Проект "Мегаполис" - Александр Трапезников

Снайперы, размещенные на крышах домов и вокзале, продолжали держать под прицелом весь цирк-шапито и внутренний дворик с бытовками — по сигналу они могли запросто ухлопать штук семь бандитов, чьи лица мелькали то тут, то там, но это ничего не решило бы. А тем временем в оперативный штаб прибыли сразу три высоких начальника — директор ФСБ и министры обороны и внутренних дел. Тотчас же вновь возник вопрос о штурме цирка-шапито. В принципе цитадель террористов можно было захватить сравнительно легко, но… как быть с нервно-паралитическим газом, которым они угрожали? Спросили специалистов: могли бандиты раздобыть с военных складов это страшное химическое оружие? Ответ был такой:

— В нашей стране при желании они раздобыли бы даже ранцевую ядерную бомбу.

Решили вести переговоры дальше, вытягивать заложников любыми способами, обменивать их на что угодно, а штурм, если он все же потребуется, отложить на то время, когда террористы станут грузиться в поезд, поскольку уже было ясно, что деньги и транспорт им придется предоставить. А по дороге, возле какого-нибудь тихого русского городка, обезвредить их будет проще. И если они все-таки взорвут газ, то пожертвовать удаленным городком вроде Углича куда спокойнее, чем Сергиевым Посадом, расположенным рядышком с Москвой. Вице-премьер помчался в Центробанк за деньгами, а министры продолжали обсуждать ситуацию.

— Эх, если бы у нас там был хотя бы один свой человек! — посетовал директор ФСБ.

— А еще лучше, если бы их было большинство среди террористов, — сказали в ответ. — Или вообще все.

Возник вопрос: куда могут направиться бандиты, когда им предоставят поезд? Ведь при желании он сможет поменять маршрут на любой узловой станции, а теоретически — оказаться в любой точке бывшего Советского Союза, чья транспортная система еще продолжала оставаться единой.

— Это будет поезд-призрак, этакий «Летучий голландец» на колесах, — высказался министр внутренних дел.

— Пока другой наш «голландец» тюльпаны собирает, — добавил его заместитель, имея в виду уехавшего премьер-министра.

— В любом случае надо срочно вытащить сюда министра путей сообщения и подключить его к оперативному штабу, — заметил кто-то.

— И раздать всем жителям, и нам тоже, противогазы, если только их еще не все продали в Пакистан и Израиль.

Прибыла делегация думских депутатов. Они изъявили желание обменять себя на заложников.

Подобного рода опыт у них уже имелся, к тому же на носу были новые выборы. Кто-то проворчал:

— Думают, все им гладко сойдет, а ведь когда-нибудь дураков и пристрелят.

Среди депутатов был и небезызвестный Ярченко, приехавший сюда прямо из Хотькова, с осиротевшей дачи Олега Кожухова. Увидев его, министр обороны выпустил пар.

— А этот шут гороховый что здесь делает? — не стесняясь в выражениях, спросил он.

— Сам болван! — смело отозвался Ярченко.

Готовую вспыхнуть ссору остановил простой телефонист, находившийся на постоянном проводе с террористами.

— Тихо! — рявкнул сержант, невзирая на обилие многозвездных генералов. — Они снова выходят на связь.

На этот раз Герман пошел на некоторые уступки. Он менял тактику: согласился выпустить двенадцать детей, если пришлют продукты питания, и разрешил посетить цирк-шапито трем иностранцам и двум отечественным журналистам с телекамерой. Когда ему предложили обменять заложников еще и на депутатов, он посмеялся и ответил:

— Раз они вам там не нужны, то мне и подавно. Впрочем, ладно, махнемся не глядя. За каждого истукана по шесть детей, большего они не стоят.