Что соврал покойник - Марина Серова

– Значит, тюрьма отменяется? – шепнула Ленка по дороге.

– Она и не планировалась, – тихо ответила я. – Будешь говорить только тогда, когда я разрешу, и все пройдет быстро и без последствий, поняла?

Ленка кивнула. Мельников оглянулся и окинул нас подозрительным взглядом. Он явно думал, что мы творим что-то незаконное, но решил подождать развития событий. Меня это вполне устраивало, пока я не была готова выложить ему Ленкину историю, а дальше будет видно.

У художника мы провели больше часа. Подруга волновалась и путалась в показаниях – то разрез глаз не могла вспомнить, то форму носа. С овалом лица тоже пришлось повозиться. Хорошо, что художник был настоящим профессионалом и на неуверенность реагировал адекватно, иначе не видать бы мне фоторобота до скончания века. По окончании сеанса я поспешила отправить подругу домой, чтобы она не болтала лишнего и не укрепляла подозрений Мельникова.

Проводив ее, я засела за просмотр полицейских сводок о неопознанных трупах, но совпадений не нашла. Тогда я решила отправиться в путешествие по моргам и больницам в надежде, что там мне повезет больше. Мельников обещал, в свою очередь, проверить все отделения на случай, если наш труп окажется вовсе не трупом, а хулиганом, попавшимся на другом преступлении.

По городу я моталась до самого вечера, но надежда на след мелькнула только дважды. Первый раз – когда я всеми правдами и неправдами прорвалась в морг туберкулезного диспансера и рассматривала тело человека, которого привезли в приемный покой минувшей ночью, а через несколько часов он отдал концы, и второй – когда санитарка из областной больницы опознала по фотороботу пациента, поступившего к ним с черепно-мозговой травмой двадцать четыре часа назад.

Увы, оба оказались не моими клиентами. На теле в морге не удалось обнаружить никаких повреждений: череп был цел, другие части тела тоже. Пришлось воспользоваться современными технологиями и отправить Ленке фото клиента для опознания. После минутного колебания она категорически заявила, что в доме Веденкиных был другой мужчина.

С пациентом из травматологии я просто побеседовала. Мужчина рассказал, где был и чем занимался накануне утром, и проверить его оказалось легче легкого. Собственно говоря, его утренние занятия и стали причиной того, что он попал в больницу. Мужичок был пропойцей, но с личной квартирой и городской пропиской. Накануне того дня, когда в дом Веденкиных предположительно проник вор, он всю ночь куролесил у себя с дружками. Под утро соседям надоело слушать пьяные крики, и они пригрозили вызвать полицию, если шум не прекратится. Друзья спорить не стали, собрались и перебазировались в ближайший сквер, тем более что спиртное все равно закончилось, а организм требовал добавки. Пополнив запасы, компания продолжила возлияния. Кто-то из них начал буянить, завязалась драка. Мужичок, как водится, сам не дрался, а лишь пытался разнять дерущихся, и, конечно, ему досталось от обеих сторон. Драчуны и доставили мужичка в больницу, где его подлатали и оставили приходить в себя с похмелья.

Домой я приехала уставшая и голодная, на всякий случай позвонила Мельникову, но у него дела обстояли не лучше моего. Я решила, что пора забыть про Ленкину историю, даже если труп действительно был в доме. Сейчас-то его нет, а значит, нет и проблемы. Магические кости рекомендовали мне потрудиться, что я и сделала. Все условия выполнены, а раз нет трупа и нет результатов, то можно умывать руки. Так я и сделала – выкинула из головы недавнее происшествие, отыскала на полке старинный роман и приступила к переводу, надеясь, что кропотливый труд окончательно отвлечет меня от Ленкиной головоломки.

