Дело гастронома № 1 - Евгений Латий

Генерал Култаков в ярости расхаживал по кабинету, заложив одну руку в прорез кителя, как Наполеон.

– Так все хорошо начиналось, и вдруг все рухнуло?! Я не могу этого понять! Мы что, перехвалили тебя?! Или ты надорвался?! Генеральских погон больше не хочешь?! Что случилось?!

Скачко, опустив голову, стоял перед генералом.

– Видимо, пора меня на переплавку, – грустно усмехнулся он.

– А мне вот не смешно, Пал Сергеич! Юрий Владимирович занял пост Генерального секретаря, он доверил нам довести начатое дело до конца, и чем мы ответим на это доверие? Простите, Юрий Владимирыч, нас пора на переплавку?! Тебя я могу переплавить! Так переплавить, что не возрадуешься! Но сначала ты закончишь это дело! И за провал его ответишь головой! Иди!

Скачко развернулся и вышел из кабинета.

Ширшов с Капустиным копали широкую канаву. Боков, Скачко, Лида и понятые стояли наверху, нервничали. По участку с металлоискателем расхаживал технический эксперт. Скачко отошел в сторону, закурил. Вдруг лопата Ширшова звякнула о металл.

– Есть! – радостно выкрикнул он. Скачко бросился к нему. Ширшов с Капустиным вытащили наверх алюминиевый бидон. Скачко, выбросив сигарету, сам открыл крышку. Но бидон оказался пуст. Скачко даже просунул туда руку и прошарил все рукой. Боков обратился к Лиде:

– А почему был зарыт пустой бидон?

Лида развела руками.

– Мы дачу покупали у прежних хозяев. Сами, насколько помню, мы ничего не зарывали. Да и сажали-то мало.

Она смахнула слезу. Скачко нахмурился, подошел к эксперту, который ходил по участку с металлоискателем.

– Ну, что?

– Пока ничего. Деньги могут быть спрятаны в деревянный ларец, полиэтилен, кожаную сумку, искатель их не определит. Если только весь участок перепахивать?!

Скачко оглядел небольшой участок. На нем, кроме небольшой дачки, стоял еще и сарайчик.

– Может быть, с дома начнем? – предложил он.

– Успеем! Пока погода хорошая, давай лучше натурный участок отработаем, – возразил эксперт.

– А что тебе интуиция подсказывает?

Эксперт нахмурился:

– Она подсказывает, что если деньги и хранили здесь, то давно перепрятали в другое место. Особенно после обыска у Аримина. Такие новости быстро расходятся.

Скачко кивнул.

Полковник, вернувшись в управление, зашел к себе в кабинет. Телефон надрывался. Скачко снял трубку. Звонила Маша. Она набросилась на мужа – снова пропал Антон.

– Ты опять арестовал его?!

– Я его не арестовывал!

– Тогда где он?!

– Откуда я знаю? У меня своих забот полон рот!

– Если ты его арестуешь, я подниму на ноги всю международную общественность!

– Да пошла ты!

И он бросил трубку. Поднялся на ноги, нервно заходил по кабинету. Налил в чашку холодного кофе, сделал глоток, поморщился. В кабинет заглянул Боков, увидел Скачко, зашел к нему.

– Ты соль в кофе добавляешь?

– Немного. Для вкуса.

– Но этот пить невозможно!

Боков попробовал и тоже поморщился.

– Извини! – он усмехнулся, развел руками. – Недоглядел, переборщил. У нас неприятности?

– Где ты их видишь?!

– По лицу вижу.

Скачко взглянул на себя в зеркало, пожал плечами.

– А вот я ничего такого не вижу. Просто паршивое лицо!

– По твоим глазам видно: что-то случилось, – сказал Боков. – Они грустные, потерянные!

Полковник усмехнулся.

– Да ничего особенного не случилось. Если не считать того, что Зоя Платонова отказалась давать показания против Беркутова, и генерал готов меня на куски порезать! – Скачко усмехнулся. – Так что подам в отставку, а ты пойдешь на мое место. Наращивай обороты, Геннадий Григорьевич!

– А что, если нам снова арестовать Антона Платонова?

Скачко усмехнулся.

– Еще одна головная боль! Подожди… – он вдруг задумался, простонал: – Черт!

Он стукнул кулаком по столу.

– Как же я не догадался?!

– Что такое?! – не понял Боков.

– Зоя отказалась давать показания, а следом за этим исчез Антон. Что это значит?

– Это значит, она его спрятала, потому и отказалась.

– Слушай, сообразительный, а? – имитируя кавказскую интонацию, проговорил полковник.

– Давай подадим во всесоюзный розыск! – предложил Боков.

Скачко нахмурился.

– Зачем?

– Арестуем!

Скачко покачал головой.

– Арестовал бы! Если б не твой Ширшов, если б не моя Маша, если б я сам с его мамашей не наломал дров! Думаешь, Гарумов пройдет мимо этих фактов?! И Маша пригрозила поднять всю международную общественность! Мы только подставимся!

Боков кивнул.

– Я тут на досуге перечитал допросы Анилиной, – заваривая новую порцию кофе, задумчиво проговорил он. – Она там упоминает, что взятки шли и директорам райпищекомбинатов, кондитерских фабрик, выпускавших дефицитную продукцию. Можно найти эти фабрики, комбинаты, их директоров.

– Ты считаешь, они вприпрыжку побегут заявлять, сколько им перепало от Беркутова? – усмехнулся Скачко.

– Можно сделать так, что и побегут! – невозмутимо ответил Боков.

Скачко взглянул на него.

– Понимаешь, от вести об аресте Беркутова их уже всех колотит. Многие в панике: а вдруг заговорит? Так вот, мы объявим амнистию тем, кто сам, добровольно придет и расскажет о взятках Беркутова. И статья имеется! А тем, кто не придет, пригрозим всей суровостью закона. Уверен: дрогнут! – загорелся Боков. – А узнав, что мы держим слово, к нам прибегут и остальные!

Полковник задумчиво хмыкнул, покачался на стуле. Глотнул кофе, утвердительно качнул головой:

– Собирай список дефицитников! Попробуем их просветить твоим огнем раскаяния.

Боков обрадовался, кивнул.

– Как у тебя с Любой?