Последнее дело молодого киллера - Лариса Соболева

Он якобы споткнулся, что дало ему возможность низко наклониться. Маневра хватило, чтобы очутиться совсем близко к караульному. Потом – удар по смертельной точке. Для собственной безопасности – неохота ведь получить пулю в спину – Дар свернул шею караульному, который ничего не успел сообразить. Оглянулся. Вий скинул с крыльца тело. Дар рванул к нему, попутно сказал Герасиму, оставшемуся пока в машине:

– Чисто. Идем.

В доме первым планом слышался гомон и хохот, вторым – женские крики. Вий и Дар приготовили автоматы, Мятежный вдруг предложил:

– Пойду к «черному» ходу. Я говорил, со второго этажа лестница ведет прямо к нему. Летову могут через него вывести, когда услышат стрельбу.

– Ну, иди, – разрешил Дар. – Только они от нас все равно не уйдут.

Открыли дверь, еще одну… и одновременно Дар с Вием ударили длинными очередями по застолью. Герасим не сделал ни одного выстрела. Маленькая пауза, во время которой поменяли рожки и оценили, есть ли живые. Есть. Дар, переступая через тела, выстрелил в парня, стонавшего под столом, выстрелил почти не глядя, даже не целясь, – выбросил руку в сторону и выстрелил.

– Верх! – крикнул Герасим.

На площадке второго этажа показались двое с оружием. Дар успел заметить у одного расстегнутые штаны, ударил очередью. Его поддержал Вий. Один бандит упал прямо со второго этажа вниз на разгромленный стол, второй остался лежать на площадке. Под Вием уже сотрясалась металлическая лестница – он мчался наверх. Открыл первую дверь – никого. Вторую – никого. Третья… Никого. Четвертая – никого. Вий растерянно оглянулся на Дара.

– Беги в конец, там лестница, я к «черному» ходу! – крикнул Дар и выстрелил в невесть откуда взявшегося братка, целившегося в спину Вия. После чего повернул назад, за ним устремился Герасим.

Мятежный, слыша выстрелы, достал пистолет, снял с предохранителя. Он не торопился, он вообще не понимал, зачем все это делает. И никакого страха не испытывал, одна пустота заполнила Мятежного.

Торопливо заскрежетали замки. Пятясь, Мятежный отошел от двери. Она распахнулась, появился Калюжник, держа впереди себя абсолютно голую Летову, повисшую в его руках, как тряпка. Он прикрывался ею как щитом. Только сейчас Мятежный понял, сколько брезгливости ко всему этому дерьму, что его последнее время окружало, он испытывает.

– Мятежный? – произнес Калюжник без удивления.

– Отпусти ее, – тихо сказал Олег.

– Что? А, так это ты привел их? Так ты воркун?

Мятежный услышал одинокий выстрел. Вместе с ним в него что-то врезалось острое, пронизывающее насквозь даже кости. Внутри обожгло раскаленным железом. Он прижал обе руки к груди и упал на колени. От боли рябило в глазах, но он рассмотрел спину Калюжника, который повернулся на звук шагов, слышимых на лестнице. Холодеющие руки сжимали теплый пистолет. Странно, руки остыли, а пистолет был теплым… Мятежный чувствовал, что быстро слабеет. Собрав силы, он направил дуло в спину Калюжника и спустил курок. Олег почти не слышал выстрела, он был какой-то далекий. Не понял, попал или промахнулся, и рухнул лицом вниз. Боль раздирала его, сил хватило только на то, чтобы поджать ноги.

Вий выскочил из дома, едва не налетев на лежащие тела. Выдернув Люду из-под Калюжника, навалившегося сверху на нее, он услышал топот и приготовился стрелять. Но это были Дар и Герасим, бежавшие следом. Стало тихо-тихо. Вий снял куртку, завернул в нее Люду и понес к машине. Герасим присел рядом с Мятежным, тронул его:

– Эй, ты как? Сейчас отвезем тебя в больницу.

– Следака… – хрипло заговорил Мятежный, едва шевеля губами.

– Что? – наклонился к нему Герасим.

– Следака… завтра… убьют…

– Когда завтра? – крикнул Герасим, понимая, что Мятежный отходит и плохо его слышит.

– Завтра… – повторил тот и умолк.

– Что с ним? – подошел Дар.

– Что бывает после смертельного выстрела? – выпрямился Герасим. – Уж ты-то должен знать. Он сказал, что завтра следака убьют.

– Жаль, Калюжник рано подох… Пора, уходим.

В серую иномарку, на заднее сиденье, Вий уложил Людмилу, дополнительно накрыл ее курткой Осокина и сел за руль. Он подвез Дара и Герасима до второй машины, те пересели, и все вместе двинули к городу. А дачный поселок застыл в безмолвии, никто даже носа не высунул, хотя живущие здесь круглый год люди наверняка слышали пальбу. Привыкли, что ли? Или… Эк, равнодушие человеческое… И трусость…

* * *

Ипсиланти взглянул на часы – четыре часа утра. Ударив кулаком по подушке, взял мобильник, трезвонивший минут десять, не переставая. Надо мелодию поменять, эту он уже не выносит.

– Следак, ты? – послышалось в трубке.

– Я. Кто звонит? – зло прошипел Ипсиланти.

– Доброжелатель. Спустись вниз, я жду тебя на детской площадке.

– Ты… – От негодования Ипсиланти задохнулся. – Ты знаешь, который час? Не мог до утра подождать?

– Спустись, не бойся. Тебе будет интересно узнать, что утро может не наступить.

Ипсиланти озадачился: кто звонил? Со сна не сообразил сразу посмотреть на дисплей… Сейчас глянул – странно: номер Мятежного, но голос был не его. Почему телефон попал в руки неизвестного и почему этот неизвестный позвонил Ипсиланти в такой час? Мятежного раскрыли? Что значит «утро может не наступить»? Похоже на предупреждение. Или Георга выманивают из дома? Идти или не идти? В сущности, если пуля приготовлена, она достанет его и из-за угла, а в прозвучавшем предложении встретиться сейчас же есть одно преимущество: он знает, чего ждать, и будет на стреме.

Пока Георга мучила проблема выбора, телефон зазвонил снова.

– Следак, спустись. Это нужно тебе, поверь на слово.

– Я одеваюсь.

Георг быстро оделся, приготовил пистолет и спустился вниз. Однако не сразу вышел на улицу, из подъезда посмотрел на детскую площадку. Заметил мужчину, он был один, прохаживался.

Ипсиланти вышел из подъезда. Держа пистолет в кармане кожаного пальто, направив ствол на мужчину. Тот, заметив Георга, подошел. Это был молодой человек, лица которого Ипсиланти ни разу не видел, зато узнал его голос.

– Сегодня тебя запланировано убить, – сообщил он.

– Откуда знаешь?

– Мятежный сказал.

– И где же он сам?

– Калюжник его убил.

– Где? Когда?

– В дачном поселке. Перед смертью Мятежный успел выстрелить в Калюжника. Убил наповал, а потом сказал, что тебя сегодня убьют.

– Ничего не понимаю! – нервничал Георг. – Мы с тобой встречались. В клубе так называемого Вия. Позже ты мне рассказывал о Тимофее и Летовой, так? Это был ты?

– Да, это был я.

– А как ты очутился в дачном поселке?