Дитя любви - Карен Робардс

– Незнакомец легонько ткнул ее в бок пистолетом.

– Теперь вы взбирайтесь по лестнице.

Мэгги взглянула на Ника. Он по-прежнему лежал на дне лодки, не двигаясь, поджав под себя ноги и закрыв глаза. Может, он без сознания? Или…

– Он ранен, – сказала она, утирая слезы тыльной стороной ладони. – Он не сможет…

– Ч-черт… – Мужчина присел рядом с Ником, стараясь нащупать пульс за ухом. – Живой… – произнес наконец он.

Потом встал, широко расставив ноги, чтобы сохранить равновесие в покачивающейся на воде лодке, и направил на Мэгги пистолет.

– Поднимайтесь.

Бросив последний взгляд на Ника, Мэгги послушно начала карабкаться по лестнице.

– Кинг без сознания, – крикнул мужчина Гамильтону как раз в ту минуту, когда чьи-то руки подхватили ее и поставили на палубу.

– Затащи его!

– Ч-черт, – опять огрызнулся подручный, пытаясь поднять Ника по лестнице, и Мэгги поймала на себе его короткий взгляд. Тут Лайл, схватив ее за руку, притянул к себе.

Другой рукой он обнимал Дэвида, стоявшего рядом. Быстро взглянув на мать, мальчик перевел взгляд на Лайла.

– Пожалуйста, не убивай маму, – проговорил он срывающимся голосом.

Сердце Мэгги, превратившееся, как ей казалось, в кусок льда, сейчас, при этой жалобной просьбе сына, словно взорвалось, раскололось на миллионы кровоточащих осколков. Слезы снова подступили к глазам, мешая видеть сына.

– Не буду, – отозвался Лайл, расплываясь в лицемерной крокодильей улыбке и крепче обнимая Дэвида за плечи. – Отправляйся пока вниз, в каюту. Я скоро тоже спущусь.

– Ма… – Глаза мальчика, встретившиеся с ее глазами, от страха были почти черными. Судя по всему, он так же не верил обещаниям Лайла, как и сама Мэгги. Но что мог сделать ребенок, чтобы спасти ее? Хуже всего, что и она не могла спасти сына.

– Иди, – просто сказала она, кивнув в сторону каюты. Опустив голову и еле передвигая ноги, Дэвид подчинился. Что бы ни произошло, лучше, если он будет подальше отсюда. Подальше от выстрелов.

– Утопи лодку!

Ник, поднятый наконец на «борт, скорчился на палубе, не подавая признаков жизни. Подручный двинулся к лестнице, чтобы вернуться на лодку и выполнить приказ Гамильтона, а Лайл, не отпуская Мэгги, шагнул по направлению к корме, походя ткнув Ника в бок носком ботинка.

– Надеюсь, он оклемается вовремя, чтобы понять: через секунду я вышибу его дурацкие мозги!

Подручный, видимо, исполнив порученное, снова появился на палубе. Гамильтон бросил на него вопросительный взгляд, тот в ответ кивнул. Тогда Гамильтон повернулся к Лайлу.

– Быстро уходим отсюда!

– Есть! – отчеканил тот со своей всегдашней усмешкой.

Выпустив руку Мэгги, он двинулся к пульту управления, и спустя минуту «Айрис» уже легла на курс. От резкого толчка Мэгги потеряла равновесие и ухватилась за металлические поручни, чтобы устоять. Гамильтон тут же направил на нее пистолет, а подручный почти в ту же секунду рухнул у ее ног на Ника.

– Где мальчишка? – спросил Гамильтон, нахмурившись.

– Я отослал его в каюту, – спокойно бросил через плечо Лайл. Он был в своей стихии: ветер трепал, отбросив с лица, его светлые волосы, взгляд сосредоточен и устремлен в ночь. Больше всего в жизни Лайл любил яхту, любил управлять ею. Вот и теперь он, несмотря ни на что, наслаждался судном и собой.

