Коралловый браслет - Анна Малышева

Мужчина картинно поднял руки, будто сдаваясь:

– Как скажешь, мне без разницы! Из-за такой жертвы, как гражданин Кулаков, я точно не буду на рожон лезть. Опять же девушка с ним наверняка натерпелась в свое время. Заслуживает она хотя бы теперь личного счастья? Причалила, кажется, удачно! Будем надеяться, с Пашкой ей больше повезет!

– Будем надеяться, что и Пашке с ней тоже! – с сомнением заметила Маша.

Повисла пауза, во время которой слышался только грохот ползущего по шахте лифта – звук слабо просачивался сквозь входную дверь. Они посмотрели друг на друга, тут же отвели взгляды, снова их скрестили… И почти одновременно улыбнулись.

– С ног валюсь, – совершенно будничным голосом заявил Илья. – Слава Богу, этой ночью я останусь дома!

– Очень кстати, – смутившись, ответила девушка. – Боюсь, сюда, в самом деле, заявится Зоя!

Она больше не говорила о том, что хочет уехать, не упоминала о своей обиде, но в каждом жесте Ильи, в каждом его слове и предупредительном взгляде читалось сознание вины. В конце концов, Маша начала испытывать нечто, очень похожее на счастье. Правда, в полной мере насладиться этим ощущением мешали пережитые потрясения, которые не то чтобы ранили ее, а оглушили, полностью выбив из колеи. Она безуспешно спрашивала себя, на что теперь станут похожи ее отношения с братом, и каждый раз спешила на что-нибудь отвлечься – такими неутешительными были эти мысли.

Маша принялась прибираться в столовой и, составляя стопками грязные тарелки, заметила на краю стола кольцо. Поколебавшись, она надела его и, подхватив поднос с посудой, пошла на кухню, где Илья уже перемывал бокалы. Заметил ли он кольцо, когда Маша ставила поднос рядом с раковиной, она не поняла, но, когда девушка снова удалилась в столовую, из кухни послышалось пение. Это Илья негромким, но приятным голосом исполнял некую оперную арию без слов.

В своих предположениях они оба ошиблись – Зоя ни вечером, ни тем паче ночью, за сумочкой не явилась.

* * *

Они увиделись только в конце ноября, когда Маша с головой ушла в подготовку собственной свадьбы. Время было сумасшедшее. Она разом выполняла несколько выгодных заказов, полученных через Анастасию Юрьевну, искала вариант размена квартиры – они с Андреем по обоюдному согласию решили разъехаться… К тому же Илья совсем не помогал ей, так как был завален работой и проводил дома пару часов в сутки.

– И ты не ревнуешь? – спрашивала по телефону Анжела.

– Мне некогда! – замороченно отвечала Маша.

На самом деле она стала относиться к жениху так, будто они были женаты уже давно – с неким философским спокойствием, заранее предполагавшим прощение грехов. После того потрясения, которое она выдержала в день помолвки, девушка перенесла эмоциональный кризис, после которого ее чувства словно притупились. Она совершенно спокойно все рассказала отцу и сама же заверила его, что ничего особенно страшного не случилось. На вокзале, посадив его в питерский экспресс, Маша с тем же олимпийским равнодушием побеседовала с братом и в пять минут в общих чертах решила вопрос с разменом квартиры. Даже Илья был поражен ее внезапно проснувшейся деловой жилкой и не стал ее отговаривать от этого радикального шага.

– Что мое – то твое, – заявил он, – а иметь свою квартирку, пусть абы какую, все равно приятно. Давай я доложу денег, чтобы вариант получился приличный!

Маша согласилась, уточнив, что деньги эти считает взятыми в долг и обязательно вернет. Илья развел руками:

– Прямо американская жена! Как скажешь…

Они никогда не говорили о том, что едва не стало причиной их ссоры, и Маша старалась даже наедине с собой не обдумывать тот случай. Все вопросы, связанные со свадьбой, тоже решала она, Илья с самого начала предупредил, что понятия не имеет, как все следует организовывать.

– Вот если бы дело касалось развода!

Он предложил самый простой вариант – найти хорошую фирму, занимающуюся подобными праздниками, и предоставить все им, но Маша отвергла это предложение:

– Это должна быть именно НАША свадьба, понимаешь? А там подсунут то, что и всем остальным. Тогда лучше просто сходить в ЗАГС, расписаться и забыть эту дату.

– У меня всего одно условие, – вздохнул Илья, явно не очень вникая в смысл ее слов. Последнее время он так уставал, что Маша была не уверена, всегда ли он ее слышит. – Должны быть все мои родственники, коллеги и друзья. Пытался посчитать, получилось человек пятьдесят. Может, все же найдем фирму?

Тем и кончилось. Маша принялась сотрудничать с агентством, организующим свадьбы. Ей приходилось контролировать каждое движение своего консультанта, потому что тот из лучших побуждений пытался навязать самые немыслимые вещи. К счастью, в расходах Илья ее не ограничил, так что вопросы мало-помалу решались. Маша решила устроить торжество в стиле Великого Гэтсби и тут же поняла, каких усилий стоит выдержать американский стиль двадцатых годов прошлого века. Ей же постоянно подсовывали то белый лимузин с диско-баром, то русскую поп-звезду. Даже Анжела сомневалась, стоило ли выбирать для эскорта черные машины ретро-марок, в плане музыки ограничиться джазом и отказаться от фаты в пользу шапочки со стразами.

– Конечно, такая свадьба запомнится навсегда, – неуверенно тянула она. – Но многие тебя не поймут!

– Когда я стала встречаться с Ильей, я сама себя не понимала, – возражала Маша. – Как видишь, все уладилось!

– Знаешь, кто мог бы подкинуть тебе пару дельных советов? – немного подумав, неожиданно заявила подруга. – Зойка! Где она, кстати? Так и не появлялась?

Маша покачала головой и постаралась уйти от темы. Она избегала говорить о Зое и о ее роли во всем случившемся, даже у Андрея не решилась спросить, знал ли тот о смерти ее бывшего мужа. Сам он никогда не упоминал имени бывшей невесты, и при встречах брат с сестрой вели себя, как люди, у которых слишком много тем для разговора, и все – неприятные, то есть говорили осторожно, мало и неохотно.

Красную лаковую сумочку Илья окончательно передал Маше на другой день после помолвки – уже пустую.

– Я вытряхнул все барахло в пакет и отвез Пашке в офис, – сообщил он. – Без объяснений. Тот взял, тоже ничего не спросил.

– Мне эта сумочка не нужна, – пожала плечами Маша.

– Если хочешь, думай, что это проверка. Если Зоя ни при чем, она позвонит и спросит, как понимать такой номер.

Однако та не позвонила. Павел не звонил тоже, ни разу за этот месяц, и когда Маша снова услышала в трубке его голос, она не сразу поняла, с кем говорит.

– Как дела? – смущенно спросил он. – Я тут стороной, через третьих лиц, узнал, что скоро свадьба.

– Скоро, через четыре дня! – Маша подняла глаза и снова оглядела себя в зеркале – с ног до головы. Она в который раз примеряла свадебное платье, серебряное, украшенное стразами и бахромой. Оно было единственным, за что она больше не переживала. – Никогда не думала, что ввяжусь в такую аферу! Машины, оркестр, ресторан, торт… Мне всегда казалось, что это не для меня, а видишь, затянуло! Нельзя – гости именно этого ждут! А ты когда женишься?