя истории. Он, наверное, уже пожалел, что вызвал к доске вечно полусонного Евсеева, — тот выдавал по слову в минуту, и конца этому мучению не предвиделось.

Но умереть от тоски учителю было не суждено — зазвеневший звонок спас его от участи быть покрытым мхом и паутиной в ожидании, пока Евсеев закончит свой рассказ.

— Садись, Евсеев, — с облегчением вздохнул Сергей Иванович и объявил: — Урок окончен!

Сидеть в классе Дине уже надоело, и она решила пойти поискать Максима. Тот наверняка каждую перемену устраивает какие-нибудь соревнования — разумеется, с собственным, самым активным участием. «Пойду хоть за Макса поболею», — подумала Дина, выбираясь из-за парты.

Но, проходя между рядами, она услышала, что Макарова собрала вокруг себя девчонок и что-то рассказывает им о Полине. Дина решила задержаться и сделала вид, что завязывает шнурок.

— Отец-то у них так и не вернулся, — слышался приглушенный голос сплетницы.

— Да ты что? — удивилась одна из слушательниц.

— Точно тебе говорю, — продолжала Макарова. — Говорят, он в другую семью ушел, но я слышала, что он в треугольнике пропал.

— Ух ты! — воскликнула другая девочка.

— Да! Наверно, схватила его там эта Белая Жуть, — предположила Макарова.

— Да не Жуть, а Муть, — поправил кто-то.

Дина навострила уши. О Максе она уже забыла и старалась не пропустить из разговора ни слова.

— И что с ним? — с нетерпением спросил кто-то.

— Да я-то откуда знаю, — фыркнула Макарова. — Но говорят, кого Жуть, или Муть — как там ее — схватит, пиши пропало.

— А что это за Жуть такая? — осторожно произнес кто-то, ни к кому не обращаясь.

— Эх, ты, — презрительно проговорила Макарова. — Может, ты еще и про Зеленый туман ничего не слышала?

— Почему, — обиженно сказала девочка, — слышала, конечно.

— Ну, вот, — продолжила Макарова, — «охотники» вроде уже ходили по треугольнику, искали его, да не нашли. Теперь-то уж, наверно, даже они по треугольнику перестанут шастать.

— Да, — подтвердила та, которая ничего не знала про Муть, — теперь туда никто не сунется.

Дина поняла, что настал ее звездный час. Она подошла к парте Макаровой, и все девчонки, прервав разговор, молча уставились на нее.

— Так уж никто и не сунется? — с вызовом спросила Дина.

Макарова и компания, видно, слегка опешили от такой наглости новенькой — мало того, что в разговор влезла, хотя ее не приглашали, так еще похвастать решила.

— А что, — ухмыльнулась Макарова, — ты, что ль, пойдешь?

— Я, что ль, — спокойно ответила Дина.

Она даже не старалась, чтобы ее услышали все одноклассники. Дина знала, что благодаря Макаровой, которая, видимо, действовала согласно правилу «по секрету всему свету», к концу следующего урока их разговор не будет тайной ни для кого.

Поэтому Дина повернулась спиной к Макаровой, удивленно хлопавшей глазами, и вернулась за свою парту.

Дина еще не успела присесть, как Макарова сорвалась с места и, останавливаясь то около одной, то около другой девочки, вкратце сообщала одноклассницам последнюю новость. В конце концов сплетница добралась до двери и выбежала из класса, спеша удивить ко-го-то еще.

Когда начался урок и все расселись по своим местам, почта Макаровой заработала в усиленном режиме: записки с ее парты рассылались во все концы класса, и к концу урока разве что учитель не знал, что Дина Воронцова собралась идти в треугольник.

На следующей перемене Дина демонстративно смотрела в окно, зная, что все ученики обсуждают ее вызов, брошенный загадочному М-скому треугольнику. И даже неугомонные мальчишки не гонялись по классу, а собрались за одной партой и бурно обсуждали опасности, которые могут подстеречь человека в зловещей «зоне».

Дина торжествовала. Она добилась своего — стала героиней дня. Но на самом деле это был лишь первый шаг к завоеванию уважения одноклассников. Пока никто не спешил подойти к ней и порасспросить, как это она не боится идти в такое опасное место.

Мнение класса насчет Дины разделилось. Кто-то считал, что это просто выпендреж и никуда она не пойдет. Просто новенькой хочется, чтобы на нее обратили внимание, вот и все.

Другие смотрели на Дину и крутили пальцем у виска, считая, что только ненормальная может отправиться в треугольник на прогулку.

Дине же предстояло доказать, что она может и умеет справляться с любыми трудностями и опасностями, пусть даже и паранормальными.

Дождавшись окончания уроков, Дина поспешила домой. Ей нужно было тщательно подготовиться к походу в треугольник, и сделать это следовало в кратчайший срок.

Собственно говоря, все уже было готово еще с того раза, как Дина впервые собралась посетить треугольник. Оставалось только запастись едой.

Дина понимала, что М-ский треугольник — уже не игрушки, и не все в этом походе будет легко и просто. Конечно, она не верила глупым россказням про всякую Жуть-Муть, Зеленый Туман, но ведь Полинин отец там пропал, и об этом не нужно забывать. Ведь это может означать только одно: он столкнулся с чем-то, с чем не смог справиться в одиночку. А если уж взрослый мужчина, который не раз бывал в треугольнике, не смог выбраться оттуда, то что уж говорить о десятилетней девочке.