Выхожу тебя искать - Анна Данилова

– Я не хочу говорить… Зачем сотрясать воздух, если и так все ясно?

– Что тебе ясно?

Стелла с трудом поднялась и принялась растирать свое помятое от подушки лицо. Выпрямилась, потянулась и тяжело вздохнула.

– Понимаешь, в чем дело… Он в некоторой степени извращенец, это я поняла вчера, когда мы вернулись из сада… после того, как я увидела его… Я долго думала, а ты считала, что я сплю… Так вот, ответь мне, пожалуйста, зачем молодому и денежному мужику ходить по таким непривлекательным местам, как детский сад, теплица? Ни за что не догадаешься… А я вот подумала и все поняла. Ведь кто такой электрик? Это человек, которого всегда ищут. Если он требуется в садике, то его ищут в теплице – и наоборот… Уверена, что ему платили и еще где-нибудь, где он почти не работал…

– Что-то я тебя не пойму… Если у него есть деньги, то зачем ему подрабатывать за гроши в детском саду? И в теплице?

– Все дело в его организации… Он, как я уже сказала, извращенец: любит женщин, но любит не в обычной обстановке. Он в нашем садике переспал не только со мной. Я же следила за ним, протягивала нитки и волоски на дверях прачечной, кухни, кладовки…

При слове «кладовка» Юля поняла все. Очевидно, Боксер соблазнял женщин, встречаясь с ними то в прачечной, то на кухне, то в спальнях…

– Необычная обстановка? Это его возбуждало?

– Не то слово! – Стелла оживилась, глаза ее заблестели. – Скажу честно: и мне это тоже нравилось… Представляешь, днем в этих кроватках спят маленькие дети и постели пахнут чуть ли не молоком, а ночью на этой же самой кроватке тебя терзает огромный и сильный мужчина… Думаю, что приблизительно те же чувства испытывала и наша прачка Даша, с которой он тоже встречался несколько раз… И я даже знаю, где именно…

– Ты же сама только что сказала: в прачечной…

– Да нет, ты не поняла. Знаю, где именно это происходило!

– Ну и где же?

– В нише для чистого белья… Когда я утром вошла в прачечную – Даши еще не было, – я почувствовала этот запах… его запах…

– Да ты сама извращенка, – сказала Юля, чтобы немного отвлечь Стеллу, может, даже вывести из себя – только бы она вновь не впала в хандру.

– Да, есть немного, – улыбнулась Стелла и вмиг похорошела. – Но главное в моем извращенческом характере – это то, что я, прекрасно зная обо всех похождениях Саши – а для меня он так и останется Сашей, а не Боксером, – все равно ждала его с трепетом и готова была даже платить ему за эти странные свидания… Он был как зверь…

– Он и есть зверь, – пробормотала Юля и тотчас пожалела о сказанном.

– То же, наверное, происходило и в теплице, причем в самых разных местах… Я знаю, что он ходил и по женским общежитиям, и по интернатам… Да его, наверное, знает весь город! Но числится он электриком… Как странно, правда?

– Он поубивал своих любовниц, а ты…

Но она не успела договорить – в окно влетело что-то большое и тяжелое. Юля тотчас же подобрала это что-то и, засунув между кроватью и стеной, замерла в ожидании продолжения… Юля знала, чувствовала: сейчас что-то произойдет, и она не ошиблась.

Распахнулась дверь, и появился мужчина, который подавал им завтрак.

– Что произошло? – спросил он, врываясь в комнату и подбегая к окну. – Вы слышали что-нибудь? В окно ничего не влетело?

– Вылетело, – ответила Стелла, с презрением глядя на тюремщика. – Мы выбросили бутылку из-под шампуня, а в ней – письмо – SOS. Слыхали о таком? Сигнал бедствия называется.

Охранник, войдя в ванную, действительно проверил, на месте ли все шампуни.

– Шишки падают… с сосны, – хмыкнула Юля, отвернувшись от нового охранника и всем своим видом выказывая ему свое презрение. – А вы поставили бы часового под окнами, глядишь, и поспать бы смогли.

Мужчина ничего не ответил и ушел. Судя по тому, как он был воспитан и одет, роль охранника подходила ему менее всего.

– Интересно, чем держат таких вот парней, с виду вполне приличных? – пробормотала Стелла.

– Деньгами… Сейчас мужику устроиться на работу куда сложнее, чем нам, женщинам. Вот инженеры да учителя и идут в охрану.

Юля с бьющимся сердцем подала знак Стелле встать совсем рядом с дверью, чтобы в случае опасности иметь возможность сунуть «посылку» обратно в щель между стеной и кроватью.

Обернутый коричневой вощеной бумагой и перевязанный бечевкой сверток она разворачивала для надежности под простыней. Развернула – и ощутила прохладу металла.

Стелла, широко раскрыв глаза, не выдержала напряжения – сорвалась со своего места и, сдернув простыню, замерла, увидев, как поблескивает в лучах утреннего солнца рукоять пистолета. Кроме того, в «посылке» были еще два каких-то предмета…

– Это кастеты, – прошептала Юля, с трудом представляя, кто же это мог подбросить им такой странный подарок.

Понимая, что дорога каждая минута и что в любое время может вернуться охранник, Юля сунула пистолет под подушку, а один из кастетов протянула Стелле.

– Смотри, как это надевается, – прошептала она, просовывая пальцы правой руки в круглые отверстия бляхи из тяжелого и холодного металла. – Затем сжимаешь руку и… Уж если ударишь кого-нибудь в челюсть вот этой штуковиной, то мало не покажется… Стой, здесь еще что-то…

В складке вощеной бумаги оказалась записка. Сердце Юли забилось еще сильнее, потому что написана она была уже знакомыми ей красными чернилами. Текст был прост и загадочен, как и все происходившее этим утром: «30 июля».

– Что такое «30 июля»? Стелла, что же это может означать? Разве можно писать такие дурацкие записки?.. – Юля была готова разреветься от досады на того, кто им все это послал. – Ну что такого может произойти тридцатого июля?

– День рождения вице-мэра нашего города, господина Злобина, – усмехнулась Стелла. – Это все, что я могу сказать… У нас было совещание по этому поводу. Нас проинструктировали, сказали, чтобы мы, заведующие детскими садами, приготовили к этому мероприятию концертные номера.

– Зачем? – изумилась Юля. – Кому вы должны показывать эти самые… номера? Имениннику, что ли?

– И вот еще что, – усмехнулась Стелла. – Из этих номеров будет отобран самый лучший. В прошлом году, например, на первом месте оказался как раз наш детский сад: мы поставили детскую оперу «Телефон».

– А кому показывали-то? – не унималась Юля, которая, вместо того чтобы спрятать и кастеты под подушку, теперь сидела и чуть ли не с открытым ртом слушала Стеллу. – Неужели вице-мэру?

– Да, мы были приглашены в мэрию, где в актовом зале проходил концерт, на котором присутствовала вся наша администрация. А в отдельной комнате принимались подарки для Злобина – и чтоб непременно с визитками или открытками. От нашего сада был подарен ковер ручной работы!