Тайна нечистой силы - Фиона Келли

— Для тебя это очень важно?

Холли кивнула:

— Я мечтаю стать журналистом, когда окончу школу. Чем больше статей у меня будет напечатано, тем скорее я найду работу.

— Понятно. У меня совсем нет намерения встать на пути твоей многообещающей карьеры. Когда хочешь начать?

— А можно прямо сейчас? — осмелела Холли.

— Хорошо. Только с одним условием.

— Каким?

— Ты помоешь посуду.

— Посуду?! Да я перемою все в доме. Сверху донизу!

— Все равно опять загрязнится. Удивительное дело, с какой уймой пыли может примириться человек в моем возрасте. Так неужели ради этого я стану портить руки первоклассного репортера черной работой? Ни за что!

Холли радостно улыбалась. Если бы она знала, во что втягивается, она не была бы так благодушна.

— Ну, и что это такое? — спросил мистер Хейес, когда Белинде наконец представился случай отдать ему в руки толстую тетрадь тетушки Мод.

— То, что здесь написано. «История семьи Хейес».

Белинда уже несколько дней пыталась заставить отца прочитать эти записки, но он все время был занят. Мистер Хейес, преуспевающий бизнесмен, много времени проводил в разъездах, но, даже когда он никуда не уезжал, дома его не было с шести утра до десяти или до одиннадцати вечера. Если нужно было что — нибудь ему сказать — а тем более показать, — следовало ловить момент, пусть даже не очень подходящий.

Сегодня он был совсем неподходящий. Миссис Хейес торопилась на репетицию музыкального кружка и приготовила на обед салат, тогда как для мистера Хейеса обед без мяса был не обед. Салат уже здорово испортил ему настроение.

— Откуда взялась эта история семьи?

— От моей прабабушки Мод.

— Ах, Мод. Как это я не догадался? — И отец протянул тетрадь обратно Белинде.

— Ты не хочешь посмотреть?

— У меня есть дела поважней, чем читать бред выжившей из ума старухи.

Белинда взвилась. Она не могла допустить, чтобы при ней так говорили о прабабушке.

— Неправда! — закричала она. — Тетушка Мод вовсе не была сумасшедшей! Просто она не корчила из себя шибко правильную. У нее не было самомнения, которое распирает всю вашу семью.

— Белинда! — воскликнул пораженный отец. Дочь никогда не разговаривала с ним так.

— Но это правда! — не могла остановиться Белинда. — Я скажу еще только одно. Ты можешь тешить себя тем, что твоя семья самая достойная, но знай, что в ней были и воры, и фальшивомонетчики, и карманники, и еще похуже…

— Несусветная чушь! Глупейшая выдумка.

— Нет. Все описано здесь. Мод выясняла сама.

— Мод все насочиняла. Специально. Чтоб досадить нашей семье.

— С какой стати?

— У нее был неуживчивый характер, со старческими причудами. Ее всегда заносило куда — то. Поэтому никто из нас не хотел иметь с ней дела.

— Я не верю. — У Белинды появились на глазах слезы.

— К сожалению, это так. И я знаю достаточно о корнях нашей семьи. Они вполне благородны. Наш род восходит прямо к Вильгельму Завоевателю. И не было в нем ни воров, ни фальшивомонетчиков.

— Я это проверю сама. Я прослежу нашу родословную, и тогда мы посмотрим, кто прав: ты или бабушка Мод.

Мистер Хейес расхохотался:

— Не думай, что выяснение родословной — плевое дело, доченька.

Белинда развернулась и пулей вылетела из комнаты.

За дверью она поостыла и подумала, что в этом отец прав. Дело и впрямь нелегкое. Но есть Детективный клуб.

— Ты собираешься доедать? — забеспокоилась Белинда, глядя на расплывающееся мороженое, в котором Холли поворачивала ложечку, но не доносила ее до рта. Внимание Холли было приковано к газетному киоску рядом с кафе — мороженым. В него поступали первые экземпляры газеты «Виллоу — Дейл экспресс».

Обычно она не проявляла такого жгучего интереса в местной прессе. Но сегодня — другое дело. Сегодня в ней должна была появиться статья о Лавинии Джесоп.

Холли сдала материал пару дней назад. Мистер Велфорд, редактор, первый раз за много лет получил отпуск и уехал с семьей загорать на побережье Флориды.

Он оставил «Экспресс» на Кейт Крэмптон. Она была новым человеком в газете, но журналистскому делу она обучалась в колледже. За работу она взялась засучив рукава. Для нее появилась возможность сделать себе имя.

— Это пойдет, — заключила она, просмотрев статью Холли. — Разумеется, нужно отредактировать, сместить акценты. Я могу это сделать.

— Мое имя будет стоять?

Редактор подняла брови и посмотрела на Холли поверх очков.

— По — твоему, ты этого заслуживаешь?

Обычно в газете «Экспресс» материалы не подписывались: авторов было так мало, что все время мелькали бы одни и те же имена. Но иногда, когда заметка была по — настоящему интересна, журналисту оказывали такую честь.

Холли затаила дыхание. Она понимала, что ее смелость граничит с бесцеремонностью.

Кэтрин Крэмптон снова пробежала глазами по статье и сказала:

— Хорошо. Но не жди этого в следующий раз. Если он будет.

Холли была на седьмом небе. Ее имя появится в газете! Вот почему она не спускала глаз с киоска. Она собиралась накупить побольше номеров и разослать всем, кого знает. В первую очередь Лавинии. Ей она отвезет статью сама. Лично.

— Ну? — снова спросила Белинда. — Ты собираешься есть? Если нет, я съем за тебя с большим удовольствием.

Машинально Холли поднесла ко рту ложечку, но глаза ее не отрывались от киоска.

К Белинде стала опять цепляться Трейси:

— Ты знаешь, на кого ты похожа? На ястреба, который кружит и высматривает свою жертву. Только у тебя жертва — мороженое.

— У каждого человека должно быть хобби.

— У тебя это больше похоже на главное занятие. На профессию.

Белинда воздела глаза к небу.

— Вот было бы здорово — поработать по специальности «поглотитель мороженого».

— Верхом на лошади! — добавила Трейси и обратилась к Холли: — Что скажешь?

Но Холли уже рванулась к двери.

Трейси посмотрела на Белинду:

— Привезли.

Белинда сейчас же подвинула к себе блюдце Холли со словами: «Нет смысла оставлять».

Трейси бросила ей на ходу:

— Увидимся там. Не хочу пропустить момент ее восхождения к славе.

Но, взглянув на Холли, можно было сразу заключить, что восхождение не состоится.

— Что не так? Не напечатали?