Зонтик для дельфина - Дарья Калинина

Выпускные экзамены парень еще сдал с грехом пополам, но вступительные в институт благополучно завалил. Но он об этом и не жалел. Вернулся в родной город, пошел работать шофером и казался счастливейшим из смертных, потому что любимая девушка наконец-то обратила на него внимание. Затем Георгина забеременела. Мустафа тут же предложил ей расписаться. Но в ответ услышал: «Чтобы я вышла замуж за простого шофера? Да никогда в жизни!»

Георгина скрыла от своих родителей, кто отказалась ребенка. Иначе они бы настояли на том, чтобы она не глупила и вышла замуж за хорошего и работящего парня, к тому же любящего ее без меры. Но Георгина ничего не сказала родителям и Мустафе строго-настрого запретила заикаться о том, что он отец ее сына.

— Если проболтаешься, сдам ребенка в детский дом! — пригрозила она ему. — Ты по закону ему никто.

Так что помешать мне не сможешь!

Впрочем, деньги на содержание ребенка она охотно у Мустафы брала. А он, погрустив немного, смирился с решением подруги и обратил свое внимание на вторую сестру — Викторию. Она казалась парню совсем другой, чем ее взбалмошная сестрица. Сначала Мустафа думал, что он общается с Викторией ради сына, которого Георгина частенько подбрасывала сестре. Георгина вовсе не препятствовала Мустафе видеться с сыном, она лишь требовала, чтобы ее лично он оставил в покое. И даже поздравила Викторию, когда та сказала ей, что Мустафа сделал ей предложение и через месяц у них свадьба.

Разумеется, к этому времени Виктория уже знала, кто на самом деле является отцом Славика. Но по просьбе Мустафы согласилась держать язык за зубами. Так она вела себя до свадьбы, и после свадьбы тоже ничего не изменилось.

— Она и нам с Маришей не проговорилась, что отец Славика — ты, — сказала Инна, обращаясь к Мустафе. — Наплела, что отец ребенка сбежал. И вообще, неизвестно, кто он такой и был.

— Мы так договорились, — кивнул Мустафа. — Георгина настаивала. Пришлось подчиниться.

— А что было после вашей свадьбы с Викторией? — спросила у него Мариша. — Георгина не пожалела о своем решении?

— Самой Георгине к тому времени было уже не до нас, — говорил Мустафа. — У нее к тому времени появился Игорь. И когда этот тип гостил у нее, Славик отправлялся жить к нам с Викторией. А потом и Гуленька стала частой гостьей у нас в доме.

За разговором никто и не заметил, как они дошли до дома Мустафы и Виктории. После небольшого совещания было решено, что наверх поднимется следователь, как представитель закона, и Смайл, которого никто из соседей Виктории еще не видел. Остальным светиться перед ними не следовало. Мало ли, вдруг все же появится Игорь, он не должен знать о внезапном наплыве чужих гостей в квартиру к Виктории.

— Конечно, мало надежды, что после сегодняшнего инцидента, о котором уже наверняка известно всему городу, Георгина или ее любовник все же решатся сунуться за детьми, — сказала Инна. — Но чем черт не шутит. Нужно подстраховаться.

— Викторию обязательно следует предупредить, чтобы она ни за что на свете не отдавала детей сестре или Игорю, — сказал Бритый.

— И еще нужно сказать, что от ее решимости, возможно, зависит жизнь ее сестры, — добавила Мариша. — И ей это нужно внушить хорошенько, а то ведь может и не поверить, что дело обстоит так серьезно.

Но, кажется, внушение прошло благополучно. Потому что Смайл и Рушников вернулись к своим друзьям с самыми радостными лицами.

— Все отлично! — ответил следователь. — Полагаю, что завтра к вечеру мы уже сумеем задержать Георгину и ее любовника.

— Она звонила своей сестре! — возликовала Мариша. — Да? купила для себя и детей купе целиком. Следователь поручил проводнице проверить, действительно ли нет в купе посторонних. Страшно гордая своим поручением женщина отнесла пассажирам отлично заваренный для такого случая чай. И, выйдя из купе, поклялась, что там только Георгина и дети.

— Будем ждать, — сказал Рушников.

Георгина из купе не высовывалась. Но в конце концов выйти ей все же пришлось. Славику приспичило в туалет. Разумеется, маленькую Гуленьку пришлось взять с собой. Рушников незаметно проводил их всех до туалета. И они благополучно вернулись обратно. По дороге никто подозрительный им не попался. Но уже в Джанкое у всех троих — Славика, Георгины и маленькой Гуленьки — основательно прихватило животы. Как только поезд остановился, они отправились искать туалет на перроне. По совету проводницы пассажиры пошли на вокзал. Смайл с Рушниковым последовали за ними. Но в густой толпе на минуту они потеряли Георгину из вида. А когда увидели ее снова, рядом с ней уже пристроился какой-то мужчина. Но он совсем не походил на Игоря — не хромал и имел светло-русые волосы. Но при этом выглядел крайне возбужденно. Держа Георгину под руку он что-то ей втолковывал. А та мертвенно побледнела и едва переставляла ноги.

— Не своди глаз с парня, который идет рядом с Георгиной, — велел Рушников Смайлу. — Видишь?

— Перо он ей к боку приставил или дуло, — убежденно произнес Смайл. — Что делать-то будем? Если сейчас на этого урода набросимся, то он в толпе кучу народу перестреляет и Георгину запросто уложит. Да и детям может не поздоровиться. Много ли таким клопам нужно. Пристукнут случайно, и все дела.

— Будем ждать, — решил Рушников. — Но как только я скомандую «Пора!», кидайся ему под ноги и старайся отпихнуть подальше от свалки женщину и детей. А я уж постараюсь обезвредить этого типа.

Так они и сделали. Проводив всех четверых до выхода из здания вокзала, следователь и Смайл увидели, как к Георгине и ее спутнику подлетела машина «Жигули».

— Пора! — крикнул следователь, как только машина остановилась возле Георгины.

Увы, в горячке заорал он слишком громко. Так что услышал его не только Смайл, но и тот тип, который вел Георгину. Он оглянулся. Увидел, что к нему мчится Рушников с пистолетом в руках, парня перекосило. Он отпихнул Георгину в сторону машины, а сам направил на следователя пистолет, которым до сих пор упирался Георгине в бок, как и предполагал Смайл. Преступник нажал на курок, и.., и ничего не произошло. Но удивляться такому поведению своего пистолета у парня не было уже времени — следователь был уже рядом, готовый к захвату.

Видя, что приятель провалил операцию, из машины на подмогу выскочил второй парень. Нет, он не хромал.

И был рыжим. К тому же его курносый нос и плоская рожа не выдавали в нем матерого преступника, раскатывающего в «БМВ». Выглядел он как обычная «шестерка», кем, собственно говоря, и являлся. Рыжий парень первым делом попытался запихнуть Георгину и ее испуганно верещащих детей в машину, но тут же наткнулся на огромный кулак Смайла и, послушно сложившись пополам, остался отдыхать у колес своей машины.

Расправившись с одним противником, Смайл быстро подхватил с земли оружие, которое отбросил первый из бандитов, и, подобравшись к преступнику, нанес удар рукояткой пистолета по затылку. Парень издал стон, оставил наконец шею Рушникова в покое и сполз на землю.