Черное платье на десерт - Анна Данилова

– Вадим?

– Да… – ответили откуда-то издалека. – Кто это?

– Смоленская из Москвы, помнишь?

– Екатерина Ивановна?

– Да, это я. Где Изольда Павловна? Ты меня слышишь?

– Не имею представления, где она. Ее все ищут, я уже и сам не знаю, что думать… А что случилось?

– Я скоро приеду. Как только определюсь, сразу же позвоню и предупрежу, чтобы меня встретили. Позаботься о ней… – И Смоленская положила трубку.

Правильно ли она сделала, позвонив ему? А что, если его слова – ложь и Изольда уже в общей камере, где над ней измываются…

– Эдик, сделаем так. Сейчас я сплю, утром ты отвезешь меня в Сочи, и я сама попробую поговорить с судмедэкспертом, узнать поточнее, каким образом были убиты Мисропян и другие… А уже оттуда снова в Адлер и самолетом в С. А ты, Виталий, время от времени звони в отделение, я через рацию Эдика буду передавать тебе сообщения… Так… А что там у Паши Баженова?

– Он проводил экспертов, которые работали сегодня в подвале, будет ждать результатов экспертизы, но по предварительным данным подвал библиотеки действительно использовался в качестве склада наркотиков, это можно было определить прямо на месте.

– Карина сказала, что ограбление ювелирного магазина – инсценировка… – негромко произнесла Смоленская, когда Эдик вышел из кухни и они услышали, как он заперся в ванной. – Эдик – отличный парень, но я едва знакома с ним, а поскольку информация серьезная, решила не рисковать…

Она перешла на шепот и рассказала Скворцову о своих подозрениях относительно Назаряна – обноновца, человека, который имел доступ к большой партии героина, обнаруженного в самолете. Он или его люди подменили смертоносный порошок сахарной пудрой, после чего и провели акт официального уничтожения.

– Ты шутишь! Подобная афера тянет на баснословную сумму… Уничтожение всегда производится с понятыми. В такую подмену невозможно поверить, тем более что об этой операции трубили газеты… Разве это реально, ты сама подумай?

– Я только об этом и думаю. Но посуди сам: не будь такой партии, такого соблазна, не было бы, возможно, и всех этих убийств! А я чую, что за гибелью Мисропяна, Мухамедьярова, Аскерова и даже Шахназарова, хотя он и не был удушен, стоят именно наркотики. Понимаешь, деньги у них были и месяц назад, и в прошлом году, но их что-то никто не убивал и не грабил, а именно в то самое время, когда обнаружилась эта партия героина, все и произошло… И еще – покупатель. Крупный покупатель, который приехал издалека, чтобы по высокой цене скупить весь героин. Где здесь логика?

– А кто сказал, что он собирался скупить героин по высокой цене?

– Мне сказала об этом Карина, а она, вероятно, услышала это от своего мужа. А иначе как объяснить его желание продать весь товар, да еще и привлечь к этой сделке своих доверенных лиц, тоже мечтающих сбыть свой товар оптом? Если верить Карине, то получается, что покупатель собирался приобрести здесь, на побережье, товар приблизительно за ту же цену, что и в розницу, но тогда какой смысл в этой сделке самому покупателю? Думаю, что ответ очень простой.

– Ты хочешь сказать, что покупатель назначил обычную, низкую, то есть оптовую цену, но Пунш, которая явилась инициатором сделки и в качестве посредника свела покупателя с Мисропяном и его друзьями, назвала цену другую?..

– Да, она назвала высокую цену и сделала все возможное, чтобы до последнего момента Мисропян с покупателем не встретились… Постой, но ведь покупатель приезжал к Мисропяну, Карина еще говорила, что они уединились в беседке, но она не подавала им ни еды, ни выпивки…

– Остается одно: покупатель был сообщником Пунш, и они соблазнили Мисропяна, назвав высокую цену. А сделали это для того, чтобы, заинтересовав всех здешних наркоторговцев, собрать их в одном месте и в одно время, а затем просто-напросто ограбить и убить.

