Небо в рублях - Дарья Донцова

– Да, – подтвердила Ми, – постоянно намеки делала, что знаетмного всего тайного. Если честно, она Лизу ненавидела. Как и всех остальных,впрочем.

– Ну, в дневнике-то ее ничего интересного, – отмахнулсяполковник, – однако, кроме него, еще имеется список обид, и вот там полнозаписей типа: «Лиза меня толкнула», «Елизавета пообещала убить», «Жена Никитыпожелала мне сдохнуть». И что, по-вашему, должен сделать следователь, прочитавдокумент и выслушав Дашу, а? Ясное дело, арестовать Лизу, отдать ее под суд.Рая еще и потому поторопилась, что очень ненавидела жену Кита.

– Почему? – удивилась Ми. – Конечно, Зизи не слишком-топриветлива, но домработница спокойно работала и мне не жаловалась.

– И что она хотела вернуть? – повторила я вопрос, заданныйранее.

Дегтярев оперся локтями о стол.

– Эх, вы! Одна мнит себя супердетективом, вторая пишеткриминальные романы, а ни хрена обе не сообразили. Ну-ка еще раз оценитесобытия последнего времени. Ми специально ссорят с Рыбкиной, изображаютворовкой верную служанку Галю, удаляют из дома Сонину, а еще, поймав Никиту слюбовницей в кровати, уходит Наташа. Почему все это?

– Уже объясняла, – тихо ответила Ми, – чтобы мне никто непосоветовал пойти в РУБОП.

Дегтярев стукнул кулаком по столу.

– Кит подлец! Акцию по уничтожению старух и сестры он задумалдавно, причем подготавливаемые убийства не помешали ему еще затеять дело сМакеем. В общем, планов громадье, и продуманы они вместе с той, которая радилюбимого готова бежать по углям босиком.

– Раиса! – заорала я. – Но на что она рассчитывала? Кит ведьженат!

– Домработница жутко страшная, – вымолвила Ми. – Нехорошотак говорить о женщине, но ведь правда. И она его старше.

– У вас же, Милада, сильная близорукость, кажется, –вздохнул Дегтярев, – как же вы разглядели лицо?

– Ну, не очень-то я его и разглядывала, – усмехнулась Ми. –У меня со зрением и правда беда. Люди часто обижаются, дескать, прошла мимо ине поздоровалась, а на самом деле я могла просто не приметить знакомого.

– А Настя? – неожиданно спросил полковник.

– Дети отчего-то берут у родителей худшее. Ей достались моиглаза, а из упрямства очки Настюша не носит, – пояснила Ми. – Сколько разпросила: ну, не хочешь оправу, носи линзы. Нет, отказывается. Адаптировалась,только щурится постоянно.

– И у старух со зрением плоховато было?

– Естественно, возрастные изменения.

– А Лена, Галя и Катя хорошо видели?

– Нормально. Но почему вас так это интересует? – вскинулаброви Ми.

Александр Михайлович встал.

– Потому что из дома убрали всех, кто, имея хорошее зрение,мог понять: Раиса не Раиса.

– А кто? – заорала я.

– Не поняла?

– Нет.

– Загримированная Наташа, – очень спокойно ответил Дегтярев.– Она выкрасила волосы, сунула за щеки специальные капы, в глаза цветные линзы…Вот только голос изменить не получилось, но сходство тембров объяснялосьокружающими просто: Наташа с Раей сестры.

– Но я видела паспорт Раисы, – растерянно протянула Ми.

– Правильно. У Наты в самом деле имеется старшаяродственница. Она алкоголичка, и позаимствовать у такой за бутылку документ –раз плюнуть.

Милада прижала руки к лицу, а я аж стала подскакивать настуле от мучивших меня вопросов:

– Но почему? А зачем? А ей-то что еще было надо?

Полковник сел.

– Повторяю. Хотели убрать всех: бабок и Настю, чтобыостаться единственными родственниками Ми. Жаждали денег. Лену, Галю и Катюубрали по другим причинам. Во-первых, у них могли возникнуть подозрения. Ми иНастя со своей близорукостью ничего не поняли, увидев «Раису», а остальные былиспособны разглядеть лишнее. И потом, Кит с Натой знали, что Ми поддерживаетСонину, дает деньги Рыбкиной, а зарплата Гали намного больше, чем та сумма,которую озвучивает хозяйка. Домашним следовало устранить конкурентов, что они ипроделали. Ми порвала со всеми, не бросила только Сонину. Но Катерина более неприезжала в дом, Смолякова сама привозила матери Степана конверты, жаднаяпарочка не знала об этих визитах.

– Вот почему Ната убежала, увидав Кита с любовницей! –осенило меня.

– Верно, нужно было полностью обезопасить Наташу от любыхподозрений, – продолжил Дегтярев. – Версия выглядела убедительно: жена уноситсяпрочь, развод, Кит женится на Лизе. А та убивает бабушек. Лизаветуарестовывают, сажают в тюрьму, Никита разводится с убийцей, одновременнослучается несчастье с Настей. Раиса увольняется, что понятно – какая прислугазахочет остаться в доме с такими «скелетами». Ната приезжает утешать бывшуюсвекровь, встречает Никиту, у них снова вспыхивает любовь. Финита ля комедиа.Свадьба. Ми пишет книги и зарабатывает, Кит и Ната тратят ее деньги. Вдвоем,иных ртов нет.

– Небо в рублях… – пробормотала Смолякова.

– Что? – вскинула я на нее удивленно глаза.

– Слышали поговорку «небо в алмазах»?

– Да.

– А у нас небо в рублях, – напряженным голосом произнеслаМи. – Сплошное небо в рублях. Пожалуйста, Александр Михайлович, скажите, чтомне теперь делать? И еще: кто напал на Тетю Мотю? Кто хотел отравить меня?

Дегтярев начал кашлять.

– Господи, – воскликнула я, – ну как же раньше-то недогадалась! Когда Никита узнал о смерти Ники, у него сдали нервы, он кинулся кРае со странными речами. Бормотал что-то вроде: «Скажи, скажи, она ведь самаупала?»

– Он не ожидал смерти Ники. Рая-Ната поторопилась, к тому жеона стала ревновать Кита к Лизе, – пояснил полковник, – вот и захотела ускоритьсобытия.

– Еще он воскликнул «Ната, Ната!», а Рая сказала, что пареньдо сих пор любит первую жену и в момент стресса вспоминает ее, – тараторила я.

– Верно, – согласился Дегтярев. – Кит подлый, но слабый итрус, ему требовалась опора, ее роль исполняла Наташа. План-то придумаливместе, но мотором и основным исполнителем была именно она.

– Так чей ноготь застрял в раме? – выдохнула я.