Кольт в декольте - Марина Серова

— Нет, вроде не видела. А цыгане считаются? — буркнула Неделькина, сосредоточенная на написании послания Ваське.

— Что? Цыгане? — насторожилась я.

— Ну, где у нас коттедж, они иногда ходят по улице и попрошайничают, — протянула Лариса отвлеченно. — Одна наглая такая тетка лезла ко мне в дом и со слезами на глазах просила хлеба для голодных детей. Хорошо Степа был дома. Он вынес ей из кухни полбуханки белого и дал. А цыганка нос воротит, говорит — что? Простой хлеб! А булочки нет или пирожка? Степа на нее как заорет, она и убежала.

— На тебя же не цыган напал? — спросила я с сомнением.

— Да нет, точно не цыган, — ответила Неделькина. — Он был в маске с прорезью для глаз, а там светлая кожа и серые глаза. У цыган таких не бывает. И здоровый он был, плечистый такой, метра под два ростом. Я лично никогда не видела двухметровых цыган.

Мысленно я отметила, что цыгане обычно не занимаются нападениями и убийствами. Другое дело — торговля наркотиками, кражи, угон транспорта, мошенничество. Возможно, среди цыган и имелись толковые наемные убийцы, однако мне об этом слышать не доводилось.

Шею Неделькиной закрывал платок. Я попросила снять его, чтобы рассмотреть следы, оставленные нападавшим. Нехотя Лариса развязала платок и показала скрытое под ним. С левой стороны шеи девушки в районе сонной артерии красовался уродливый сине-багровый кровоподтек овальной формы, с правой стороны — синяки продолговатой формы. По характеру и форме следов я сделала вывод, что неизвестный душил Ларису правой рукой, вероятно, прижав к стене возле двери. Он был в перчатках, так как отсутствовали следы ногтей.

— Он душил тебя одной рукой, а другой закрывал дверь, верно? — спросила я, закончив осмотр.

— Да, мы с ним боролись. Было так больно, и в горле что-то хрустнуло. Я даже подумала, что он мне шею свернул, — произнесла Неделькина с грустным видом. Она побыстрее прикрыла синяки платком, чтобы никто не видел. — Мне даже почти удалось вырваться от этого гада. Но он схватил меня и поволок в ванну, сунул в воду, и я потеряла сознание. Очнулась, лишь когда Макс делал мне искусственное дыхание. Слава богу, что с ребенком ничего не случилось.

— Твоего мужа арестовали сразу? — Я отстранилась, давая официантке забрать посуду.

— Нет, на следующий день. — В глазах Неделькиной заблестели слезы. — Степа примчался, как только узнал. Пообещал поднять всех и лично расквитаться с гадом. Потом утром приехали и забрали его. Придумать же такое: что он меня из-за страховки! Совсем дебилы.

— И на много ты застрахована? — Вопрос уже давно вертелся у меня на языке.

— На миллион долларов, — ответила Лариса так, словно это была мелочь, которую и упоминать-то неприлично.

— Да, немудрено, что вашего мужа как получателя страховки заподозрили в первую очередь.

— Ой, подумаешь — миллион. Степа говорил мне, что ему один только завод в месяц приносит чистой прибыли больше десяти миллионов долларов. За прошлый год он заработал столько, что собирается построить еще один завод. А в мае, когда у него был день рождения, мы заказывали целый трехпалубный теплоход. Для Степы прямо с теплохода запускали салют. Такого даже на День города не было. Привозили специалистов из Китая.

— И что, при таких деньгах муж до сих пор не обеспечил тебя нормальной охраной? — не поверила я.

— Мы живем в элитном доме, и там внизу есть охрана, — краснея, ответила Лариса.

— Знаешь, выглядит действительно подозрительно — страхует на миллион, а из дома выпускает без охраны, позволяет работать медсестрой в больнице.

— Начнем с того, что это я попросила застраховать мою жизнь, — враждебно сказала Лариса, надув губы.

— Это еще зачем? — изумилась я.

Поломавшись, Неделькина стала объяснять:

— Понимаешь, Степа застраховал свою жизнь на миллион, чтобы обезопасить мое будущее. Ведь завод может разориться, а о короткой жизни удачливых бизнесменов уже анекдоты ходят. Он мне сообщил о своем намерении. Я в ответ попросила, чтобы он застраховал меня. Он отказывался, но я настояла. Вот так…

В больнице Неделькина работала не только от скуки, но и чтобы в случае краха бизнеса мужа иметь какую-то профессию. Через пару лет она вообще планировала поступить в университет. Еще Лариса рассказала, что у нее был телохранитель. Степа нанял его для жены, лишь только они стали жить вместе, а через четыре месяца, не объяснив причины, уволил. Нанял другого, только и он продержался меньше месяца. После Степан уже никого не нанимал, а посылал своего шофера, чтобы отвозил Ларису на работу и привозил назад.

— А ты небось с телохранителями до сих пор общаешься, — предположила я и попала в точку. Лариса с беззаботным видом заявила, что они перезваниваются, вернее, только с Юрием, который был последним. Первый, Лев, попросил ему больше не звонить, так как его жена проверяла все звонки и закатывала ему сцены ревности.

— Хм, вот оно как, — хмыкнула я. — А ты, голуба, случайно, не давала повода ревновать тебя к телохранителям?

— Да к кому там ревновать? — махнула рукой Лариса и чуть не выбила поднос из рук подошедшей официантки.

Та виртуозно удержала посуду от падения, а затем с каменным лицом выставила на стол кофе, шоколад, фрукты и наше мороженое.

— Я говорю, к кому там ревновать? — продолжила Лариса, когда официантка ушла. — Юрию под пятьдесят, он мне в отцы годится, а Лев женат.

Изучив за время нашего короткого общения характер Неделькиной, я вкрадчивым голосом спросила:

— Лариса, а ты, случайно, не подшучивала как-нибудь над мужем, используя телохранителей? Подумай, это важно.

— А, ну было. Прикололась пару раз, — вспомнила она. — Степа стал один раз докапываться, почему я усталая, дескать, чем целый день занималась, что так устала. А я возьми да и брякни, что со Львом кувыркалась. Степка меня чуть не убил. Смеху-то было! Он у меня такой ревнивый!

— Ага, а потом Степа Льва уволил, — подытожила я.

— Нет, Степа говорил, что уволил его не из-за этого, — горячо возразила Неделькина. — У них там какие-то свои заморочки. Ни один, ни другой так и не признались.

— А вторая шутка, — напомнила я.

— Это когда я с Ангелом ездила в сауну. Там еще другие девчонки знакомые были, ну, что-то вроде девичника, — с мечтательной улыбкой произнесла Неделькина, вспоминая тот чудный вечерок. — Вернулась поздно. Ну, мы, как водится, немного выпили, а Степа, оказывается, уже дома ждет. До этого приезжал каждый раз за полночь, и я не рассчитывала его увидеть. Пошел разбор полетов: «Где была?» Я говорю: «В сауне». Он: «С Юрием?» Я не удержалась и сказала, что да. Что тут было!

— И Юрия уволили по причине, не связанной с этим? — иронично поинтересовалась я.

— Да, Степа сказал, что Юрию нельзя было мне позволять шляться по ночам по всяким саунам, — кивнула Неделькина, — или он должен был сообщить об этом мужу. Но Юрий по моей просьбе не сделал этого.