– Сделка должна была состояться утром пятого мая во дворе библиотеки. Но, судя по всему, не состоялась. Скорее всего на место прибыли лишь Мисропян со своим охранником, а остальных кто-то предупредил, чтобы они не выезжали…

– …или же встреча с покупателем была назначена им отдельно…

– Вот это уже больше похоже на правду. Хотя тогда непонятна связь гибели наркоторговцев с убийством Ларисы Васильевой.

– Обычное ограбление, но тщательно спланированное и каким-то образом связанное с именем ее брата, Князева, насколько я понимаю…

– Ладно, Виталий, давай спать… Я слышу, Эдик возвращается. Утром, на свежую голову, еще раз все хорошенько обмозгуем, и я поеду в Сочи. Пора закрывать эти дела.

– Закрывать? – удивился Скворцов.

– Ну да! А чего тянуть-то, найдем Пунш – и дело в шляпе.

Смоленская устало улыбнулась:

– Пойдем, покажешь, где моя постель.

* * *

Наутро Екатерина Ивановна приняла решение добиться встречи с руководителем Сочинского ОБНОНа, чтобы поговорить о Назаряне, тем более что Карина теперь была далеко и в безопасности. Но прежде предполагала заехать в морг и встретиться с судмедэкспертом, чтобы при личной беседе попытаться с его помощью понять, каким же способом были убиты Мисропян и другие.

В Сочи они с Эдиком приехали лишь в десять.

Проезжая в машине по чистеньким зеленым улицам утреннего города, любуясь блестящими на солнце гигантскими веерами пальм и ухоженными цветниками, Смоленская страдала при мысли, что вся эта красота так и останется для нее лишь видом из окна, не больше. Вместо того чтобы, остановив машину, выйти из нее и окунуться с головой в чудесные райские сады и аллеи прекрасного города, ей придется променять все это на холодные комнаты морга с его специфическими запахами и судмедэкспертом в забрызганном кровью клеенчатом фартуке…

Судмедэксперта звали Гамлет. Это был высокий, худой и очень смуглый парень с огромными черно-синими блестящими глазами и полоской красных губ, обрамленных голубой, тщательно выбритой кожей. Из-под белой медицинской шапочки выглядывали влажные колечки волос. Катя подумала, что юноша с такой красивой внешностью не должен столько часов находиться в одном помещении с трупами, что это несправедливо, неэстетично, кощунственно… Но она приехала в морг, а парня звали Гамлет, и он был судмедэксперт, и ей не оставалось ничего другого, как сразу же приступить к работе. Кого здесь могло интересовать ее мнение?

– Мы ждали вас до поздней ночи, что-нибудь случилось?

– Случилось. – Смоленская внимательно посмотрела ему в глаза, словно хотела прочесть в них ответ на все свои вопросы, связанные с тем обстоятельством, что прошло уже столько дней, а результаты экспертизы ей так и не прислали. – Машина сломалась.

– А… Понимаю вас. – Он принялся меланхолично потирать пальцами правой руки свои щеки, из чего Екатерина сделала вывод, что и он немного нервничает. – Обстоятельства сложились таким образом, что я не мог вовремя представить результаты экспертизы. Мой коллега уехал в отпуск за границу, еще один специалист-патологоанатом командирован в Москву за новым оборудованием, а я… сначала работал с трупами, это может подтвердить ваш коллега Левин, которому я задолго до официального заключения сообщил предварительные результаты, а потом у меня в семье произошли большие неприятности, и я вообще не ходил на работу… Меня уже вызывали, внушали, предупреждали, уведомили о том, что дело находится в производстве Генпрокуратуры, что сюда к нам приехала целая группа, но я в тот момент просто не хотел жить… Я рассказал вам все, как было, и вы ничего такого не подумайте. И еще, не забывайте, пожалуйста, что у нас плоховато с оборудованием, не то что у вас, в московских лабораториях, поэтому результаты некоторых анализов нам пришлось ждать довольно долго… Но теперь уже все готово, я все отпечатал, так что можете расположиться в моем кабинете, там есть кондиционер, и все изучить или взять с собой, как вам будет угодно… Если хотите взглянуть на тела, я провожу вас… Родственники торопят, все-таки жара… Хорошо еще, что у нас такие большие холодильные камеры.