Дурная кровь - Михаил Март

Фрост открыл рот, но тут же закрыл его вновь. Фокус удался, парень обмяк и беспомощно рухнул в кресло.

– Что вам от меня нужно? Денег у меня нет…

– Не трещи, как ржавая тачка. Мне нужны свидетельские показания и ты мне выложишь в подробностях все, что видел вчера вечером.

– О Боже! Так вы легавый?

– Не угадал. Не теряй времени, простудишься.

– Что вас интересует?

– Та компания, с которой я вчера был. Про террасу можешь не вспоминать.

– Так вы притворились пьяным?

– Так надо. Говори о людях. Мне нужна ясная картина, но со стороны.

– Что я могу сказать? Вели вы себя безобразно. Сначала приставали к бармену. Он отказался вам наливать выпивку, затем сели за столик к одной парочке и потребовали от молодого человека, чтобы он заказал вам выпивку. Вываливали деньги на стол.

– Он заказал?

– Да. Вы мешали их уединению и они ушли. Наш охранник попытался вас выставить. Вы сделали вид, что подчиняетесь требованию, но попросили проводить вас в туалетную комнату. Там вы его ударили. Он упал и треснулся головой о раковину…

– Вы это видели?

– Нет. Когда он очнулся, то рассказал об этом.

– Меня уже не было в ресторане?

– Из туалета вы вернулись в зал и тут же ввязались еще в одну историю. Одна подвыпившая женщина устроила небольшой скандал. Ее муж влепил ей пощечину. Вам именно этого не доставало. Вы тут же вмешались и избили его. Женщина пришла в восторг, но оказалась трезвее вас и сообразила, что лучше поскорее убраться из ресторана и не доводить дело до полиции.

– Итак, мы ушли вдвоем?

– Да.

– В котором часу это произошло?

– Около одиннадцати, может быть позже.

– Кто еще, кроме мужа, был в ком пании женщины, с которой я ушел?

– Еще одна пара.

– О'кей. Вернемся на исходную пози цию. За столиком сидели две пары, мир но беседовали, одна из женщин хватил лишку и полезла в амбицию. Муж реши ее усмирить и врезал оплеуху. Тут в зал вошел рыцарь и вступился за несчастную. В знак благодарности оскорбленная дам уводит рыцаря с собой.

– Примерно так.

– В общих чертах картина понятна. Теперь о частностях. Как звали ту даму?

– Не знаю.

– Характер мой тебе известен. Не крути. Если ты знаешь, что кавалер приходится дамочке мужем, то знаешь, кто они.

– Что вам даст ее имя?

– Не знаю. Но могу сказать о тебе. С синяками метров к работе не допускают. Хочешь остаться на улице?

– Ладно. Тайны тут никакой нет. Я читаю светскую хронику. Ее зовут Дэби Катер, она актриса. Ее мужа зовут Даг Коттон. Он тоже снимается в кино. Подругу зовут Ирен Тэмпл. Кавалера Ирен я не наю. Возможно, он их антрепренер. Вел себя деликатно. Ирен не замужем.

– Как выглядел антрепренер?

– Красивый парень, смахивает на сутенера, Я так и подумал бы, если бы не знал, что он сидит с актрисами.

– Во что был одет? Какой рост, глаза?

– Костюм тройка. Высокий, стройный эрюнет с проседью, небольшой шрам над правой бровью. Цвет глаз не помню.

– Часто встречаешь Дэби Катлер?

– Раза два в неделю. Каждый раз напивается, Что-то у нее не так. Раньше была нормальной женщиной. Очень эффектная дама, но в последнее время скурвилась.

– Хорошее словечко подобрал. Сопровождающие одни и те же или она предпочитает разнообразие?

– Антрепренер появлялся не раз, Ирен также приходила с ней, а кавалеры у Дэби менялись постоянно.

– Кто чаще других ее сопровождает?

– Не знаю. В памяти не откладывается.

– Можно сделать вывод, что Дэби Катлер ваша постоянная посетительница. Если она прикладывается к бутылке, то у неe должно быть есть еще пара мест, где она отсвечивает. Что скажешь?

– Наверняка. Но я не знаю.

– Пошевели извилинами. Ты опытный метр. У вас слишком роскошная забегаловка, в такую каждый день ходить не станешь. Куда может заглядывать женщина такого класса, где быстро нальют и не будут смотреть вслед, кривя рожу?

– Бар «Катамаран». Высокого класса заведение. Местные богатей любят туда забегать.

– О'кей, Пат. Ты хороший парень, но советую тебе забыть обо мне.

Покидая дом метрдотеля я не знал, что он злопамятный и вовсе не собирается меня забывать. Когда я садился в машину, он смотрел в окно. В тот момент мне и в голову не приходило придавать значение такой мелочи. Многие навыки я растерял за последние годы. Лет пять назад я вел бы себя по-другому и начал бы с другого, В башке стоял винный дурман и соображал я плохо, действуя в основном по интуиции. Если она у меня была, то подводила на каждом шагу. Грубейшей ошибкой было то, что я уничтожил все следы преступления. Лучше об этом не думать. Как вспомню сегодняшнее утро, так руки опускаются и хочется повеситься или напиться. Но чтобы не отнимать у себя время, я решил не отнимать хлеб у палача.

Бар «Катамаран» находится неподалеку от дома Дэби Катлер и выглядит пристойной забегаловкой, работающей круглосуточно. Когда я вошел в зал, мне показалось, что я уже бывал здесь. Пути Господни неисповедимы. Полумрак, мягкие кресла, уютные столики с настольными лампами, дым столбом и десятка полтора посетителей. С пустыми карманами здесь делать нечего, а у меня и цента в подкладке не завалялось.

Я подошел к стойке и подозвал бармена.

– Что желаете?

Услужливый, чистенький, он блестел и сверкал, как золотой луидор на солнце. Я наклонился к нему и тихо сказал:

– Извини, приятель. Вчера я перебрал и забыл здесь свою записную книжку.

Бармен очень серьезно отнесся к моему заявлению и сочувственно произнес:

– Ночная смена ушла. Мы заступили в девять утра, но мне никто ничего не передавал.

– Жаль. Извини.

Я сделал два шага к выходу, но бармен меня окликнул.

– Извините, мистер. Тут в подсобке спит швейцар. Он иногда остается с ночной смены. Возможно, ему передали.

– Вы можете оказать мне неоценимую услугу, если разбудите его.

– Идемте, я провожу вас, вряд ли он захочет выйти в зал.

Бармен попросил официантку в короткой юбочке заменить его на две минуты и провел меня за стойку. Мы миновали длинный узкий коридор и спустились по лестнице о подвал. Здесь было несколько дверей с навесными замками. Одна из них была приоткрыта. Маленькая клетушка с голой лампочкой над дверью, топчаном, на котором похрапывал пожилой человек с седыми бакенбардами, парой стульев и столом без скатерти, но с кучей объедков.

Бармену потребовалось не меньше минуты, чтобы заставить старика открыть глаза. Тот ворчал, ругался, но в конце концов скинул ноги на общипанный коврик и уставился на меня осоловелым взглядом.