Тайна нечистой силы - Фиона Келли

Новое «зелье» было зеленого цвета и здорово отдавало мятой.

— Похоже на мятное мороженое! — воскликнула Белинда.

— Мисс Джесоп, вы должны извинить эту обжору. Главное в ее жизни — мороженое, — не могла не поддеть подругу Трейси.

— О — о! Я сделала однажды мороженое из трав.

— Ух ты! — так и подскочила Белинда. — Ну и как?

— Ужасная гадость! Налить еще кому — нибудь чаю?

Холли протянула свою чашку. Глядя на Лавинию, она сказала:

— Все — таки я чувствую себя виноватой.

— Выкинь это из головы. Не могла же ты знать заранее, как они перелопатят твою статью, и как будут реагировать всякие кретины. Это я должна была бы предвидеть. Но мне казалось, что вокруг меня взрослые люди.

— С вами случалось уже такое? — спросила Трейси.

Лавиния помолчала и загадочно проговорила:

— Что было, то быльем поросло…

Внезапно зазвонил телефон. По реакции Лавинии было ясно, что она не ждала звонка.

— Извините, я подойду к телефону, — сказала она и заспешила в холл.

— Она что — то скрывает, — предположила Трейси.

— Ну и пусть. Она не обязана говорить, о чем не хочет.

Из холла было слышно, как Лавиния подняла трубку, сказал «алло», после чего наступила пауза. Затем она взорвалась: «Я попросила бы вас больше мне не звонить! Мне нечего добавить». Снова пауза. «Нет, я не хочу вас снова здесь видеть. Оставьте меня в покое. Нечего меня преследовать», — ответила кому — то хозяйка и бросила трубку.

— Ну а это как понять? — продолжала вполголоса Трейси. — Она не в духе или не в себе?

— Интересно, кто это ей звонил? — задумчиво проговорила Белинда.

— Какой — нибудь очередной папарацци, — мрачно сказала Холли и горестно вздохнула: — Если бы я могла как — нибудь искупить свою вину…

— Можешь. — Трейси щелкнула пальцами. — Помочь избавиться от надписей на доме.

— А как? — удивилась Белинда.

— Есть такая жидкость: опрыскаешь краску, и она легко сотрется. Мама купила огромную канистру для наведения чистоты у себя на работе. Ее полно осталось. Я позвоню маме, — быстро решила Трейси, — и попрошу ее привезти.

Через пару часов Детективный клуб в полном составе соскребал краску со стены Топ — Милл — Холла. Оказалось, что это не так просто, как расписывала Трейси.

— А говорила, что краска легко сотрется, — пыхтела Белинда. Пока ей удалось отскрести половинку крышечки от буквы «т», и она превратилась в букву «г».

Но Трейси ее не слушала. Она услышала, как вдалеке остановилась машина.

— Наверное, к Лавинии.

Холли посмотрела на дорогу и почти воскликнула:

— Это он!

— Кто? — Белинда чуть не свалилась с лестницы.

— Человек в бордовой машине.

— «Ягуар», — отметила Белинда.

— Это та, которая почти наехала на меня в тот раз.

Солнце отражалось в ветровом стекле, и невозможно было определить, кто сидит за рулем.

— Откуда ты знаешь, что это та самая машина? — спросила Трейси.

За Холли ответила Белинда:

— Сколько, ты думаешь, в городе таких крутых тачек? Раз, два и обчелся. Это же элементарно.

— Пойду посмотрю. — Холли зашагала к машине.

Легко было заподозрить, что владелец «крутой тачки» услышал ее слова. «Ягуар» зарычал, сделал резкий поворот и исчез за горой.

— Кто — нибудь разглядел водителя? — спросила Холли.

Трейси покачала головой:

— Мельком. Но мне показалось, что с ним был кто — то еще.

— Может, он тебя увидел и не хотел столкнуться с тобой, — сказала Белинда. — Давайте работать. Иначе мы тут за неделю не управимся.

Все члены Детективного клуба неистово принялись за дело. Через полчаса Лавиния принесла поднос с бутербродами и питьем. Пока все трое заглатывали еду, Лавиния рассматривала стену.

Когда она стала собирать тарелки и чашки, Трейси вдруг спросила:

— У вас нет знакомых с бордовым «Ягуаром»?

— С бордовым «Ягуаром»? — переспросила Лавиния, уставившись на Трейси.

— Да. Он только что подъезжал. И еще в тот день, когда Холли была у вас в первый раз.

— Вероятно, кто — то сбился с дороги. Здесь это часто случается. — И она заспешила в дом.

— Дважды сбиться с дороги? — недоверчиво хмыкнула Трейси. — Прямо топографический кретинизм.

— И что из этого? Он ведь уехал, — не поняла Белинда.

— Но зачем — то приезжал, — продолжала размышлять Холли. — Во всяком случае, не за тем, чтоб помочь нам отдирать краску, — проворчала Белинда.

Детективный клуб вернулся к своей работе. Но мысли Холли были далеко. Она все время думала о загадочной машине. Ясно, что это не простое совпадение. У человека должна быть причина дважды за столь короткий срок приезжать в такую даль. Размышления были прерваны, когда Трейси постучала пальцем по ее спине.

— Еще один гость.

Навстречу им шел мужчина, одетый в ярко — желтую куртку, спортивные шаровары и оранжевые кроссовки. За спиной у него висел малиновый рюкзак.

— Откуда он взялся? — спросила Холли у Трейси.

— Понятия не имею. Может, со стороны дороги. А может, от пустыря.

Еще издалека незнакомец крикнул:

— Что здесь происходит?

— Дикари! — ответила Трейси, когда он подошел поближе. — Малюют на стенах.

Незнакомец посмотрел на символы и надписи на стене.

— Что — то связанное с нечистой силой?

— С глупостью человеческой, — парировала Холли.

— Да, таков уж род людской, — согласился мужчина. Он был в годах, лет шестидесяти, но для своего возраста выглядел довольно подтянутым. На его дружелюбном обветренном лице с короткой седой бородой блестели живые голубовато — серые глаза.

— Я увидел статью в газете и подумал, что снова могут быть неприятности, — объяснил он.

— Снова? — переспросила Трейси. — А какие были неприятности?

— Человеческая глупость, — загадочно улыбнулся мужчина. — Кстати, меня зовут Джеймс Хопкирк.

— Вы друзья с мисс Джесоп?

— Правильнее было бы сказать — знакомые. Мы встречаемся два — три раза в год. На ярмарках кустарей.

— На ярмарках?

— Я пишу картины и стараюсь их продать. А Лавиния продает свои травы и настои.

— Вы пришли повидаться с ней?

— Нет. Я был неподалеку, делал наброски. Увидел вас и решил полюбопытствовать.