Лили придумывает желание - Холли Вебб

Лили Феррарс бегом ворвалась в школу – ей не терпелось скорее увидеть подруг. Она не виделась с ними целых шестнадцать часов – разговор с Хлоей вечером по Ватсапу, конечно, не в счёт. Она взлетела по лестнице как на крыльях, улыбаясь своим мыслям. Вот удивительно: она так не хотела идти в эту школу – а теперь каждое утро мчится сюда как на праздник!

У Лили был план: ненавидеть «Дебют» всей душой и провести этот год вынужденного изгнания, ни с кем не разговаривая и не знакомясь, но судьба распорядилась иначе. Лили и думать не думала, что буквально за первую пару недель заведёт трёх новых подруг – самых лучших на свете! – да и общая атмосфера «Дебюта» оказалась заразительной. Трудно сопротивляться, когда вокруг столько всего интересного.

– Лили! – окликнула её Сара в коридоре на подходе к классу.

Глядя на сияющее лицо подруги, Лили невольно почувствовала крошечный укол зависти. Вчера стало известно, что Сару взяли на роль в рождественской постановке мюзикла «Мэри Поппинс» в Королевском музыкальном театре^[1]. Нет ни малейших сомнений, что именно Сара и должна учиться в «Дебюте» – лучшей в стране театрально-музыкальной школе. У неё есть все задатки, чтобы стать настоящей звездой большой сцены.

Сара обняла Лили – и вся зависть мгновенно исчезла: Лили искренне радовалась за подругу и за себя, что у неё есть такие хорошие друзья.

– Даже не буду спрашивать, как настроение! – рассмеялась Лили. – Ты спала этой ночью?

– Немного, – улыбнулась Сара. – Я так волнуюсь! И жду не дождусь письма из театра. Тогда это будет уже официально – и контракт, и вообще.

Они вошли в класс, и несколько девочек бросились им навстречу, чтобы поздравить Сару. Смутившись, та слегка покраснела, но продолжала радостно улыбаться. Хлоя и Бетани сидели на подоконнике, который их дружная четвёрка уже давно застолбила за собой.

– Сара! – крикнула Хлоя. – Спой «Ложку сахара» – хочу послушать, как поют профессионалы!

Сара сморщила нос:

– Вот это единственный минус роли. Я уже столько раз её пела… Раньше это была одна из моих самых любимых песен, а теперь надо делать вид, будто я слышу её впервые в жизни. На сцене! Каждый день!

– Мама говорит… – начала было Лили и тут же смущённо умолкла. Кому интересно, что говорит её мама! Хотя подругам, похоже, было интересно. Все трое пристально смотрели на неё и явно ждали, что она скажет дальше. Мама Лили была актрисой, не такой уж знаменитой, но довольно известной. Во всяком случае, в лицо её знали все. Марина Феррарс постоянно снималась в телесериалах, и у неё всегда было много работы. Папа Лили был адвокатом и в основном имел дело с людьми, так или иначе связанными с шоу-бизнесом, и дома у Феррарсов регулярно бывали актёры, певцы, режиссёры – в общем, все те, кого дедушка Лили называл «любимцами публики». Лили всего этого не любила. По крайней мере, всегда говорила себе, что не любит. Мама не сомневалась, что Лили тоже станет актрисой – пойдёт, так сказать, по её стопам, – и поэтому в два с половиной года записала её на танцы, в три – в драмкружок, и в четыре – на пение. Сначала Лили понравилось на занятиях, особенно в драмкружке, но в последние несколько лет всё удовольствие куда-то пропало.

– Тебе повезло с мамой – она знает всё об актёрстве. Так что ты хотела сказать? – спросила Сара.

– Просто что мама когда-то играла в «Мэри Поппинс». Давным-давно, ещё до того, как я родилась. Пьеса шла долго, целый сезон, и она знала все реплики назубок. Однажды вечером она пришла на спектакль сильно уставшей – в подробности она не вдавалась, но я поняла, что накануне она всю ночь веселилась где-то на вечеринке, – и вдруг осознала, что стоит на сцене, и уже середина второго действия, и она совершенно не представляет, как здесь оказалась. Не помнит, как говорила свои слова, не помнит, что делала в промежутках – не помнит вообще ничего.

– И что было дальше? – спросила Хлоя. Девочки сбились в тесный кружок и смотрели на Лили со смесью ужаса и восторга.

– Она так испугалась, что просто оцепенела. Но это была сцена диалога с партнёром, который играл её мужа, и он понял, что с ней творится, и на ходу переделал несколько своих реплик так, чтобы мама включилась в происходящее, – и никто из зрителей даже не заметил, что она «выключалась». На следующий день она в знак благодарности купила ему огромную шоколадку.

– Ничего себе. – Сара невольно поёжилась. – Надеюсь, со мной такого не случится.

– Конечно нет, – уверенно проговорила Лили. – У них «Мэри Поппинс» шла несколько месяцев, без перерывов, а у вас она будет недели две-три. И ты выступаешь не каждый вечер. Ты сама говорила, что дети играют двумя составами. И это как раз хорошо – ты не успеешь устать.

Бетани улыбнулась:

– Ты больше всех знаешь о театре, Лили. Тебе надо открыть бюро консультаций для одноклассников.

Лили покраснела и уже пожалела, что вообще завела этот разговор.

– Да какое бюро! – отмахнулась она. – Я даже ни разу не была на пробах. – На самом деле это было не совсем правдой, но правду знала только сама Лили. Это был её самый большой, самый страшный секрет. – Пусть лучше Хлоя откроет бюро консультаций – она уже столько снимается.

Хлоя покачала головой:

– Только в рекламе, и как модель, и в крошечной эпизодической роли в телесериале. О театре я ничего не знаю.

Лили пожала плечами:

– Я знаю лишь то, что рассказывала мне мама, причём она наверняка многое выдумала. К тому же через пару недель Сара сама станет нашим главным экспертом по театру.

Лили всегда чувствовала себя немного обманщицей и самозванкой, когда подруги относились к ней как к какому-то гуру по актёрской игре лишь потому, что её мама актриса. Сама Лили даже не хотела учиться в театрально-музыкальной школе! В прошлом году, когда она оканчивала четвёртый класс, мама принесла домой целую гору красочных проспектов «Дебюта». Все девочки из танцевальной студии жутко завидовали Лили, а сама она была в ярости. Ей хотелось учиться в своей старой школе, вместе с подругами, которых она знала с первого класса, а не тратить пять лет на обучение профессии, которая ей не нужна и которой она никогда не будет заниматься.

Дома из-за этого случился скандал. Лили была абсолютно уверена, что папа её поддержит – он всегда вставал на её сторону, когда мама пыталась уговорить её пойти на пробы, – и для неё стало большим потрясением, когда он сказал, что ей обязательно надо принять участие во вступительных испытаниях в «Дебюте».