Эшафот забвения - Виктория Платова

– Спасибо. Ты просто Флоренс Найтингейл [14]какая-то.

– Это еще кто, героиня мексиканского телесериала?

– Что-то вроде того.

– Вот только не дави на меня интеллектом, пожалуйста.

– Хорошо. Не буду – Тогда я выключаю свет.

Я вытянулась на спальном мешке и закинула руки за голову.Еще вчера в это же время подо мной были совсем другие простыни, смятые отстрасти; еще вчера человек, которого я так хотела, был восхитительно жив, ещевчера была жива Фаина Францевна Бергман, еще вчера я снисходительно подозревалаее в убийстве конкурентки… Еще вчера я даже представить не могла, что следующуюночь проведу в запущенной берлоге Кости Лапицкого, человека, научившего меняосознанно убивать. Человека, встреча с которым означала бы для меня смертныйприговор.

Впрочем, смертный приговор был и так подписан. Видимо, ядействительно представляю определенную опасность для Кравчука, если он решилсяубрать меня. Он так и не поверил мне. А я не привела убедительных аргументов,чтобы он мне поверил.

Но у меня еще есть шанс.

Мое собственное, очнувшееся от долгой спячки тело не хотеловерить в смерть Митяя, но здравый смысл говорил о другом: ты должна смириться.Никто и никогда не прощает отступников. Даже если он остался жив в машине нашоссе, с ним расправятся позже.

Я совсем не знала его. Я не знала ничего, кроме слепоговлечения к нему. Как жаль, что только теперь я узнала его по-настоящему.Теперь, когда уже ничего нельзя исправить.

"Пепел кобелька стучит в твое сердце”, – сказал мнеЛапицкий.

Ну что ж, если отбросить оголтелый цинизм фразы, он прав.Свой личный счет к Кравчуку я уже открыла. И мне есть что положить на депонент.

– Что ты думаешь делать? – вдруг спросил Лапицкий такимсерьезным, таким несонным голосом, что я даже вздрогнула.

– Ехать на студию. Встречаться с Кравчуком. Завтра сутра.

– Ты охренела, – после некоторого молчания сказал онмне со сдержанным уважением.

– Почему же?

– После сегодняшней кровосмесительной истории?

– Именно после сегодняшней. Не стоит долго оставлятьего в неведении относительно своей судьбы. А то еще, чего доброго, онпредположит, что я на него стуканула в ближайшую контору ФСБ. А он предположитобязательно. Поставь себя на место любого человека, который чудом избежалсмерти и прекрасно знает своих заказчиков. Я ведь простая ассистенткарежиссера. Даже косметикой не пользуюсь. Конечно, мои слова могут и грошаломаного не стоить, он не дурак, он попытался навести обо мне справки, но такничего и не выяснил. Нечего было выяснять. Ты же сам сказал – “трупнеизвестной”. Но в любом случае, если остается хоть малейшее сомнение, – онзамрет. Он ляжет на дно. Профессионалу ничего не стоит элегантно замести следы.А так – я просто облегчу тебе задачу, вот и все. Тебе ведь нужен этот парняга соригами?

– Есть на него кое-что… – задумчиво сказал Костя.

– Можешь не продолжать. Я же сказала: я расскажу тебевсе, что знаю. А ты мне – все, что посчитаешь нужным.

– Хорошо. На этом и остановимся.

– Это связано с антиквариатом? С иностранцами?

– На этом и остановимся. – Костя сновапродемонстрировал свою хватку.

– А ведь убийство актрис тебе на руку, правда?

– Да. – Все-таки он циничен до невозможности.

– Как это ты говоришь? “Если бы их не было, их стоилобы придумать”. Верно?

– Верно. Теперь можно без суеты подобраться поближе ипокопаться в ваших кинематографических головах. А старыми каргами пустьуголовка занимается, от них же за версту тухляком несет. Пускай ребяткипокорячатся, им полезно. Это то, что нужно для милицейской задницы.

– Я так и знала.

– Ты всегда все знаешь. Ты умная девочка. – Еще ни разуза весь вечер и добрую часть ночи он не обратился ко мне по имени. Возможно, онвсе-таки признал за мной право выбора. – Ты хорошо подумала насчет завтрашнегодня?

– Не очень. Но это ничего не меняет. Я поеду на студию.

– Я не смогу тебя подстраховать, сама понимаешь.

– Я тоже. Каждый – сам за себя.

– Знаешь, я думаю, что это большая удача, что мы не пустилитебя в расход.

– Может быть, это было лучшим вариантом для нас длявсех. Я что-то подустала жить.

– Ты очень оригинально это демонстрируешь. Пальцы неболят?

– Нет, – машинально сказала я и с удивлениемобнаружила, что саднящая боль в руках действительно прошла.

– Я же говорил тебе. Значит, не обманул Гиппократ…

* * *

…Я шла по студии.

Внешне ничего не изменилось, но призрак бессмысленногоубийства уже распростер над ней свои крыла. Даже в коридоре, куда выходилидвери нашей съемочной группы, народу было больше, чем обычно. Чрезвычайныепроисшествия сплачивают людей, это один из немногих поводов, чтобыобъединиться.

…В комнате группы, возле телефонов, одиноко полировала ногтина ногах гашишница Светик. В другом ее конце сидели шофер Тема, Келли и ещеодин осветитель, имени которого я не помнила. Все трое играли в “подкидногодурака”. Вот что значит отсутствие жесткой руки – в любое другое время всемитремя здесь даже бы и не пахло: Братны терпеть не мог, когда низшие чиныпосещали Валхаллу, в которой томились его многочисленные кинопризы, дорогиековры, тяжелые занавеси и широкие, убийственно мягкие кресла. Маленькая прихотькрупного мастера.

– Привет! – сказала я Светику.

– Виделись недавно. – Светик оторвалась от педикюра ипосмотрела сквозь меня.

– Кто-нибудь из начальства есть?

– Кравчук где-то бегает. Братны в Госкино. Половина наПетровке, половина в буфете, – томно сказала Светик.

– Половина сидит – половина трясется, – ввернул шоферТема и радостно заржал. – А ты чего не в общих рядах?

– Уже вливаюсь.

– Здравствуйте, Ева, – приветливо поздоровался Келли,единственный человек из всех присутствующих, который был мне симпатичен. – Этоужасно. Насильственная смерть старого человека – это всегда так ужасно…

– А насильственная смерть молодого человека – этовсегда так прекрасно. Это просто зашибись, как здорово, – снова вклинился Темаи снова радостно заржал.

– Вы действительно так думаете, Артем? – с осуждениемспросил тишайший интеллигент Келли.

– Я вообще ни о чем не думаю, а ты дурак снова. Кто неумеет работать головой, пусть работает руками. – Тема собрал колоду и передалее Келли. – Ни хрена, ребята, не боись, чем хуже – тем лучше, пробьемсякасками!