Ноу-хау палача - Алексей Макеев

– А что именно сделал злоумышленник?

– Я решил модернизировать производство, для этого закупил импортную автоматизированную линию, которая прямо-таки напичкана различной электроникой. Так вот, в программное обеспечение линии была внедрена вредоносная программа, которая в отведенное время устроила запуск, что выглядело, на первый взгляд, как обычный сбой оборудования. Например, из-за перепада напряжения. И если бы миланские инспектора не стали так глубоко копать, похоже, на него бы все происшествие и списали в конечном итоге.

– Как это можно было сделать? Технически я имею в виду.

– Специалисты говорят, только вручную, или с главного компьютера, или непосредственно с консоли управления, что расположена на самой производственной линии.

– То есть требовалось личное присутствие злоумышленника в производственном цехе?

– Именно! Что, учитывая строгую пропускную систему и камеры видеонаблюдения, которыми буквально напичканы все производственные и складские помещения, просто невозможно.

– Ну что какая-то пропускная система для талантливого хакера? – задумчиво пробормотал Гуров. – Просто семечки.

– Для кого? – не понял Соловьев. – Хакеры, они ведь все больше в Интернете обитают.

– Не скажи, Виталий Егорович, – покачал головой Лев. – Мне тут недавно доходчиво объяснили, что вредоносная программа – это и есть компьютерный вирус. А поскольку в расследовании покушения на твою жену замешан некий талантливый хакер, не мешало бы нам кое-что проверить.

– Что именно? Неужели ты всерьез предполагаешь, что здесь есть связь? Между саботажем на производстве и покушением на Алину?!

– А ты дай доступ специалистам Управления к заводским камерам видеонаблюдения, а также к компьютеру погибшего исполнительного директора, вот и проверим! Обещаю полное неразглашение всевозможных коммерческих тайн, которые мои парни сумеют ненароком обнаружить.

Говоря последнюю фразу, Гуров хотел пошутить, чтобы немного расслабилось лицо собеседника, ставшее вдруг застывшим, жестким и напряженным. Но Соловьев юмора не понял.

– Конечно, если обнаружится связь с покушением на жену, я готов сделать все, что нужно. И согласен дать доступ. Но при условии: ты пришлешь одного специалиста, того, кого сочтешь самым толковым. И он обязуется подписать расписку о неразглашении коммерческой информации.

– Хорошо, конечно, так и сделаем.

– Значит, договорились. Тогда я дам распоряжение сегодня же. Мой юридический отдел подготовит документ. А завтра с утра твой специалист может приступать к работе.

– Добро, – кивнул Гуров, – спасибо, Виталий Егорович.

– Это тебе спасибо, Лев Иванович. А что там с расследованием покушения? Неужели нет ни одной крепкой ниточки?

– Пока не могу обнадежить, – покачал головой полковник, – мы тщательнейшим образом проверили все рабочие контакты и связи твоей жены. Похоже, ее профессиональная деятельность не могла стать причиной покушения. Проверили и отмели версию, что все произошедшее – случайность чистой воды. Поблизости не было похожих машин. Да и слишком много продуманных ходов совершил преступник. Он вообще, похоже, действовал по тщательно выверенной и точной схеме. Просто сейчас мы не способны видеть всю картину целиком, слишком многих деталей не хватает. Поэтому до сих пор не можем ответить на главный вопрос: Алина не пострадала по чистой случайности, или целью изначально была вовсе не она?

– Даже так? – изумленно повел бровью Соловьев.

– Такой вариант тоже нельзя исключать. Вот я пока и не тороплюсь. К тому же у меня не было никаких оснований связать покушение с твоим бизнесом, но как раз сегодня в моих руках, похоже, появилась ниточка. Она пока слишком тоненькая, и неизвестно, куда может привести, но аккуратно потянуть за нее просто необходимо.

– Думаешь, покупатель коммерческих сведений и есть заказчик покушения? – хищно сверкнул глазами Соловьев.

– Пока не знаю, – честно ответил Лев, – но предполагать подобное очень логично. А верны наши предположения или нет, покажет следствие.

Ранним утром следующего дня Гуров приехал в Главк. Первым делом он отправил на дежурной машине Евгения Семиплярова в командировку, на производство Соловьева. Как это часто бывает в сыщицкой работе, Лев чувствовал потребность оказаться в двух местах одновременно. Сейчас ему очень хотелось сопровождать ведущего айтишника на мебельный завод. Возможно, там сокрыта важная информация, которую пропустили люди Соловьева, и обязательно обнаружит бдительный и дотошный Женька. Но сегодня он ждал прибытия на беседу еще одного близкого друга Сергея Петрова. И поговорить с парнем хотел лично. Еще раз, взвесив вчерашний разговор со свидетелями и обсудив подробности с Крячко, Гуров пришел к выводу, что Евгений Смирновский как раз и является тем человеком, что способен пролить свет на личность погибшего телохранителя. Он был близким другом Петрова, и, вероятно, тот доверял приятелю все свои тайны и душевные порывы.

Женя Смирновский оказался симпатичным парнем плотного сложения, с правильными чертами лица и глазами ярко-синего цвета. Светлые волосы были подстрижены в модном салоне и тщательно уложены. Одежда спортивного стиля подобрана со вкусом и ладно сидела на подтянутой фигуре. Парень явно гордился своей внешностью и был не лишен некоей доли самолюбования. По крайней мере, пока он, зайдя в кабинет, представлялся и здоровался с оперативниками, а потом проходил в сторону указанного ему стула, успел притормозить у большого зеркала, висящего на стене, и бросить на свою особу одобрительный долгий взгляд.

– Обычно у этого зеркала любят задерживаться лишь хорошенькие женщины, – скроив насмешливую гримаску, не сдержался от комментария Стас.

– Что плохого в мужчине, который следит за своей внешностью? – ничуть не смущаясь, парировал парень, проведя по ухоженным волосам пальцами со свежим маникюром.

– И правда, – улыбнулся Гуров, – ничего плохого. Но как же спорт?

– А что с ним? – не понял Евгений.

– Я имею в виду, боевое самбо, панкратион, универсальная борьба, которыми вы, Евгений, занимаетесь. Это ведь жесткие контактные виды спорта, внешность испортить не боитесь? Там ведь и нос сломать могут, да и не только нос.

– Я за медалями, как некоторые, в бой никогда не бросался, – хмыкнул парень, – и на соревнования не рвался. А спортом занимаюсь, чтобы форму поддерживать и тело чтобы красивым оставалось. Да и вообще мужчина должен уметь постоять за себя и свою спутницу, и лишь эти навыки мне требуются от борьбы. А большой спорт только калечит людей и лишает здоровья.

– Понятно. А ваш приятель Сергей Петров?

– Сашка предупреждал, что вы о нем поговорить захотите, – сосредоточенно кивнул парень.

– Именно так. И что Сергей, он немного отличался от вас, как я понимаю. И вероятно, занимал другую жизненную позицию?

– Вы правы, Серый совсем другой, он был парнем целеустремленным, надежным и верным. И профессию себе выбрал такую, связанную с риском и требующую постоянно хорошей формы и реакции. Он хотел быть героем, защитником, понимаете? А еще работал над собой регулярно, я бы даже сказал, постоянно преодолевал себя. Я его за это очень уважал. И мы все, его друзья и просто приятели по спортивному клубу, шокированы его трагической гибелью. Правда! Этот жуткий взрыв! Вы ведь разберетесь, что конкретно тогда произошло? И вообще, почему так вышло?