– Приведи его! – отрывисто, словно выстрелил, приказал Гамильтон.

Помощник направился в каюту, а Мэгги застыла как парализованная.

– Я не хочу, чтобы мой сын видел, как мы будем кончать этих… – проговорил Лайл, нахмурившись.

– Болван безмозглый… – буркнул сквозь зубы Гамильтон.

– Этот гаденыш сидел за передатчиком! – Подручный тащил за собой Дэвида, крепко ухватив его за ворот пижамы. У мальчика, перепуганного до смерти, был тем не менее победный вид. Кровь застыла у Мэгги в жилах.

– Твою мать!.. – рявкнул Гамильтон, с размаху пнув ногой деревянную обивку палубы. Он повернулся к Лайлу – казалось, Драммонда вот-вот хватит удар. – Идиот проклятый, ты отправил мальчишку в каюту, где есть радио?

– Да это же просто коротковолновка. Никогда не поверю… – И Лайл бросил на, Дэвида взгляд, не предвещавший ничего хорошего. – Ты связался с кем-нибудь, сынок?

Вопрос прозвучал обманчиво мягко. Дэвид, которого подручный по-прежнему держал за шиворот, отрицательно покачал головой.

– Вот видишь? Ничего страшного. – Лайл, похоже, вполне успокоился.

– Ничего страшного? – Гамильтон был по-прежнему на взводе, – Говоришь, ничего страшного? Да ты просто одержимый! Ты одержим этим чертовым мальчишкой, который тебе никто, и из-за него готов всех нас подставить! Ну нет, со мной это не пройдет. Не пройдет, слышишь, сукин ты сын? Не пройдет!

И Гамильтон бросился к Лайлу, продолжая выкрикивать обвинения. Рука его судорожно взметнулась вверх, затем прогремел оглушительный выстрел. Ошеломленная, Мэгги увидела, как невидимая сила оторвала Лайла от палубы и бросила назад. С глухим жутким стуком он рухнул на спину и замер в неподвижности – теперь уже навсегда. Бескровное лицо с широко распахнутыми застывшими глазами белело в лунном свете, а на лбу отчетливо, словно нарисованное, выделялось крошечное черное пятнышко – отверстие, проделанное пулей. Под головой Лайла постепенно натекла темная лужица…

Кровь.

Едва Мэгги успела осознать, что произошло, как Дэвид, вырвавшись из тисков подручного, бросился к ней.

– Мама!

– Не смотри туда, Дэвид! – быстро сказала она, хватая мальчика в охапку и прижимая его лицо к себе. Затем дыхание ее оборвалось: револьвер Гамильтона был нацелен прямо на них с сыном…

И вдруг, подобно выпущенному из пушки снаряду, с диким криком Ник одним прыжком вскочил на ноги и всей своей тяжестью обрушился на Гамильтона. Удар сбил тщедушного человека с ног, и револьвер, вылетев из его рук, покатился прямо под ноги Мэгги.

Подручный кинулся на помощь к своему хозяину, а Мэгги, отстранив Дэвида, бросилась к оружию. В одно мгновение она схватила револьвер, рванулась вперед и, приставив дуло к затылку подручного, спустила курок.

Револьвер дернулся в ее руках, грохот выстрела оглушил до потери сознания. Кровь, смешанная с мозговым веществом, залила сцепившихся в смертельной схватке мужчин, словно мякоть лопнувшего арбуза. Подручный рухнул на палубу. Перешагнув через распластанное тело, Мэгги секунду-другую взвешивала соотношение сил и позиций сражающихся.

Гамильтону удалось взять верх, и он намертво вцепился в горло противнику. Лицо Ника от недостатка кислорода стало бордовым, но он всеми силами, резко бросая тело вверх, пытался сбросить соперника.

Мэгги ткнула дулом пистолета Гамильтону в спину.