Кольт в декольте - Марина Серова

— Ну, не знаю, — покачала головой тетя, — в этих оттенках присутствует какая-то вульгарность. Нет, нет. Это не то, все не то.

— Выбирай тогда сама, — предложила я, нервно поглядывая на часы. Продавец с отчаянной надеждой в глазах следила за тетей. Не выдержав затянувшейся паузы, она осторожно, чтобы не спугнуть удачу, спросила:

— Вы выбрали?

— Да, выбрала. — Тетя Мила показала листок с мазками продавцу. — Вот эти два цвета, светло-кирпичный и вот этот, алый.

— А какие это номера? — растерянно поинтересовалась продавец, роясь в куче выбранной тетей косметики.

— Номера я не записывала. А вы что, так не найдете? — невинно спросила тетя.

С обреченным видом продавец попробовала искать, стала намазывать по чуть-чуть на листок рядом с отмеченными оттенками, но, к ее удивлению, ничего не нашла.

В отчаянии продавец пошла на хитрость.

— А вот посмотрите, эта почти похожа.

— Нет, совсем не похожа, — заупрямилась тетя. — Я пользуюсь определенными цветами. Они мне подходят, и я хочу пользоваться ими дальше.

— Хорошо, тогда поищите сами. — Продавец отошла к другой клиентке. Та была не так привередлива и, довольно быстро выбрав понравившуюся тушь, расплатилась и ушла.

— Вы выбрали? — спросила, возвращаясь, продавец.

С кислой миной тетя пожаловалась, что никак не может их найти.

— Да не может этого быть! — вскричала продавец, растеряв последние остатки терпения.

Собственноручно она еще раз проверила все образцы и едва не расплакалась.

— Чудеса, да и только, — покачала головой тетя Мила.

У меня же зародилось подозрение насчет пропажи.

— Тетя, а ты случайно не мазнула на листке своей помадой, чтобы потом сравнивать.

— Ой, да. Верно, совсем забыла! — воскликнула тетя обрадованно. — То-то, я думаю, она мне понравилась.

— Вот дерьмо, — обронила продавец и из последних сил, нацепив на лицо доброжелательную улыбку, полюбопытствовала, не соизволит ли моя тетя выбрать что-то другое.

Тетя, поколебавшись, выбрала темно-вишневый оттенок и потребовала от продавца всю документацию на помаду, включая гигиенический сертификат. Что-то ее там не устроило, так что помада вернулась обратно к продавцу.

— Мы посмотрим лучше лак, — беззаботно сказала она.

— Нет! — не сдержавшись, выкрикнула продавец. — Они не продаются. Плохие, в смысле ядовитые. Ногти съедают подчистую, до мяса.

Потуги продавщицы не впечатлили тетю Милу.

— Что вы несете! Ведь только что при нас вы продали лак двум девчонкам.

— Вам показалось, — нагло заявила продавец.

Из магазина мы вышли без покупок. Тетя Мила негодовала:

— Какие они все-таки! Подсовывают всякую дрянь, а выдают за известные марки. Я просто не хотела их стыдить при всех. Надо жалобу написать.

— А почему ты думаешь, что в магазине сплошь подделки? — спросила я, дивясь поразительной прозорливости тети.

— У Тамары Сергеевны дочка учится на товароведа, или… ну, точно не помню. Но главное, у них сейчас идет экспертиза косметики, вроде как практика. — Заметив, что я заинтересовалась, тетя увлеченно продолжала: — И позавчера я сидела у них, а Лена рассказывала, что творится на рынке косметики. Большая часть ее — контрафакт. Лепят из чего попало. Потом начинаются всякие аллергии, дерматиты. Ты же видела, у некоторых товаров документы словно на коленке писали. А сам товар! Оформление, упаковка. Ты видела, каким мелким шрифтом на коробочке написано «Произведено в Грачеве по французской технологии из компонентов, выпущенных во Франции». Лена говорила, как накрывали такие заводики. Стоит одна ржавая центрифуга и куча бочек без опознавательных знаков, неизвестно откуда появившихся.

