Смерть за наш счет - Алексей Макеев

Створки разъехались в стороны и выпустили мужчин в полутемный коридор. Они повернули направо, прошли пару метров и условным стуком в массивную металлическую дверь дали знать о своем прибытии. Щелкнул механический замок. Мужчина со спичкой в зубах потянул на себя ручку.

Они вошли внутрь. В помещении было еще темнее, чем в коридоре. В кресле у дальней стены зашевелилась фигура человека. Во мраке можно было разглядеть только ее очертания.

— Все готово, — надтреснутым баритоном произнес сидящий в темноте. — Связь установлена.

— Линия защищена? — осведомился один из прибывших, расстегивая плащ.

— Да.

— Запись?

— Ведется в соответствии с протоколом.

Второй мужчина вынул изо рта спичку и сунул ее в карман.

— Говорить буду я, — заявил он.

— Это ваше право, — лаконично отозвался обладатель надтреснутого баритона.

Мужчина в сером плаще, превосходно ориентируясь в темноте, прошел вперед и занял место за столом с аппаратурой. Две мигающие лампочки отразились в его бесцветных глазах. Он протянул руку и щелкнул тумблером. Одна из лампочек погасла. Мужчина надел наушники. Пошел сигнал вызова, и уже через пару секунд голос с легким восточным акцентом произнес:

— Слушаю.

Мужчина в сером плаще поправил стоящий перед ним микрофон.

— Это я, — сказал он, избегая прямых обращений. — Ситуация изменилась. Слишком многое вышло из-под нашего контроля. Стабилизировать не представляется возможным.

— Мои действия? — откликнулся невидимый собеседник.

— Вам удалось выяснить, с кем из действующих экстремистов Астамур поддерживает контакты?

— Буквально пару имен. Преимущественно связных. Но люди, стоящие на самом верху, мне неизвестны. Подобраться к ним не так-то просто. Астамур очень осторожен. Он не доверяет мне до конца. Он никому не доверяет.

— Это нам известно. Вы знаете, что убийство Джамала Гамсахурдия — его рук дело?

— Я об этом догадывался. — Последовала непродолжительная пауза. — И представляю, насколько серьезна потеря. Хочу напомнить, что я изначально был против бизнеса с наркотиками.

— Нам это тоже было не по душе, — признался человек в сером. — Но мы не могли прикрыть каналы, не спугнув Астамура и тех, кто стоит за его спиной. Теперь, как я понимаю, каналы прикрылись сами собой.

— Да, так случилось. Потеря второго курьера поставила жирный крест на планах Астамура. Он сворачивает бизнес с целью его дальнейшей переброски в иное русло. Возможно, будет сменен только город, а возможно, и вся система экономического притока. Финансовое положение экстремистов на данный момент оставляет желать лучшего…

— Это может сыграть нам на руку, — сказал мужчина в сером.

— Каким образом?

— Займите место Астамура.

— А его?..

— Его придется убрать. У нас нет другого выхода. Я повторюсь: ситуация вышла из-под контроля. Ликвидируйте Астамура и представьте все таким образом, что именно вы готовы занять его место. У вас должен быть готов план новой экономической подпитки экстремистов.

— Он у меня уже есть.

— Вот и прекрасно. В ближайшие два дня мы отправим к вам человека… Необходимые инструкции по дальнейшему планированию операций получите позже. Сейчас главное — Астамур.

— Я понял.

— Сколько времени вам необходимо на решение этого вопроса?

— Через три часа все будет кончено.

— Нас это устраивает. Приступайте.

Человек в сером плаще опять щелкнул тумблером. Рядом с горящей лампочкой вспыхнула другая. Мужчина поднялся из-за стола, достал из кармана спичечный коробок, энергично встряхнул его, раскрыл, выудил свежую спичку. Пристроил ее во рту.

— Запись сдайте в архив, — распорядился он, обращаясь к сидящему в темноте обладателю надтреснутого баритона. — Под соответствующим грифом.

Он двинулся к выходу. Напарник последовал за ним. Вновь щелкнул автоматический дверной замок, выпуская наружу сотрудников внешней разведки.

— Его тоже придется убрать, — сказал второй мужчина, когда они оказались в кабине лифта.

— Кого?

— Таймураза Зарандиа.

Человек со спичкой во рту недовольно покосился на напарника.

— Давай обойдемся без имен.

— Хорошо, — согласился тот. — Пусть не будет имен. Но его придется убрать… Как ты ему только что и сказал, он ликвидирует Астамура, займет его место, поможет создать новую сеть… Но потом от него самого нам тоже придется избавиться. Оставлять его опасно.

Мужчина со спичкой покачал головой.

— Он слишком ценный агент. Было проделано много работы…

— Но риск тоже очень высок.

— Я согласен с тобой. Однако решать будет руководство, а не мы.

— Это понятно. Кто представит доклад?

Спичка перекатилась на зубах из одного уголка рта в другой.

— Давай ты. Бумажная работа у тебя выходит лучше…

* * *

Орлов в течение десяти минут сосредоточенно, не поднимая головы, изучал материалы дела. Его лысина, с каждым годом увеличивавшаяся в размерах, бликовала в свете электрической настольной лампы. На улице все так же барабанил дождь. Частые порывы ветра швыряли крупные капли в окно генеральского кабинета.

Гуров, сцепив пальцы в замок, сидел по левую руку от генерала и молча ждал.

— Ничего не понимаю, — буркнул наконец Орлов и резко захлопнул папку. — Что это, Лева?

— Материалы дела, — спокойно ответил полковник. — Как вы и просили…

— Я вижу, что это материалы дела. Маразмом я еще не страдаю, товарищ полковник. И со зрением у меня, слава богу, пока тоже все в порядке… Я только одного не могу понять. Ты где работаешь, Лева?

Гуров явно не ожидал такого вопроса. Орлов порой ставил его в тупик подобными поворотами в разговоре. Хотя казалось, что за время совместной работы сыщик успел привыкнуть абсолютно ко всему.

— В каком смысле? — Гуров расцепил пальцы.

— В прямом. Ты — сотрудник УБНОН?

— Нет.

— Странно. — Орлов откинулся на спинку высокого кожаного кресла. — А я вот читаю материалы дела, и складывается такое ощущение, что их составлял сотрудник отдела по борьбе с наркотиками. Накродилеры, наркокурьеры, арест крупной партии наркотиков… И так далее и тому подобное. Но сколько бы я ни листал это дело, я так и не нашел в нем имя убийцы или хотя бы подозреваемого в убийстве Александра Калашникова. Я что-то просмотрел, Лева? На какой это странице?

Полковник вздохнул.

— Его там нет, товарищ генерал.