Зов Халидона - Роберт Ладлэм

Правду узнают Элисон, Сэм, Чарлз и Лоуренс. Остальные — нет. Йенсенам, Джеймсу Фергюсону и рабочим сообщат, что Алексу пришлось уехать распутывать очередной бюрократический казус; вполне естественная причина, понятная профессионалам. Якобы ночью поступила радиограмма из Кингстона о том, что министерство внутренних дел срочно требует Маколифа в Очо-Риос. Возникли какие-то проблемы с местным институтом. С неприятностями подобного рода часто сталкивались руководители экспедиций; дурость местных администраций постоянно мешала исследованиям.

Когда «священник» заявил, что Алексу придется отлучиться как минимум на трое суток, тот потребовал объяснений.

— Я не могу вам этого сказать, — заявил халидонец.

— В таком случае, почему я должен соглашаться?

— Ну это же не принципиально! А потом, мат нам не грозит, не так ли, мистер... Боне? Мы боимся того, что о нашем существовании станет широко известно, гораздо больше, чем вы — за жизни ваших коллег.

— С этим я никогда не соглашусь.

— Вы нас просто не знаете. Позвольте себе такую роскошь — узнать нас поближе. Поверьте, вы об этом не пожалеете.

— Значит, этот срок вам назначили, и все?

— Да.

— Я должен сделать вывод, что тот, кто определил его, был уверен, что вы приведете меня с собой?

— Это предполагалось.

Алекс согласился на трое суток.

* * *

Чернокожий революционер Лоуренс втирал пенициллиновую мазь в спину Уайтхолла. Веревка глубоко врезалась в кожу. Тот, кто связывал Чарли-чела, в приступе ярости сил не пожалел. Путы с обоих сняли только после того, как пришел Маколиф и поговорил с ними.

Алекс ясно дал понять, что не потерпит никакого вмешательства с их стороны в текущие события. То, как они к этому относятся, не имеет значения.

— Ваша наглость, Маколиф, не имеет границ, — заявил Уайтхолл, одерживая гримасу боли от прикосновений Лоуренса к израненной спине.

— Упрек принимаю. В этой области, Уайтхолл, вы большой специалист.

— Вы абсолютно не готовы общаться с этими людьми! А я жизнь посвятил — всю свою жизнь! -изучению истории Ямайки и Карибского бассейна!

— Положим, не всю, Чарли-чел, — спокойно парировал Алекс. — Я ведь предупреждал вас прошлой ночью. За вами есть еще кое-что помимо науки. Черный Цезарь, который хочет въехать в парк Виктории на своих неграх-помпеях.

— Что вы сказали?

— Это не мои слова, Чарли.

Внезапно Лоуренс с размаху врезал кулаком по ссадине на плече Уайтхолла, схватив его за шею другой рукой. Никто не шевельнулся. Лоуренс прохрипел:

— Ни в какой парк ты ни на ком не въедешь, чел. Ты будешь ходить пешком, как все!

Чарлз повернул голову и увидел огромный, занесенный для следующего удара кулак.

— Брось валять дурака. Неужели ты думаешь, что тот, кто придет к власти, станет терпеть тебяи твое равенство,шакал? Да тебя уничтожат в первую же минуту!

— А ты не хочешь нас уничтожить, чел?

— Я хочу только одного — лучшего будущего для Ямайки. И на это должны быть направлены все усилия.

— Ну хватит трепаться, — грубо прервал их Алекс, подходя ближе. Лоуренс взглянул на него с подозрением и надеждой. Он отпустил Уайтхолла и принялся завинчивать тюбик с мазью.

— Через несколько минут мне придется вас покинуть, — произнес Маколиф, стоя перед Уайтхоллом. — Вместо меня остается Сэм. Вы оба должны выполнять все его указания. Работу по возможности следует продолжать в обычном режиме; Халидон остается за кадром, по крайней мере, для Йенсенов и Фергюсона.

— Как это практически возможно? — поинтересовался Лоуренс.

— Ну, это не так уж сложно. Питер занимается пробным бурением газовых карманов в полутора милях к юго-западу. Рут работает в карьере на востоке, ее сопровождает проводник, известный под именем Джастис. Фергюсон изучает растения на том берегу. То есть все работают по отдельности, и за каждым пристально наблюдают.

— А я? — произнес Уайтхолл, застегивая свою дорогую рубашку-сафари с такой тщательностью, словно собирался на концерт в Ковент-Гарден. — Чем я должен заниматься, по вашему мнению?

— Вы остаетесь на поляне, Чарли-чел. И ради вашей же собственной безопасности не пытайтесь слинять отсюда. В ином случае я ни за что не отвечаю.

— Вы полагаете, что теперь получили полное право всем распоряжаться, Маколиф?

— Да, полагаю. Они боятся меня не меньше, чем я их. Не пытайтесь нарушить установившееся равновесие сил. Это касается вас обоих. Много лет назад на Аляске мне пришлось похоронить одного человека. Сэм может вам рассказать об этом. Так что отходную молитву я знаю наизусть.

* * *

Элисон стояла на берегу реки. Первые жаркие лучи восходящего солнца окончательно разбудили обитателей джунглей. Звуки, доносившиеся из глубины леса, казались ей звуками битвы: летающие, ползающие, бегающие сражались друг с другом. Мощные лианы, влажные от поднимающихся испарений, свисали с крон высоких пальм; чистая зеленовато-голубая вода Марта-Браэ медленно струилась вдоль берегов, поросших мхами, осокой и дикой капустой.

— Я был у твоей палатки, — произнес, подходя, Алекс. — Сэм сказал, что ты пошла сюда. Элисон обернулась.

— Я же не нарушила приказ, — ответила она улыбаясь. — Я не собираюсь убегать.

— Никуда убегать не надо. С тобой ничего не случится... Меня ждет проводник.

Сделав пару шагов, она стала вплотную к нему и заговорила тихо, почти шепотом:

— Мне надо сказать тебе кое-что, Александр Таркуин Маколиф. Я не буду драматизировать, плакать и устраивать сцены... все это лишнее. Мы вполне без них обойдемся. Полтора месяца назад я бежала — бежала куда глаза глядят. Я была в отчаянии и пыталась убедить себя, что именно в бегстве мое спасение, хотя понимала, что это бессмысленно. Я говорила тебе об этом в Кингстоне. Они достанут везде. В их подвалах и потайных комнатах — компьютеры и всякие жуткие следящие устройства, которые фиксируют каждый твой шаг. К сожалению, это наша реальность. И это уже невыносимо. Нам не удастся скрыться ни в подполье, ни у черта на рогах. Это будет не жизнь, а сплошные скитания... Боюсь, ты не совсем понимаешь это, и, может быть, поэтому ты прав в том, что сейчас делаешь. Ты говорил: «Ударь первым того, кто хочет ударить тебя». Я убеждена, что это слишком жестоко. Но сейчас я, кажется, убеждена, что это действительно единственный способ для нас вернуться к нормальной жизни.

Маколиф взял ее лицо в свои ладони. Невероятная синева ее глаз поразила его.

— Звучит как нешуточное предложение!

— У меня простые желания, и говорю я о них просто. Как ты однажды заметил, я чертовски хороший профессионал.

— "Маколиф и Бут. Геологоразведка. Офисы: Нью-Йорк — Лондон". Неплохо для названия фирмы.