Рассудок маньяка - Чингиз Абдуллаев

— Я, признаться, тоже не надеялся больше с вамиувидеться, полковник, — ответил Дронго.

Перед ним стоял полковник Левитин, возникший в коридоре,словно призрак. Увидев Дронго Левитин нахмурился.

Эта встреча не входила не входила в планы Дронго. Он нехотел, чтобы сплетни о его появлении в институте помешали негласномурасследованию.

И уж тем более в его планы не входила встреча с гполковником Левитиным. Но ничего уже нельзя было исправить. Полковник увидел,как он выходил из комнаты, где было совершено убийство, и сразу все понял.

— Зачем вы здесь? — неприязненно спросилЛевитин. — Я считал, что у вас несколько другая специфика. Вы привыклиспасать мир. Какое вам дело до обычного психопата? — Он явно издевался.

— Если я скажу, что зашел сюда погулять, вы же неповерите? — спросил в своей обычной ироничной манере Дронго.

— Погулять, — передразнил его полковник. — Авы, Михаил Михайлович, очевидно, забыли, что у вас режимный институт и сюданельзя пускать посторонних без разрешения. Или вы решили, что этот человексумеет сделать то, чего не могут сделать наши сотрудники? Кто ему разрешилвойти? У него нет допуска на подобные объекты.

— У него есть разрешение, — мрачно констатировалСыркин.

— Кем подписанное? Вами? Решили вспомнить своюмолодость, поиграть в детективы?

— Директором, — ответил Михаил Михайлович, закрывнаконец дверь. — И не стоит говорить со Мной в таком тоне. Когда я получилполковника, вы были еще лейтенантом. Поэтому оставьте свой тон.

— Я вам ничего еще не сказал, — разозлилсяЛевитин. Один из его сотрудников стоял рядом, и вся ситуация была ему особеннонеприятна. — Я лишь собираюсь сказать все, что думаю. И насчет разрешениядля этого господина. И насчет его пребывания в этом месте. Комнату, гдепроизошло убийство, показывали ему именно вы, Михаил Михайлович.

— А я не знал, что ее нельзя никому показывать. —Сыркина уже трудно было остановить. Он, очевидно, долго разогревался и так жедолго остывал. — Вы сами сказали, что эта комната вам уже не нужна.Сказали еще месяц назад, разрешив использовать ее как склад.

— Хорошо, — примирительно сказал Левитин, —не будем спорить. — Выведите этого человека отсюда. Мы потом продолжимразговор.

— У меня разрешение до трех часов дня. Если хотите, яего вам покажу, полковник, — вставил Дронго. — А как вы здесьоказались? Так уж случайно? Или вы приехали сюда с определенной у целью?

— На что вы намекаете?

— Режимный институт, — вздохнул Дронго. — Вамнебось успели сообщить, что на территории института появился неизвестный. Кхорошему быстро привыкаешь, полковник. Я как-то за эти несколько лет успелотвыкнуть от атмосферы повального стукачества, которую насаждали типы вродевас. Но, очевидно, на секретных объектах количество сексотов все еще превышаетдопустимую для приличных учреждений норму. Разве не так?

— Я не хочу с вами дискутировать на эту тему, — поморщилсяполковник, поворачиваясь к выходу. — До свидания, Дронго. И не нужно вамбольше здесь появляться. Это нервирует людей. Вы сами должны все понимать.

Когда он со своим сотрудником вышел из коридора, Дронговзглянул на Михаила Михайловича.

— А вы смелый человек, — улыбнулся он.

— Да я с испугу такой, — отмахнулся Сыркин. —Я просто испугался. Формально он прав. Посторонним на территорию институтанельзя входить.

— Чувствую, что мой разговор с Мастуковым сегодня можетсорваться. Да и у вас с Сергеем Алексеевичем будут крупные неприятности.Кажется, мне лучше покинуть территорию института.

— Вы отказываетесь от расследования? — удивилсяМихаил Михайлович.