Алмазы Эсмальди - Джеймс Хедли Чейз

– Вилла Джека Карсона?

– Совершенно верно. Я сняла ее на три месяца.

– Вы не помните номер вашего полиса?

– Нет, но вы можете узнать у них. Он на имя полковника Генри Шелли, 1247 Хилл Кресент Лос-Анджелес.

Фрисби сделал пометку, потом, видя, что Генри разглядывает фотокопировальную машину, стоящую у окна на подставке, спросил:

– Вас интересуют эти машины, полковник?

Генри обернулся.

– Я не разбираюсь в них. Рад, что оставил дела. Слишком стар, ни к черту уже не гожусь.

– Будет тебе, – сказала Марта, пряча футляр в сумочку. – Не такой уж ты старик.

Она тяжело поднялась на ноги.

Когда они ушли, Фрисби позвонил в страховую компанию. Он всегда проверял незнакомых людей, о чем прекрасно знала Марта. Ему сказали, что полковник Шелли с недавних пор состоит их клиентом. Драгоценности его жены застрахованы на 150 тысяч долларов. И страховой компании, и самому Фрисби осталось неизвестным, что драгоценности были одолжены Эйбом специально для этого случая. Неизвестным осталось и то, что 1247 Хилл Кресент – всего лишь деловой адрес, принадлежащий Эйбу, которым пользовалось немалое количество воров, нуждавшихся в респектабельной фирме.

Марта неуклюже влезла в машину, стоявшую перед подъездом. Генри последовал за ней. Джонни тронул машину с места.

– Ну?

– Как будто все просто, – доложил Генри. – Сигнализации нет. Двери легко открыть. Единственный хитрый замок – на картотечном шкафу, но я снял отпечаток, может, это даст тебе какую-нибудь зацепку.

– А как насчет смотрителя?

– Судя по всему, этот пентюх не любит себя утруждать.

Джонни хмыкнул.

– Может быть, нам придется задержаться там на пару часов. Лучше всего начать в восемь. В темноте нельзя работать.

– Да, – Генри пожевал усы. – К восьми там уже безлюдно. У тебя будет целых полтора часа до темноты.

Вернувшись домой, они стали совещаться. Сначала Марта объяснила план операции.

– Я узнала все это от женщины, которая работала у Фрисби, – сказала она, заглядывая в почти опустевшую коробку конфет. – Мне нужен список клиентов, застраховавших через Фрисби свои драгоценности. Та женщина говорила, что он держит его у себя в шкафу в кабинете. Его легко найти, ящик помечен. Вначале там идет перечень имен и адресов, указана стоимость драгоценностей и где их хранят: дома в сейфе, или в банке, или еще где. Он-то мне и нужен. Имея такой список, мы будем точно знать, чем стоит заняться и трудно ли это взять. Без списка мы только зря потеряем время и ничего не добьемся. В кабинете есть фотокопировальная машина. Вы просто переснимете список, положите его на место и опять запрете шкаф. И все.

– Марка машины «Зеннокс», – сказал Генри Джильде. – Инструкция напечатана на крышке. Машина уже заряжена бумагой. Тебе надо только вкладывать карточки в машину и нажимать кнопку.

Джильда кивнула. Генри достал из кармана коробочку и передал Джонни.

– Здесь слепок замка. Говорит это тебе что-нибудь?

Джонни открыл коробочку, осмотрел слепок и поморщился.

– Еще как говорит! Это хермановский замок, а они чертовски сложные.

Он откинулся в кресло, в раздумье глядя на океан. Марта сразу встревожилась. Застыв с большой шоколадной конфетой в руке, она уставилась на него.

– Ты что же, не сумеешь с ним справиться? – требовательно спросила она с визгливой ноткой в голосе. – Эйб говорил, что ты справишься с любым замком.

Джонни неторопливо повернул голову и окинул ее холодным взглядом.

– Без паники, Сало. Я справлюсь с любым замком, но мне нужно немного подумать.

Джильда захихикала.

– Не смей так называть меня, – прорычала Марта с возмущением. – Слушай-ка ты…

– Пошла ты… – огрызнулся Джонни. – Дашь ты мне подумать?

Генри погладил усы и взглянул на Джильду. Марта была так потрясена, что даже положила конфету обратно в коробку. Однако она смолчала. Наконец, Джонни кивнул.

– Сделаю. Мне придется съездить в Майами за болванками для ключей. Здесь доставать их чересчур рискованно. Да, сделать можно.

У Марты вырвался долгий, глубокий вздох, от которого ее огромная грудь поднялась к подбородку.

– А я уже испугалась. Ведь все зависит от того, достанем ли мы список.

Джонни смотрел в сторону. Он даже не старался скрыть своего раздражения и неприязни, которые она у него вызывала.

– Нам понадобится другая машина, – сказал он. – Эта слишком бросается в глаза. Я возьму напрокат машину.

Он встал и пошел в гостиную. Было слышно, как он набирает номер и говорит со служащим прокатной фирмы.

– Привет, Сало, – сказала Джильда и расхохоталась. – Видела бы ты свое лицо! Вот потеха! Пришлось проглотить, а?

– Заткнись, сучка! – рявкнула Марта. – Я знаю, что у тебя в трусах от него припекает! Ты…

– Дамы! – резко вмешался Генри. – Довольно! Мы работаем вместе, и дело у нас общее.

Джильда встала с кресла. Она посмотрела на рассвирепевшую Марту, состроила нахальную гримасу и вышла с террасы, качая бедрами.

Вернулся Джонни.

– Порядок. Машину возьму у них в гараже. Ну, я пошел. Вернусь часов в восемь.

– Подожди минутку, Джонни, – сказал Генри. – Раз уж ты едешь в Майами, может, отвезешь Эйбу браслет? Бьюсь об заклад, он там икру мечет, гадая, что с ним сталось. Марта, дай ему браслет.

Поколебавшись, Марта передала ему футляр.

– Не потеряй.

Джонни ухмыльнулся ей в лицо.

– Думаешь, я сбегу с ним?

– Я сказала – не потеряй! – огрызнулась она.

Когда он ушел, Генри закурил сигару и с удовлетворением вытянул свои длинные ноги.

– Эйб нашел нам подходящего парня, – сказал он. – Профессионал!

– «Сало»! – пробормотала Марта. – Я ему это припомню!

Она потянулась за очередной конфетой, потом вдруг с силой оттолкнула от себя коробку и уставилась вдаль злым, невидящим взглядом.

Генри спрятал усмешку.

Джонни вернулся около половины девятого. Он повидался с Эйбом, отдал ему браслет и забрал расписку Генри. Кроме того, он привез болванки для ключей, добытые через приятелей Эйба, и все необходимые инструменты для работы. Он обещал заняться ключами завтра с утра.

Фло подала им на ужин лобстеров, приготовленных по французскому рецепту. После того как Марта расправилась с двумя лобстерами и пинтой мороженого, все стали устраиваться на вечерний отдых. Джильда была телеманьяком. Она включила телевизор и приклеилась к нему. Генри уселся с блокнотом и карандашом на террасе рядом с Мартой и подсчитывал свои воображаемые потери и доходы на бирже. Марта с увлечением вышивала. Джонни сидел поодаль от них, глядя на освещенный луной залив, на ползущие по прибрежному шоссе машины, чьи огни вливались в непрерывную ленту света. В 11.30 Марта вылезла из кресла.