Ангелы полуночи - Норма Бейшир

– Продолжим у меня в кабинете. Сюда, пожалуйста.

Вслед за французом Деврис прошел по длинному коридору в маленькую угловую комнату. Указав гостю на кресло, Дюссо закрыл дверь.

– Я просмотрел все, связанное с теми случаями, о которых вы спрашивали, – начал Дюссо, усаживаясь за стол, беспорядочно заваленный бумагами. – И, полагаю, вы будете не в восторге от того, что мне удалось выяснить.

Деврис, выпрямившись, точно палку проглотил, настороженно замер в своем кресле.

– Вот как?

Француз соединил кончики пальцев домиком.

– Те грабежи, о которых идет речь… Никаких оснований думать, что между ними существует хотя бы отдаленная связь.

– Не может этого быть! – воскликнул Деврис.

Дюссо терпеливо улыбнулся.

– Я предполагал такую реакцию. Хочу кое-что вам показать. Надеюсь, это убедит вас.

Он встал, пересек комнату и, оказавшись у двери, щелкнул выключателем. Подошел к небольшому шкафу рядом с письменным столом и включил установленный на нем проектор. Вспыхнул конус жутковатого мертвенного света, направленного на экран на стене. Почти сразу же на белоснежной поверхности возникло изображение.

– Эта фотография была сделана во время ограбления у «Ферран-Бессежес», – пояснил Дюссо.

Деврис изумленно разглядывал грузного круглолицего человека с широким носом, темными вьющимися волосами и пышными усами.

– Снято одной из скрытых камер. Этот человек выдавал себя за электромонтера. К несчастью, то, что он им не был, выяснилось слишком поздно.

Фотографии сменяли одна другую.

Пожилой мужчина с запоминающейся внешностью – седовласый, в очках в роговой оправе.

– Представившись агентом по продаже произведений искусства, он проник в замок барона де Мартиню неподалеку от Санта-Рафаэля и похитил Сезанна стоимостью в целое состояние, – продолжал объяснения Дюссо.

Следующим на экране возник рыжеволосый мужчина с большой бородой и тростью в руках.

– Этот человек заметно хромал. Выкрал драгоценностей на два миллиона франков у дилера в Брюсселе – мы считаем, что это наш клиент из той же серии.

Четвертым оказался молодой человек лет тридцати с небольшим, очень интересный, смуглый, почти темнокожий, с иссиня-черными волосами и усами, с черной повязкой на правом глазу.

– А это – главный подозреваемый по делу о хищении двух картин в Риме, – сообщил Дюссо.

Он показал Деврису еще дюжину слайдов с изображениями людей, которые, по мнению Интерпола, совершили целую серию ограблений в Европе и Америке. Каждая фотография сопровождалась краткими пояснениями по поводу того, как она была сделана и почему этого человека сочли причастным к совершению данного преступления. Закончив, Дюссо выключил проектор.

– У нас возникло подозрение, что это не отдельные гастролеры, а хорошо организованная международная банда преступников, – заявил француз. – Между ограблениями заметно определенное сходство. Все они были блестяще задуманы и безупречно осуществлены, а для этого требуются богатая фантазия и несомненная смелость. Во многих случаях они совершались буквально под носом у своих жертв. В то же время никаких конкретных доказательств связи между этими преступлениями обнаружить не удалось.

– Неужели? – недоверчиво спросил явно не уверовавший в теорию Интерпола Деврис.

– Мы совершенно убеждены, месье, – ответил Дюссо.

– А я – нет. – Деврис поднялся. – Мне хотелось бы подробнее ознакомиться с этими делами, если не возражаете.

– Ни в малейшей степени, – с готовностью сказал француз. – Я предполагал, что у вас может возникнуть такое желание, и специально подготовил копии документов. Можете забрать их с собой. – Он вручил Деврису большой коричневый конверт.

– Хотелось бы иметь и копии фотографий преступников.

– Все здесь, – заверил Дюссо. – Если вам еще что-нибудь понадобится…

– …я непременно тут же обращусь к вам. – Деврис поблагодарил собеседника и удалился, зажав конверт под мышкой.

От штаб-квартиры Интерпола в Сен-Клу до Парижа расстояние примерно шесть миль. Антон Деврис поехал прямо в отель «Ланкастер» на Елисейских полях и поднялся к себе в номер. Позвонил в отдел обслуживания, заказал легкий обед и высыпал на постель документы из конверта, который дал ему инспектор Дюссо. Разложив фотографии и бумаги, он долго и внимательно изучал их.

Между людьми на снимках не было ни малейшего сходства. Оттенок кожи, цвет глаз и волос, манера одеваться, фигура, степень полноты и черты лица – все, все у них было разное. И тем не менее шестое чувство подсказывало Деврису, что у всех преступников было нечто общее. Что-то неуловимое. Он был не в состоянии обозначить это словами.

Молодой официант из гостиничного ресторана принес обед. За едой Деврис занялся детальным изучением отчетов Интерпола. Он искал в них что-нибудь, способное подтвердить его теорию, и в конце концов нашел. Оказалось достаточно сравнить два списка – интерполовский, где перечислялись похищенные ценности, и тот, который у него сохранился со времен расследования кражи в поместье Деверелла. Все предметы из первого списка неизменно повторялись во втором. Ни о каком случайном совпадении не могло быть и речи!

Деврис снова внимательнейшим образом просмотрел фотографии, разложенные на постели, вспоминая слова Дюссо: «Безупречное осуществление… богатая фантазия… несомненная смелость». Деврис вглядывался в лица людей на снимках и пытался обнаружить в них сходство с Коллином Девереллом. Деверелл поклялся вернуть то, что по праву принадлежало ему, с помощью закона или обходя его, и был полон яростной решимости сдержать клятву. «Они даже представить не могут, с кем имеют дело», – подумал Деврис, потянулся к телефону и попросил позвать инспектора Дюссо.

– Связь есть, – заявил он. – Но это не шайка. Это один человек – выдающийся, решительный, необыкновенно изобретательный и умный.

– Невозможно! – воскликнул Дюссо.

– Поверьте, для этого человека ничего невозможного нет, – настаивал Деврис. – Речь идет не о заурядном грабителе или мелком воришке. У человека, о котором я говорю, и ум, и характер выдающиеся, и в придачу он спортсмен мирового класса. Очень опасаюсь, что он вообразил себя этаким Робин Гудом наших дней.

– Не может такого быть! – не соглашался Дюссо. – Вы же видели снимки…

– Просто необыкновенно искусная маскировка, – объяснил Деврис. – Чертовски хорошо выполненная, почти безупречная. Это один и тот же человек, Дюссо, и он обладает умом, характером и физическими возможностями, позволяющими проникнуть куда угодно. Своего рода хамелеон, наделенный настоящим талантом разительно изменять свою внешность. Как по-вашему, в принципе такое возможно?

– В принципе – да, хотя чрезвычайно маловероятно.