— Где же ты будешь тогда косметику покупать, — усмехнулась я, — во Францию сгоняешь, что ли?

— Не знаю. Закажу во Франции по почте, — буркнула сердито тетя Мила, рассматривая витрину зоомагазина. — Давай зайдем, посмотрим на зверюшек.

— Давай в другой раз, — попросила я, — у меня в девять встреча. Да и ты сейчас начнешь придираться к товару: то морская свинка не умеет плавать, то еще что.

— Женя, да как тебе не стыдно говорить такое! — укорила меня тетя Мила. — Я животных очень люблю.

— А знаешь, что в магазине они тоже почти все контрафакт? — ехидно спросила я. — Помнишь, как недавно по телевизору показывали, что на въезде в город задержали рефрижератор, где везли живых попугаев.

— Ой, помню, — всплеснула руками тетя Мила, — половина бедных птичек умерла от тесноты.

— А думаешь, куда их везли без всяких документов? — осведомилась я. — Часть осела бы именно в этом магазине. Так же и с остальными животными. Так что все попугайчики, рыбки, змеи — нелегалы.

Дома я первым делом через Интернет вошла в архив местной газеты и посмотрела, что пишут про «ЗМК-Тарасовский». Писали в основном только хорошее: увеличение объемов производства, повышение зарплаты, модернизация, многомиллионные контракты. В последней газете, например, была статья, что в Тарасов приезжает шейх из Ирана. В программе его визита будет поездка по ЗМК, осмотр производства и подписание контракта, по приблизительным подсчетам, на несколько десятков миллионов долларов. В газете также значилось, что у «ЗМК-Тарасовский» нет конкурентов и это единственное в России предприятие подобных масштабов. Даже в Европе никто не может с ним сравниться.

Прочитав статью, я все же не стала отбрасывать версию с конкурентами, а оставила ее для дальнейшей проверки. В статье, посвященной столетию ЗМК, я обнаружила фотографию Степана Неделькина с женой. Распечатав фотографию, я спрятала ее в сумочку — пригодится на встрече. С моей беспокойной профессией надо каждую минуту ожидать подвоха. Кто-нибудь из неприятных людей, отправленных мной в тюрьму, решил отомстить, нанял девку как приманку. Она выманивает меня в кафе под видом богатой клиентки. Я иду, и у кафе меня сбивает машина или пристреливает снайпер. А такое вполне может быть. До этого я звонила Бурсовым, разыскала их племянницу, а та заявила, что рассказала о моих подвигах всем своим подружкам. Неделькину она знала и советовала обратиться ко мне, если будут проблемы. Однако не факт, что мне звонила она. Ангелина дала мне телефон, только перезвонить не получилось. Сотовый не отвечал.

Я звонила долго. В туалете точно столько не просидишь, и в ванной жабры вырастут. Буйная фантазия в один момент нарисовала в моем сознании ряд картин: вот у настоящей Неделькиной отнимают мобильник в темном переулке; вот по телефону уже звонит подсадная, вызывая меня на встречу. Чересчур легко так называемая «Неделькина» согласилась на встречу в кафе. Обычно клиенты, опасающиеся за свою жизнь, предпочитают приглашать меня к себе домой, чтоб лишний раз не подставляться убийцам.

Мучимая сомнениями, я принялась готовиться к встрече. В сумочку положила электрошокер, газовый баллончик. Надела вместе с брючным костюмом ремень с металлическими элементами, в которых были замаскированы метательные ножи. Под легкий пиджак повесила кобуру с револьвером. Слава богу, что стало не так жарко, а то в жару с оружием — сплошное мучение. На виду его не будешь носить, из сумочки доставать долго и при опеке объекта вариант неприемлемый. В закрытых же костюмах жарко. Конечно, нас, телохранителей, учат переносить жару, холод. Есть даже специальные препараты, но организму от этого только вред. К старости целый букет профессиональных заболеваний.