Шоу не должно продолжаться - Алексей Макеев

На этот день у него было запланировано всего одно важное дело, но на его выполнение могло и дня не хватить. Гуров планировал успеть обойти всех кандидатов из последнего списка. Примерно до двух часов дня его визиты проходили по одной схеме: приезжает на адрес, беседует с кандидатом, прощается и едет на следующий адрес. Но на улице Кооперативной все изменилось. В дверь очередного кандидата он позвонил, уже почти разочаровавшись в собственной затее. Когда замки защелкали и в дверном проеме показалась голова мужчины, Гуров окинул его рассеянным взглядом и спросил:

— Юрий Емельянов? У меня к вам дело. Разрешите войти?

Того, что произошло потом, он никак не ожидал. Во взгляде Емельянова вспыхнул испуг, и дверь захлопнулась перед его носом. Гуров вздохнул, повторно нажал кнопку звонка и одновременно с этим принялся вслух уговаривать Емельянова:

— Прошу вас, Юрий Иванович, откройте. Не усугубляйте своего и без того незавидного положения. Давайте поговорим.

— Убирайтесь, мне не о чем с вами разговаривать! — воскликнул из-за двери Емельянов.

— Не могу. Прежде мы должны поговорить и кое-что выяснить. Выходите, Юрий Иванович. Не нужно усложнять мою работу, иначе это вам боком выйдет.

— Вы меня не пугайте. Я законы знаю, — продолжал говорить Емельянов, но Гурову показалось, что голос его звучит несколько тише.

«Отходит от двери, — сообразил он. — Попытается уйти другим путем. Куда же подастся? Этаж третий. Не особо высоко. Скорее всего, попробует спуститься вниз по балкону». Беда состояла в том, что Гуров был один. Если бы он взял с собой кого-то из оперативников, все оказалось бы намного проще. Один остался бы у двери, второй побежал бы на улицу и предотвратил побег. Теперь же Гуров вынужден был остаться в подъезде.

— Юрий Иванович, вы же понимаете, что рано или поздно мы до вас все равно доберемся, — предпринял он очередную попытку вразумить Емельянова. — Так зачем бегать? Не лучше ли принять то, что заслужил, чтобы потом с чистой совестью смотреть в глаза людям?

— Можно подумать, вы на моем месте так вот прямо взяли бы и сдались! — сердито выкрикнул Емельянов. — Не на того напали. Вам меня не взять!

На этот раз голос звучал уже с дальнего расстояния. «Скорее всего, он успел добраться до балкона», — предположил Гуров и принял единственно возможное решение: так как в двух местах одновременно он находиться не может, нужно проникнуть в квартиру. Можно было попытаться вышибить дверь, но, поразмыслив, Лев поступил иначе — он позвонил в соседнюю дверь.

Ему открыл парнишка лет семнадцати. Гуров решительно отодвинул молодого человека в сторону и уже на ходу объяснил, кто он и зачем здесь:

— Полковник Гуров, старший оперуполномоченный Главка. Мне необходимо попасть в квартиру вашего соседа. У вас балконы смежные?

— Нет. В нашем доме только в двухкомнатных и трехкомнатных квартирах балконы предусмотрены, а у нас «однушка», — растерянно двигаясь следом за ним, ответил парень.

— Куда выходит балкон вашего соседа из квартиры номер девять? Соображайте быстрее, времени в обрез!

— На задний двор.

— Слушайте меня внимательно: я — в комнату, из которой смогу увидеть то, что происходит на его балконе, а вы оставайтесь в прихожей. Если он вдруг выйдет через дверь, ничего не предпринимайте. Все, что от вас требуется, — это сообщить мне о происходящем.

— Но почему я должен вам помогать? — возмутился парнишка, но как-то уж очень нерешительно.

— Потому что вы — законопослушный гражданин, а я — представитель этого самого закона! — рявкнул Лев и, скрывшись за дверью, быстро подбежал к окну.

Емельянов был уже на балконе второго этажа. Еще немного, и он окажется на земле. Не тратя времени даром, Гуров бросился из квартиры, пулей слетел на первый этаж и помчался вдоль газона к заднему двору. Огибая угол, он успел увидеть, как беглец скрылся за гаражами, и, не мешкая, бросился туда. Оказавшись в плотных застройках гаражей, он остановился, раздумывая, куда мог побежать Емельянов. Вдруг откуда-то сверху послышался глухой металлический звук, и он поднял голову. Емельянов, стоя на крыше гаража, несколько секунд не мигая смотрел на Гурова, а потом снова помчался прочь.

Так они бежали довольно долго. Емельянов — по крышам, Гуров — по дорожкам возле гаражей. Бежали, пока гаражи не кончились. Прямо за ними начинались густые посадки. Беглец спрыгнул с последнего гаража, восстановил равновесие и скрылся в зарослях деревьев. Гуров отставал от него буквально метров на десять, но это все же было отставание. Когда он добежал до посадок, там уже никого не было. «Ушел, — разочарованно подумал Лев. — Надо было ломать дверь. Где теперь его искать?» Тем не менее поиски он не бросил, продолжая двигаться наугад. Метров через пятьдесят посадки перешли в очередную линию гаражей. Правда, в отличие от предыдущих большинство были явно заброшенными. Тут уж нечего было и думать бегать по крышам. Половина их давно прогнила, кое-где стены зияли дырами, выломанными в кирпиче. Только металлические ворота в захудалых постройках гордо стояли на своих местах, золотясь многолетней ржавчиной.

Гуров медленно продвигался вдоль среднего ряда гаражей, заглядывая в проломы. Дойдя до конца гаражной линии, он решил перейти на следующую, но не успел. Откуда-то сверху раздался дикий крик, и ему на спину бросился Емельянов. Лев едва успел отскочить в сторону. Промахнувшись, беглец опрокинулся на бок и покатился по земле. Воспользовавшись преимуществом, Гуров бросился на него и прижал к земле коленями. Заломив ему руки за спину, он выхватил наручники и быстро защелкнул на запястьях, после чего достал из кармана телефон.

— Дежурный, говорит полковник Гуров. Наряд на улицу Кооперативная, — коротко приказал он и, получив подтверждение о принятом вызове, отключился.

— Так вы из полиции? — подал голос Емельянов, и, как ни странно, голос этот прозвучал как-то чересчур радостно.

— Чему радуемся? — полюбопытствовал Гуров.

— Не поверите: вот лежу тут на грязном асфальте и ловлю себя на мысли, что невероятно рад тому, что в мире существует полиция, — ответил Емельянов, и почему-то Лев ему поверил.

Он разглядывал распластанную по асфальту фигуру и ловил себя на мысли, что представлял себе «идейного вора Володю» совершенно иначе. Он оказался высоким брюнетом среднего возраста и комплекции. Одежда была простая, без изысков и выпендрежа. И футболка, и джинсы наверняка с рынка, а не из модного бутика. Прическа тоже не блистала уникальностью. Почувствовав взгляд, Емельянов поднял лицо, и губы его растянулись в широкой улыбке:

— Вы не объясните, за что меня арестовали? Впрочем, какой бы ни была причина ареста, я все равно рад, что ошибся на ваш счет.

— Неужели? Посмотрим, что вы запоете в кабинете следователя, — проговорил Гуров.

— А будет следователь?

— Непременно. За все в этой жизни приходится платить. Не хотите облегчить душу и начать наше знакомство с чистосердечного признания? Пока ждем патрульную машину.