Один раз в миллениум - Чингиз Абдуллаев

Они молча прошли несколько десятков метров. Тело постепеннопривыкало к ночной температуре после долгого сидения в теплом кабинетеХалуповича. Они свернули за угол, когда Линовицкая спросила:

— Чем вы руководствовались, когда решили проверить именноСкрёбова? Это был расчет? Или интуиция? Или он вам не понравился с первоговзгляда?

— Я не очень верю в антипатию с первого взгляда, — заметилДронго, — как, впрочем, и в любовь.

— А мне показалось, что вы романтик.

— Нет. Романтик Халупович. А я скорее прагматик. Именнопоэтому я и не верю в любовь с первого взгляда. Как и в некую интуицию поотношению к преступнику. Интуиция появляется лишь с опытом. Есть хотите,интуиция — это профессионализм плюс опыт, помноженный на знания. Халупович былпод таким впечатлением после разговора с вами, что несколько раз повторил, какему важна девочка. Очевидно, вы просили его найти внучку погибшей, чтобы с нейпоговорить.

— Я не думала, что он проявит такое участие к девочке, —призналась Линовицкая.

— Что ему оставалось делать? Он считал себя виновным всмерти ее бабушки. К тому же, благодаря нашим совместным усилиям и егособственной мнительности нам удалось доказать, что убийца не собиралсяпокушаться на его домработницу. Скорее, хотел убить именно его. Халуповичдостаточно умный и гибкий бизнесмен, к тому же легко обучаемый. Он мгновенновсе понял и решил, что косвенно виноват в смерти женщины, которая приняла ударна себя, выпив отраву. И тогда он решает помочь ее внучке. Благородный и вполнепонятный мотив.

— Предположим. Но почему Скрёбов?

— Слишком много совпадений. Ни на ком другом не сходилосьстолько совпадений. Во-первых, именно он слышал разговор про девочку. Во-вторых,именно его машина выехала из гаража без досмотра. Затем еще несколько фактов.Именно он встречался с Ольгой, которой он мог доверить какие-то свои секреты.Или не доверить, что больше похоже на правду. Очень важный момент — еговстречи. Ольга с ним встречалась, но замуж наверняка не собиралась, как,впрочем, не торопился с подобными планами и он сам. А ведь это молодой,красивый, по-своему умный парень. И вдруг он видит, как невысокий лысоватыймужчина, годящийся ему в отцы, пользуется колоссальным успехом у женщин.Конечно, Скрёбов успокаивал себя, говоря, что это происходит лишь оттого, чтоХалупович богат, но в душе-то он понимал, что это не совсем так. Здесь должныработать психоаналитики, мне же удалось лишь наметить подобный характер нечеткимпунктиром.

— И трюк с лоскутком от пальто был безупречен. Он вамдействительно поверил! Но это было не совсем честно.

— Согласен. Но мне необходимо было выбить его из состоянияравновесия. Если Таня была в багажнике, а я в этом не сомневался, он должен былзанервничать. Что и произошло. Хотя, я думаю, что если бы мы внимательноосмотрели его одежду и машину, то наверняка нашли бы какие-то доказательстваего вины.

— Вы часто прибегаете к подобным трюкам? Для вас цель важнеесредств? Или наоборот? Признаться, я слышала о вас много лестного.

Дронго остановился. Взглянул на нее сверху вниз.

— Для меня важны и цели, и средства их достижения. Но непротив преступников. Здесь я бываю, как правило, беспощаден. И если преступникидет на заведомую уловку, то и я могу отступить от правил хорошего тона, чтобынайти и разоблачить виновного.

— Если мы будем долго стоять, то простудимся, — заметилаЛиновицкая.

Мимо прошли две девушки. Они явно куда-то спешили. Впередислышался смех, горели огни. У входа в здание стояли молодые люди. Очевидно, этобыл ночной клуб. Взглянув на внушительную фигуру Дронго, одна из девушексказала второй нечто скабрезное, и обе громко рассмеялись. Линовицкаянахмурилась.

— Вы пользуетесь успехом, — заметила она, глядя на спешившиек ночному клубу фигуры.

— Может, мне поработать в этом клубе? — пошутил Дронго. —Буду устраивать нечто вроде мужского стриптиза.

— Я не думаю, что вы будете пользоваться успехом, — заметиласледователь, — в вашем возрасте трудно поразить дамочек чем-то необыкновенным.

— Спасибо за напоминание о моем возрасте, — усмехнулсяДронго, — но боюсь, этих девочек волнует совсем другое.

— Вот именно, — согласилась она, — совсем другое.

Они прошли мимо клуба. Оттуда слышалась громкая музыка,веселый смех, голоса.

— У молодых другая жизнь, — задумчиво сказала Линовицкая.

— У каждого из нас другая жизнь, — заметил Дронго, — простомы иногда этого не замечаем.

— Вы полагаете? — ей было интересно его слушать.

— Убежден, — ответил Дронго — Внешняя мишура мешает намзамечать изменения, происходящие в наших душах. На протяжении всей нашей жизнимы совершаем путешествия. О географических — переездах и экскурсиях — знаютвсе. Но есть и другой тип путешествий. От себя к себе. За тот срок, которыйотпущен нам в этой жизни, мы постоянно неуловимо меняемся, и наши душистранствуют в этом интересном мире, наполненном нашими страхами, страданиями,снами, тайными помыслами, разочарованиями, радостями, горестями, надеждами.Некоторые мысли бывают столь неожиданны и парадоксальны, что мы стыдимся их. Иэти путешествия гораздо интереснее внешних перемещений наших физических тел.Ведь жизнь мудреца гораздо более занимательна и содержательна, чем жизньматроса, пять раз обогнувшего земной шар.

— В таком случае вам интересно жить?

— Конечно. Только я не мудрец. Именно поэтому я перемещаюсьсразу в двух плоскостях. И внутри себя, и вне себя. В этом плане я счастливыйчеловек.

— Впервые встречаю человека, который так говорит о себе.

— Люди обычно боятся сглазить удачу. На самом деле,счастливых людей не так много. Иногда люди тратят на поиски счастья всю своюжизнь и не находят его. И только потому, что выбирают ложную цель. И ложноепонимание счастье.

— В таком случае у вас есть рецепт? — поинтересовалась она.

Он сделал несколько шагов. Она терпеливо ждала.

— Рецепта нет, — наконец сказал он. — Но я знаю одно:счастье всегда внутри нас. Это не внешний фактор, о котором многие мечтают.Деньги, слава, успех — все это лишь внешние атрибуты счастья. Позолота, котораябывает на архитектурных украшениях. Но это не золото, не настоящее золото.Свобода внутренняя и внешняя, независимость, равновесие души, внутренняягармония — вот что такое счастье. Я, наверное, говорю слишком заумно, но, мнекажется, это и есть ощущение подлинного счастья.

Они шли довольно долго молча, прежде чем она задала вопрос:

— Вы действительно живете один?

Дронго усмехнулся.