Месть Скорпиона - Энтони Фруин

– Собирает дань, где же еще?

– Пошли его к Уолли, пусть он его заберет.

– Ладно.

В тот же день Винс обзвонил все маргейтские больницы и выяснил, что за последние сутки к ним не поступало никого по имени Гарри Голдинг. Также не было ни одного поступившего, кто соответствовал бы приметам Гарри. То же самое повторилось и на следующий день, и спустя два дня. Водила Гарри как сквозь землю провалился. Винс не знал, лежит ли он на дне морском или превратился в мясной фарш на потребу свиньям, но ни на минуту не сомневался, что они больше никогда его не увидят.

Сид с Винсом поехали в Борхэм-Вуд, к жене Гарри, Эдит. Скромный домишко послевоенной постройки притулился в тупичке возле заброшенной киностудии. К счастью, дома была их старшая дочь, Джеки, и она помогла матери перенести страшную весть. Сид заверил женщин, что они получат хорошую пенсию и у их семьи не будет материальных проблем, но разве могло это утешить вдову, которая была лишена даже возможности навещать могилу своего мужа?

Вечером Винс заскочил в свою квартирку на Парламент-Хилл, чтоб собрать кой-какие вещи – Сид по-прежнему хотел, чтобы он ночевал в «Сидимире». Стоило ему войти и включить телевизор (начинались девятичасовые новости), как зазвонил мобильник. Звонил Уолли, и голос у него был самодовольный, как у барона Джефри Арчера[3]на ток-шоу.

– Да, Уолл?

– Я только что оказал вам большую услугу.

– Ну?

– Я нашел человечка, который любит дармовую выпивку и всегда в курсе событий. Его зовут Терри Эвелинг.

– В каком он звании?

– Сержант.

– Хорошо. У тебя есть его домашний номер?

– Ну естественно.

Винс записал телефон.

– Он ждет вашего звонка, и… он очень охоч до выпивки, наш Терри.

– Ты спрашивал его насчет Гарри?

– Ну ты же знаешь уговор: никаких имен. Я у него ни про кого конкретно не спрашивал. Но трупов никаких в последнее время не находили, если ты об этом.

– Об этом. А что насчет Лайонела?

– Он полностью в курсе расследования. Сам над ним работает. Но мы припозднились, да еще, пожалуй, перебрали, так что разговаривать с ним будешь сам.

– Ладно, – сказал Винс.

– Не забудь, услуга за услугу. Если удастся что-нибудь выяснить, я буду первым, кому вы расскажете.

– Такой у нас уговор.

– Вот-вот.

– Да, еще кое-что.

– Что там еще?

– Представь Сиду сведения о расходах и первым делом верни оставшиеся деньги.

– Боюсь, что осталось не так уж много. Жизнь сейчас дорожает, деньги дешевеют.

Будто я сам не знаю, подумал Винс, вешая трубку.

Где у меня лежали чистые рубашки?

Кажется, они были здесь.

Да ладно, бог с ними, с рубашками.

Винс решил выкроить себе часок на отдых. Покуривая травку, послушать джаз, в общем, оттянуться, как говорят сейчас ребятишки.

Он поставил диск Телониуса Монка[4]и вытащил из-за кирпича в каминной кладке, одного из нескольких своих тайничков, самокрутку. Сел в кресло и с наслаждением затянулся. Видел бы его сейчас Сид. То-то бы он развонялся… Сид охотно закрывал глаза на пьянку, но поднимал хай из-за одной затяжки. Он ни в какую не хотел понять разницы между травкой и настоящими наркотиками. Ко всем относился с одинаковым подозрением, хотя сам сколотил на торговле ими целое состояние.

К черту Сида!

И к черту рубашки!

Сейчас главное музыка и ясность мысли.

И еще главное – помнить, что так не должна пройти вся его жизнь. В любой момент можно начать другую. Сесть на пароходик и почапать в прибрежный Уэльс.

Но сейчас есть только он – и джаз…

Сид расположился на кожаном диванчике в кабинете своего клуба. Он только что говорил по телефону с норвежским бизнесменом, у которого в Лондоне зависла кругленькая сумма денег, и их необходимо было сделать чистыми как стеклышко. Сид был добрый малый. Он согласился увидеться с ним на следующей неделе и все как следует обсудить. Так вышло, что у Сида в Ярмуте имелось небольшое новое предприятие, которое при успешной санобработке могло бы стать надежным каналом для отмывки бабок, – парочка залов игровых автоматов, где заодно можно было купить наркотики. Все должно было пройти без сучка без задоринки, словно симфония в слаженном оркестре. То бишь красиво.

Сид достал из кожаного ящичка сигару, закурил и сказал:

– Ну так о чем я?

– Вы рассказывали про Маргейт, шеф. – Сказав это, Фил Костолом достал из ящичка сигару, предложил закурить Лео. Тот отказался.

– Не экономь сигары, парень, – недовольно сказал Сид, – и предложи Винсу.

Фил встал, передал ящичек Винсу и негромко шмыгнул носом. Это следовало расценить как извинение.

– Прошу прошения, сэр.

– Я вовсе не против, что тебе нравятся мои сигары, Фил, но разве нельзя подождать, пока я сам предложу? Это называется хорошими манерами. Слыхал о таких?

– Да, шеф, я понял.

– Ну вот и славно, – продолжал Сид. – Теперь вот что. Винс расскажет вам про маргейтского коппера и даст его телефончик. С этим ясно?

– Ясно, – в унисон ответили Лео и Фил.

– Вот и ладно. Поскольку никто там не собирается как положено расследовать смерь Лайонела и исчезновение Гарри, мы должны сделать это сами. Понятия не имею, сколько на это уйдет времени, но я должен получить внятный ответ. Вы должны будете перевернуть вверх тормашками этот сонный городишко и решить проблему. Держите связь с Винсом, давайте ему знать обо всем, что происходит. Усекли?

– Усекли, – сказал Фил.

– Усекли, – кивнул Лео.

Сид взглянул на Винса:

– Может быть, ты хочешь что-то добавить?

– Так, мелочи, – сказал Винс и повернулся к Филу и Лео. – Вы знаете, как себя вести. Постарайтесь себя не афишировать – вы же знаете, дурная слава – плохой помощник. И помните: никто не должен знать, кто вас послал и зачем.

– Мы не подкачаем, – заверил Фил.