Таинственный - Фабио

Но опять же, что дает ему право так думать? Быть может, она вовсе не собиралась этим заниматься?

Даже сейчас, когда Джори была в Нью-Йорке, в двух сотнях миль от Близзард-Бэй, Сойер не мог избавиться от тревожного предчувствия: с ней что-то может случиться. За несколько часов, прошедших с момента ее отъезда, это предчувствие не только не ослабело, но, наоборот, окрепло. Думая о Джори и сознавая, что теперь он в любом случае не сможет прийти на помощь, Сойер с трудом подавил приступ паники.

«Спокойно, – приказал он себе, – от тебя уже ничего не зависит. Джори ушла из твоей жизни, ты должен ее забыть».

* * *

Крепко спавшую Джори разбудил телефонный звонок. Спросонья она не сразу сообразила, где находится. В полусне откинула одеяло из гусиного пуха и вслепую протянула руку к тумбочке, нащупывая телефон. Наконец ее рука наткнулась на трубку. С трудом разжав веки, Джори заметила, что небо за окном темно-серое, солнце еще не встало.

«Интересно, кто может звонить в такую рань?»

– Джори?

– Гретхен, это ты? – Сон как рукой сняло. Джори широко раскрыла глаза и села в кровати, прижимая трубку к уху.

– Я тебя разбудила?

– Честно говоря… да. Но ничего страшного. Что случилось? Надеюсь, с Китти все в порядке?

– Китти? Я пока не знаю, как ее дела, я звоню не из-за нее, – сообщила Гретхен замогильным тоном.

– В чем дело, Гретхен? Что-то случилось?

– Ах, Джори, это такой ужас, я так напугана… – Голос Гретхен прервался.

– Да что случилось? У тебя какие-то неприятности?

– Сегодня утром я проснулась и обнаружила на подушке записку.

– О Боже!

– Она была приколота возле самой моей головы, совсем рядом. – Гретхен сорвалась на визг, казалось, она на грани истерики. – Джори, пока я спала, кто-то заходил ко мне в комнату! Кто-то пробрался сюда и оставил эту ужасную записку…

– Что было в записке?

– Там написано… – Гретхен помолчала, было слышно, как она нервно вздохнула. – Там написано: «Ты следующая».

Сразу поняв, что имелось в виду, Джори ахнула:

– Ты звонила в полицию?

– Пока нет. Я так испугалась… Джори, я боюсь, что, если останусь в этом доме еще хотя бы на минуту, произойдет что-то ужасное. Мне нужно немедленно уехать.

– Может, это просто чья-то глупая шутка? – предположила Джори, стараясь говорить убедительно.

– Нет. Я не знаю никого, кто был бы способен на такие шутки. Я уверена, эту записку написал тот, кто убил Эдриен и Клоувер, – твердо сказала Гретхен. – Теперь он охотится за мной. Я не могу просто так сидеть и ждать, пока он до меня доберется.

– Разумеется, не можешь. Но… с кем ты оставалась ночью? Карл был у тебя?

– Нет. Он так и не зашел, только позвонил и сказал, что застрял в офисе, а мне посоветовал лечь спать.

В душе Джори шевельнулось подозрение.

– А дядя Роланд?

– Он был дома… наверное. Думаю, когда я ложилась спать, он еще не встал. Во всяком случае, я его не видела. Но, Джори, он же неграмотный, он не мог написать эту записку.

– Откуда тебе известно, что он неграмотный? – Джори пришла в голову мысль, от которой она похолодела. – Гретхен, откуда ты вообще знаешь, что он глухой и немой?

Некоторое время Гретхен молчала и вдруг заговорила изменившимся голосом – голосом маленькой девочки:

– Ах, Джори, мне так страшно, так страшно… Я хочу отсюда уехать! Прошу тебя… можно я приеду к тебе?

– Куда, в Нью-Йорк? – ошеломленно переспросила Джори. – Ради Бога, Гретхен, почему ты хочешь поехать именно сюда? То есть, я хочу сказать, нет ли у тебя еще какого-то места, где ты могла бы чувствовать себя в безопасности?

– Нет у меня никакого места, никого у меня нет. Из всех моих знакомых ты единственная, кто не живет в Близзард-Бэй. Джори, если я тебя стесню…

Джори почувствовала угрызения совести. Конечно, она обязана помочь подруге, и она хотела ей помочь.

– Нет, – поспешно перебила она.

– Ладно, я могу просто…

Джори снова перебила подругу:

– Гретхен, приезжай в Нью-Йорк. Можешь жить у меня столько, сколько захочешь, здесь ты будешь в безопасности. Только, пожалуйста, никому не говори, куда собралась, даже Карлу.

– Даже Карлу? – с сомнением переспросила Гретхен. – Джори, уж не думаешь ли ты, что Карл…

– Гретхен, у него ведь есть ключи от твоего дома?

– Есть, но…

– Никому не доверяй. Никому, Гретхен, даже Карлу, – с нажимом повторила Джори. – Я говорю серьезно. Знаю, ты его любишь, но, возможно, ты знаешь его не так хорошо, как тебе кажется.

– Ты ошибаешься, Джори. – Голос Гретхен снова стал обычным. – Но я сделаю так, как ты говоришь. Наверное, я сейчас не очень ясно соображаю. Джори, ты можешь подождать минутку? У меня на телефоне мигает лампочка, кто-то звонит.

В трубке раздался щелчок и стало тихо. Дожидаясь, пока Гретхен поговорит по другой линии, Джори терла заспанные глаза. Она думала о том, долго ли подруга детства пробудет у нее и удастся ли ей роль гостеприимной хозяйки, после того как она решила оставить в прошлом все, что связано с Близзард-Бэй. Джори убедила себя, что это совсем другое дело, она просто поможет попавшей в беду подруге. Гретхен не имеет никакого отношения к Сойеру, и ее присутствие вовсе не должно напоминать о нем.

В трубке снова щелкнуло, и раздался голос Гретхен.

– Это был Джонни. Он сказал, что два часа назад у Китти родился ребенок. Опять девочка.

– Как ее самочувствие?

– Я не знаю. У Джонни голос очень усталый. Он еще ждет на линии, я попросила его не вешать трубку, пока прощаюсь с тобой.

– Ты сказала Джонни, что разговаривала со мной? Гретхен, не забудь, о чем я тебя просила. Никому не рассказывай, что ты уезжаешь из города или куда собираешься.

– Как, даже Джонни?

Джори закатила глаза, сосчитала в уме до десяти и только потом терпеливо повторила:

– Ни Джонни, ни кому-то другому. Обещай мне, что будешь осторожна.

– Обещаю, – неохотно согласилась Гретхен. – Я быстренько поговорю с Джонни, а после этого сразу же выеду. Наверное, мне лучше всего сесть на поезд в Олбани. Ближайший отходит часа через два, в Нью-Йорк он прибывает в час пятнадцать.

– Я тебя встречу, буду ждать наверху у эскалатора, который поднимается от платформы, – предложила Джори.

– Хорошо, я тебя найду. Надеюсь, я не очень помешала твоим планам на сегодня? – неуверенно спросила Гретхен. – Ты же знаешь, я бы не стала звонить, если бы мне было к кому еще обратиться.