Дурацкая история - Марина Серова

— Было. И это, Танечка, явно говорит, что «нефтяная война» уже добралась и до Тарасова.

— Ну, наличие оружия в квартире скромной путаны ничего такого не говорит, — сказала я. — Ольга могла быть связана с чеченцами.

— Но там не видели чеченцев! Там видели человека, который очень напоминал господина Зелинского!

— Значит, можно привязать к чеченцам и самого Зелинского. И пусть с этим делом ФСБ мучается.

— Так они не хотят! Сначала все было хорошо, они просто нарадоваться не могли на это дельце, поскольку господин Зелинский человек был тихий, но уж очень всех напрягал!

— Слишком тихий, а в слишком тихом омуте обычно водятся слишком большие черти…

— Так вот, через три дня мы находим еще одну дамочку, и у нее точно такой же заветный уголок! На этот раз это черноволосая казашка. Ее сосед прогуливал собачку и видел своего хорошего знакомого, с которым вместе учился в школе. Он и назвал нам некоего Гарнеева Василия Николаевича. Тут-то мы и получили по носу. Мы сдуру все это выложили фээсбэшникам, а они приуныли и сказали, что это тупик, что «наверху» это дело прикроют. И оказались правы. На следующее утро нам позвонили и сказали, чтобы мы исчезли из поля зрения. Впрямую это означало одно: работайте, но в полной тишине. И не пытайтесь копать слишком глубоко. Что мы и делали до позавчерашнего дня.

— А что случилось позавчера?

— Позавчера, — вздохнул Мельников. — Позавчера убили Натана Зелинского. А вчера появился Александр Михайлович и предложил свою помощь. То есть он ведет по этому делу журналистское расследование, но ему нужен напарник. Тут я и вспомнил про тебя.

— Спасибо, — буркнула я. — Ты отчего-то всегда про меня вспоминаешь, когда случается какая-нибудь гадость. Я без гонорара работать отказываюсь.

— Танька! Это же преступление против страны, ты не понимаешь?

— Твоя страна только и делает, что совершает преступления против меня, — огрызнулась я. — Так что не дави на мой патриотизм. Он распространяется только на здешнюю природу. Что до остального — я мелочна и озлобленна.

— Таня, ты просто сейчас устала и не хочешь ввязываться! А завтра…

— Вот и поговорим завтра, — решила я. — А сегодня давай говорить о чем-нибудь более приятном. Только сразу тебя предупреждаю: без клиента я работать не стану. В конце концов, убиты путаны и бонза. С наличностью у них, я думаю, все в порядке, так что я благотворительностью заниматься не собираюсь.

— Я найду вам клиента, — сказал Александр. — Можете не сомневаться.

Я взглянула в его сторону. Кажется, я немного переборщила, изображая рассвирепевшую мегеру. Потому что он мне, черт его побери, нравился. И мне до безумия хотелось ему понравиться. Может быть, именно поэтому я вела себя как последняя стерва?

Терпеть не могу, когда я вдруг превращаюсь в наивную девчонку, которая готова запасть на такого вот красавчика!

* * *

— Вот такая история дурацкая, — закончила я свой рассказ. Сообщать, что, когда Мельников наконец удалился, красавец Сашенька остался, я не стала. Вместо того чтобы осыпать меня ласками и поцелуями, он всю ночь посвящал меня в подробности своего расследования дурацкой «нефтяной войны». К чести его, очень скоро я все-таки заинтересовалась его рассказом.

Светка сидела с горящими глазами. Стоило мне поставить точку, она заорала:

— Well! Значит, наш Гарнир хлопнул проститутку и замешан в этой самой войнушке? И мы должны его выследить и взять с поличным?

— Подожди, — остановила я ее. — Понимаешь, он мог всего и не знать. Хватит того, что он замешан в съемках порнушных фильмов. Он сам бывший гэбист, вот его в порядке «братской» помощи и ограждают.

— Но следить все равно надо, — заявила неподкупная Светка. — Пафнутий не сможет, он заметный. Это буду делать я. Я согласна на бескорыстное служение Отчизне, лишь бы напакостить Гарниру!

— Светка, уймись, — попросила я. — Я жалею, что все это тебе рассказала. Ты мне не нужна. Мне как раз нужен твой муж, потому что он может что-нибудь знать об этом самом Гарнееве.

— Если ты меня не берешь в дело, я тебе его не дам, — заявила моя нахальная подружка. — Это нечестно. Я всю жизнь мечтала поиграть в детектива!

— Да какой из тебя детектив! — не выдержала я. — Тебя же на другом конце проспекта видно!

— Ага, — усмехнулась вредная девица. — А ты у нас такая серая мышка, прямо теряешься в толпе. Я всю жизнь подозревала, что ты просто завидуешь моей несравненной красоте…

— Я просто умею перевоплощаться и становиться невидимой, а ты нет.

Светка обиженно засопела и молчала ровно пять минут. Потом вскочила:

— Ну, погодите! — И исчезла в соседней комнате.

— Ничего, сейчас отойдет, — меланхолично заметил Пафнутий. — Она всегда так — вспыхивает, как бикфордов шнур, а потом поразмышляет и успокоится.

— Пока ее нет, хоть поговорить можно серьезно, — вздохнула я.

— Да я ничего не знаю. Проститутки? Да. Бывали. Но этих, с фотографий, я если и видел, то не помню.

— А Зелинский?

Знакомство наших двух «vip» беспокоило меня куда сильнее, чем посещения девиц.

— Нет, — подумав, сказал Пашка. — Я этого парня там никогда не замечал. Сама понимаешь, если бы он заявился, вряд ли бы это осталось незамеченным.

Я кивнула, хотя и была разочарована.

В этот момент дверь широко распахнулась, и на пороге появилась толстая тетка в моем старом цветастом халате. Тетка была не похожа на Светку только габаритами и черненькими кудряшками, собранными в пучок на затылке. На носу у нее красовались черные очки, которые моя ненормальная подруга извлекла из моих тайников.

— Ну? — грозно спросила тетка. — Как я вам?

Пашка смотрел на нее совершенно дикими глазами, открыв рот, а я давилась от смеха.

— Вы кто, тетенька? — пробормотала я.

— Авдотья Федотовна Зырянская, — Светка плюхнулась в кресло, поддерживая подушки, которые вываливались из-под халата. — Самовольный и самопальный детектив-любитель.

«Господи, — подумала я. — И что мне делать с этой дурехой?»

— Ладно, Авдотья, — решилась я. — Если ты даешь слово не высовываться и во всем меня слушаться, я подумаю над твоим предложением посильной помощи. Только учти, что образ толстой дамочки немного рискован.

— Думаешь, Гарнир не устоит и я паду жертвой насилия?

— Нет, просто в самый неподходящий момент из тебя могут посыпаться подушки…