Без компромиссов - Георгий Вайнер

– Еще бы, – поспешил я согласиться. – Язык цезарей и фармацевтов.

– Внизу полустертая печать и неразборчивая подпись, – игнорируя мое замечание, сказал Леонтьев. – Дата – двадцатое августа.

– Значит, рецепт пролежал в кармане две недели, – предположил я. – Но эта дата и подпись врача без печати нам ничего не говорят. Нам нужна печать.

– Вот вам печать, – сказал Леонтьев и сменил диапозитив. В центре печати отчетливо была видна надпись: «++я рецеп++в».

– Ну, это понятно, – сказал я. – «Для рецептов». Дальше.

– Пожалуйста. – Леонтьев показал следующий кадр – круг рецепта с надписью:

«+++лин+а+++и+++ая+п+++кл».

Я удрученно промолчал.

Леонтьев неуверенно спросил:

– Вам что-нибудь говорят эти пляшущие человечки?

– С человечками было проще – они ведь все разные... А больше ничего нельзя из ваших люминофоров выжать?

Леонтьев развел руками:

– Двадцать лет назад и это было невозможно...

– Утешительно... – пробормотал я. – Какие тут могут быть слова?

– Наверное, характер учреждения?

Я стал перечислять:

– Амбулатория, поликлиника, клиника, больница, медсанчасть... В печати есть и буквы «п» и «кл»...

– Поликлиника, – уверенно сказал Леонтьев.

– А если клиника? А? – безнадежно махнул рукой я. – Теперь – «лин».

– Это из названия. Впрочем, в системе здравоохранения этих названий тысяч десять...

– Или сто, – сказал я с добродушным ехидством. – Вот она, ваша косопадающая наука.

– Не ерничайте, – обиженно сказал Леонтьев. – Вы же прекрасно знаете, что наука не всемогуща.

– Да я шучу, – улыбнулся я. – Ведь наука – это же будущее криминалистики. А пока придется заняться личным сыском...

Да-а, эта задачка скорее для вычислительной машины, чем для следствия.

ВЕЩЕСТВЕННОЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО ПО ДЕЛУ

Обрывок рецепта, обнаруженного на месте происшествия (фотография), масштаб 2:1

Rp. S.Atropini

sulf.

0,1% – 10,0

D.C. При болях

5—10 капель