Шляпники - Тамзин Мерчант

– Он оскорбил мою возлюбленную леди! – вскричал юноша, и щёки его порозовели от злости. – Я требую сатисфакции!

Корделия кивнула. «Помни девиз Шляпников, Корделия, – предупредил её раздавшийся в голове голос тёти. – Noli nocere: не навреди».

Чувствуя следящий за каждым её шагом пылкий взгляд юноши, Корделия спрыгнула с табуретки, выбрала для него одну шляпу и принесла на прилавок.

– Что она делает? – жадно спросил юноша.

Корделия подняла шляпу – ярко-красный берет. Всю его поверхность усыпали блестящие крылышки Любвежуков.

– Эта шляпа делает своего владельца свирепее. Эти маленькие розовые… чешуйки… это чешуйки Китайского дракона, – соврала Корделия, указывая на крылышки Любвежуков. (На самом деле Любвежуки были весьма покладистыми маленькими насекомыми, жившими среди лепестков сладких Болгарских роз.)

– А почему они розовые?

– Потому что они от маленького дракона. Когда они полностью вырастают, то становятся красными, эти драконы, но пока они маленькие, чешуйки у них розовые, – выкрутилась Корделия.

– Маленький дракон? – недовольно переспросил юноша. – Почему это маленький дракон опасен?

– Потому что они ещё не могут контролировать своё огненное дыхание, – объяснила Корделия. – И от этого становятся куда опаснее. Икнет один раз – и вы уже горите.

Юношу это, казалось, устроило. Он вытряхнул из бархатного кошелёчка серебряные и золотые монеты, а Корделия обернула его шляпу мягкой бумагой и уложила в шляпную коробку.

– Только надевать её нужно прямо перед дуэлью, – предупредила она. – Иначе начнёте ходить по Лондону, бесчинствовать и драться с людьми направо и налево, а я не хочу, чтобы это было на моей совести.

Юноша кивнул, схватил шляпную коробку и свои дуэльные пистолеты и вылетел из магазина. Медный колокольчик звякнул за его спиной.

Следом за юношей пришла пожилая леди, желавшая чепчик, который сделал бы так, чтобы она выглядела моложе. Затем – юная леди, желавшая думательную шляпку, которая сделала бы так, чтобы она казалась мудрее. Когда Корделия помогала одному грузному джентльмену с каштанового цвета двууголкой, в магазин ворвался ещё один молодой человек.

– Лавочница! – рявкнул он Корделии. – Мне нужна шляпа, и безотлагательно.

Корделия не была уверена, что означает «безотлагательно», но парнишка расхаживал из стороны в сторону и пребывал в весьма взбудораженном состоянии.

– Прошу извинить меня, сэр, – обратилась Корделия к грузному джентльмену, который проверял двууголку на Измерителе Впечатлений. Измеритель сообщал: «Совершенно удалой вид!».

– Мне нужна такая шляпа, которая помогла бы мне победить на дуэли! – сказал взволнованный парнишка, изображая, что целится из пистолета в своё отражение.

Корделия изо всех сил постаралась, чтобы её брови остались на обычном месте.

– И могу ли я узнать причину ссоры с…

– Он оскорбился из-за прозвища, которое я придумал для его возлюбленной леди! – перебил он. – Только из-за того, что я сказал, будто у неё голос как у простуженной горной козы, и решил называть её Хриплоголосой Козой.

Теперь Корделия старалась, чтобы рот не расплылся в улыбке. Ей захотелось рассмеяться. Она медленно кивнула, давая себе время напустить на лицо полное достоинства выражение.

– Значит, вам понадобится шляпа, чтобы сохранять холодную голову и ледяное сердце, – авторитетно сказала она.

– Именно это мне и нужно!

Корделия схватила с полки бледную кепку с серебряной лентой и пером Обычного Белого Голубя. Кепку дополнял кристалл с Мирной Горы.

– Эта шляпа добавит вам холодной решительности и душевной стали, – объявила Корделия. – Эта лента свита из Стальносердных нитей, а перо отобрано у Маньяка Хохлатого.

– Что такое Маньяк Хохлатый? – с круглыми глазами спросил парнишка.

– Самая безжалостная птица в мире, – ответила Корделия. – А этот кристалл был украден из гробницы Злонамеренного Принца.

Она знала, что врать нехорошо, но, всё взвесив, решила, что лучше она напридумывает всякого, чем двое молодых людей станут палить друг в друга из пистолетов.

– Вы должны надеть шляпу, только когда увидите своего противника, – велела она. – Иначе у вас сделается такое холодное сердце, что вы подхватите пневмонию.

Парнишка кивнул, бросил на прилавок пригоршню монет, схватил шляпу и выбежал из магазина.

Корделия опустилась на табурет. Конечно, ничего волнительнее предотвращения дуэли с ней уже не случится?

Она ошибалась.

Глава 10

В трепещущем на ветру плаще и с развевающимися пышными волосами в магазин в облаке мускусного парфюма вихрем ворвался мужчина. Он со стенаниями бросился на ковёр, и Корделия испуганно подпрыгнула.

– Быть… иль не быть!^[1]

– Вы в порядке, сэр? – спросила Корделия, боясь, что катающегося по полу человека терзает боль.

– Увы! Бедный Йорик! Я знал его, Горацио, – прорыдал он в ковёр.

– Я могу вам чем-то помочь, сэр? Или вам нужно что-то для Горацио?

Мужчина повернулся и уставился на Корделию.

– СТУПАЙ В МОНАСТЫРЬ! – проревел он ей, вскакивая на ноги.

– ЗАЧЕМ МНЕ ТУДА? – проревела она в ответ, так шокированная его поведением, что оказалась не в силах не закричать.

Потом мужчина отвёл волосы с лица, драматично опёрся на прилавок и прошептал:

– Мисс Шляпник, мне нужна ваша помощь! Сегодня я играю Гамлета в Друри-Лейн, а у меня пробудилась ужасная боязнь сцены!

Теперь Корделия поняла: этот мужчина – актёр. Он просто не мог удержаться от такого нелепого поведения, вот и катался по полу и стискивал себя руками. Для актёров это обычное дело! На лице у мужчины было написано полное отчаяние, а нижняя губа тряслась, так что Корделия ободряюще улыбнулась в ответ.

– Помогите мне, мисс Шляпник! – прохрипел он, падая на колени. – Сегодняшний спектакль посетит принцесса Георгина, и я боюсь, что выставлю себя на посмешище!

– Принцесса Георгина? – переспросила Корделия.

– Да! Эта нимфа редкостной красоты и добродетели! – завёл актёр. – Прелестная дева совершенного бесподобия…

Он продолжил восхвалять принцессу, но Корделия не особо вслушивалась.

«Если я смогу попасть в театр и увидеться с принцессой, – думала она, – я могла бы убедить её одолжить мне какую-нибудь лодку, чтобы отправиться спасать отца. Во дворце она уже собиралась согласиться, но этот лорд ей помешал. Уверена, если я объясню ей всё как следует, она немедленно одолжит мне лодку. Я смогу отплыть с вечерним приливом!»