Иностранец - Александр Афанасьев

Несколько телефонов с заранее оплаченными картами – были куплены давно, еще в самом начале Игры. Теперь один из них пошел в дело.

Люба Йованич взял трубку сразу.

– Да?

– Так не отвечай. Мошенники запишут и деньги с карты украдут.

– Это вы, полковник?

– Да. Нас слушают?

– Не знаю.

– Помните, где мы разговаривали последний раз. На улице?

– Да.

– Скамья справа. Там подарок.

– Понял. Большой?

– Пара СИМок. Давайте быстрее.

– Понял.

…

Люба Йованич – не был плохим человеком. Он не был и хорошим человеком.

Он был обычным человеком. И это и было самым страшным…

Он родился в Белграде, его отец был полицейским, мать – работала и смогла завести свой маленький бизнес – к тому времени родители уже развелись. Он родился и вырос в девяностые, сформировался как личность в те времена когда любой пацан на районе мог сказать, какая группировка контролирует этот район. И то, каким было время тогда – определяло то, каким он стал сейчас…

Машина, в которой он сидел – стояла в районе Петли, самой известной многоуровневой белградской развязки. Зоран Божаич, вставив в ухо наушник, слушал запись.

Прослушав ее до конца, он презрительно хмыкнул:

– Бред. Паранойя…

– Я и не сомневался – поддакнул Люба.

– Кто еще это слышал?

– Кроме меня – никто.

Божаич вопросительно посмотрел на Йованича.

– Видите ли… министр был у президента несколько дней назад. Была дана команда обвинить Божаича по делу Никич, не допустить его участия в выборах.

…

– Это было поручено русскому. Полковник Панин. Его нанял Василий Никич, но я думаю, он связан с ФСБ.

– Продолжайте

– А эту запись – он мне передал вчера.

– А почему вы не передали ее министру?

– Именно потому, что он – министр.

Божаич понимающе кивнул

– Ста достаточно будет?

– Не совсем.

– Чего же вы хотите?

– Должность министра.

Божаич вопросительно поднял брови

– Когда вы станете премьер-министром.

Божаич засмеялся

– Вы мне положительно нравитесь.

– Что ж, похоже, что вы – нравитесь мне.

– Тогда по рукам. А эта запись – будет вашим вкладом в предвыборный фонд, скажем так.

Йованич понял, что денег не будет. Но если он и был разочарован – то не показал этого. На посту он заработает куда больше.

– Остается еще русский. Он может десяток таких записать.

…

– Он мне доверяет.

Божаич кивнул

– Тогда это не проблема…

* * *

Йованичу я не доверял. Я вообще больше никому не доверял. Тем более – помощнику министра, который назначил мне встречу в очень подозрительном месте – рядом со строительной площадкой прямо у Дуная, где костистым скелетом торчал второй небоскреб комплекса Белград-Сити. Их должно было быть как минимум три – небоскреба в новом деловом центре Белграда, первый даже успели достроить на китайские и арабские деньги. А потом – грянул коронавирус, упали цены на нефть – и второй небоскреб так и остался недостроенным остовом, изуродовавшим белградский пейзаж…

И снайперу там – было укрыться проще простого…

Он там и был – снайпер. На уровне четырнадцатого этажа.

Я видел его в китайский наблюдательный прибор, купленный по сходной цене. Борода, черная ветровка с капюшоном. Я видел его винтовку – СВД.

Наощупь достал телефон, набрал сто девяносто два…

– Полиция?

…

Переместившись в другое место – я видел все своими глазами, и даже снимал издалека – с насадкой. Как появился мобильный отряд жандармерии, как снайпер бросил длинную, слишком длинную, чтобы ее можно было скрыть, винтовку, как он попытался скрыться и ему это удалось. Как появился Люба Йованич и на повышенных тонах начал что-то объяснять жандармскому офицеру. Как в этот момент обыскивающие стройку жандармы вынесли винтовку, и Йованич буквально взбесился, он даже попытался ее вырвать – это он зря, кстати.

И все же – какая мразь… и этот решил – из грязи в князи…

Но теперь им пару дней будет не до меня. А мне больше и не надо…