* * *

Недолго я наслаждалась покоем, уже на следующий день мне пришлось пересмотреть отношение к рассказу Ленки, и причиной тому была она сама. Когда она примчалась около полудня, ее состояние немногим отличалось от состояния при прошлом визите. Я как раз собиралась перекусить салатом из ближайшего супермаркета, когда настойчивый звонок оповестил о ее приходе. С сожалением отставив пластиковый контейнер, я поплелась в прихожую, но, взглянув в глазок, мгновенно собралась, распахнула дверь и впустила Ленку в комнату, а сама поспешила на кухню за водой. Пить гостья не стала.

– Таня, меня пытались убить! – воскликнула она, как только я показалась в дверях. – Да убери ты свой бокал, не хочу я пить!

– Тебе нужно успокоиться, в противном случае ты снова начнешь плакать и дойдешь до сути только к вечеру.

– Этого не случится, – пообещала Ленка, – видишь, я уже все сама сказала. Говорю тебе, меня пытались убить!

– В прошлый раз ты заявила, что стала убийцей, а в этот раз – жертвой. Интересная у тебя жизнь, – попыталась я разрядить обстановку.

– Это не смешно. В прошлый раз я говорила правду, и сейчас, кстати, тоже. Ты будешь слушать или перебивать?

– Рассказывай, – разрешила я.

– С подробностями?

Торопиться мне было некуда, поэтому я разрешила подробности.

– Сегодня вторник, – начала Ленка, – по вторникам с десяти до двенадцати я всегда хожу в читальный зал библиотеки при университете. Туда доставляют свежие газеты и журналы по методике обучения французскому языку как иностранному.

– Не так подробно, остановимся на конкретной проблеме, инновации в образовании меня не интересуют.

– Хорошо, я постараюсь. Итак, сегодня я собиралась поработать в библиотеке, Вадим остался дома и обещал, что никого постороннего на порог не пустит. В доме остались еще кухарка и садовник, поэтому за мальчика я была спокойна. Я вообще была спокойна, впервые с того момента, как услышала шум на кухне в прошлое воскресенье.

– Это говорит о том, что твоя психика пострадала не так сильно, как казалось вначале, – вставила я.

– Наверное, – согласилась Ленка, – но теперь это в прошлом. Я снова вне себя, и, боюсь, надолго, – скоро ты поймешь почему. Так вот, я собиралась ехать туда на автобусе. Когда шла к автобусной остановке, появилось ощущение, что за мной следят. Я несколько раз оглядывалась, но никаких подозрительных личностей не заметила. Села в автобус и успокоилась, доехала до нужной остановки, вышла и пошла к перекрестку. До библиотеки идти примерно полквартала, а перед этим нужно пересечь оживленный перекресток. Я стояла на светофоре, народу было много для летнего дня, но в тот момент я об этом не думала. До тех пор пока не почувствовала резкий удар в спину и не полетела прямо под колеса машины. Да-да, ты не ослышалась, кто-то толкнул меня под машину.

– Судя по тому, что ты сидишь передо мной целая и невредимая, водитель оказался асом, – заметила я.

– Да, чудом избежала смерти, от визга тормозов у меня до сих пор в ушах звенит. От удара я упала на дорогу, а водитель сумел затормозить в двух сантиметрах от моей головы, – возвысив голос, сообщила Ленка. – Он выскочил из машины и сначала кричал на меня, жутко кричал. Я посмотрела на него, и он, наверно, что-то понял и замолчал. Народ на перекрестке начал возмущаться, одни ругали меня за неосторожность, другие – водителя за невнимательность. Он помог мне встать и отвел в сторону и спросил, как случилось, что я упала на дорогу, а я рассказала ему про удар. Он не поверил, это было видно по глазам, и сказал, что в таком случае нужно вызывать полицию, но я категорически отказалась. А что смогут сделать полицейские? На перекрестке уже не было никого из тех, кто со мной ждал зеленого, сама я никого не видела, водитель тем более. Так что я ему сказала, что мы только время потеряем. Он не возражал, сказал, что сильно торопится, хоть может подвезти меня, но я снова отказалась. Идти в библиотеку в таком состоянии было просто глупо. Водитель уехал, я какое-то время постояла на тротуаре, потом поймала такси и приехала к тебе.