Смерть в стекле - Джесс Кидд

Гидеон остановил коляску.

– Залезай. Мне нужен помощник с крепкими нервами.

Брайди колебалась. Поблизости на дороге больше никого не было. Она подумала о том, чтобы броситься наутек. Бегала она быстро. Успела бы продраться сквозь изгородь и умчаться через поле, пока он выбирался бы из коляски.

– Живей, Бриджет. Больному нужна помощь.

Возможно, ее подкупило то, как Гидеон произнес ее имя – естественно, без сарказма, – а может быть, выражение искренности на его лице. Но, к своему неизбывному сожалению, Брайди вылезла из кустов и села в коляску.

* * *

Хижина, к которой они направлялись, стояла за селением Крэнбурн. Когда дорога кончилась, они покинули коляску и дальше пошли через поля пешком. Гидеон нес саквояж – кожаный, похожий на тот, с которым его отец ездил в больницу. Брайди он всучил сверток – что-то мягкое, завернутое в упаковочную бумагу. Их путь пролегал по тропинкам, заросшим сорняками и шиповником. Брайди не знала, где она находится. Наконец показалось какое-то жилище – хлипкая старая халупа.

На крыльце сидела женщина с миской на коленях. Плечи ее были укутаны платком. По их приближении она попыталась встать, и платок соскользнул с ее плеч. Она не стала его поднимать. Более изможденного человека Брайди еще не видела.

– Она беременна, – определила Брайди по форме живота женщины, ибо Ган рассказывал ей о таких вещах.

– Нет, – покачал головой Гидеон. – У нее овариальная опухоль. – Он взглянул на Брайди. – И я ее удалю.

Брайди вытаращилась на него.

– Сэр, ее нужно отвезти в больницу.

Гидеон покраснел.

– Это пусть она сама решает.

– Но ведь вы не хирург, сэр.

– Я стану хирургом.

– Вы ведь даже не знаете, с чего начинать.

В лице Гидеона отразилось раздражение.

– Я читал об этом и практиковался на свиньях.

– Свиньи – это одно, женщина – совсем другое.

– Ты слышала про Эфраима Макдауэлла?

– Нет, сэр.

– Это американский врач. Он успешно проводил операции по удалению опухоли яичников. Его пациентки благополучно переживали послеоперационный период.

– Сэр?

– Они не умирали от перитонита. – В голосе Гидеона слышалось едва скрываемое возбуждение. – Свою первую операцию – по удалению массивного новообразования у некоей Джейн Тодд Кроуфорд – он провел в 1809 году. Через месяц она уже снова ездила верхом, и прожила эта дама до семидесяти восьми лет.

Брайди нахмурилась.

– Сэр, почему вы не попросите отца помочь этой бедной женщине?

– Я сам прооперирую несчастную.

Взгляд Брайди наполнился ужасом.

– Не надо, прошу вас…

– Бриджет, если Макдауэлл делал такие операции, значит, это возможно.

– Сэр, я настоятельно…

– Ты здесь потому, что мне нужна пара твердых рук, а не твое дурацкое мнение, – отрезал он. – Держи его при себе.

* * *

Женщину звали Делла Уэбб. В хижине она жила одна, возделывала свой участок земли, ни с кем не общалась. Женщина с желтушной кожей и обескровленными губами, Делла была столь изнурена болью и лихорадкой, что определить ее возраст не представлялось возможным. В ее больших серых глазах застыло недоумение. Она сказала, что Гидеон – ее молодой лесной олень. Ее знатный гость. Брайди понимала, что лучше ни о чем не спрашивать, даже если бы ей было дозволено говорить. Делла сама ей это сообщила между приступами рвоты, когда пыталась встать, чтобы угостить их вином. Гидеон наблюдал за ними с веранды.

– Что вы посоветуете, сэр? – обратилась к нему Делла.

– Делла, мы это уже обсуждали. Ты скорее умрешь в больнице, чем под моими руками, – с досадой произнес Гидеон.

– Сэр, и вы сумеете избавить меня от этого?

– Да.

Делла мрачно кивнула.

* * *

Из двух комнат, что имелись в хижине, ни одна не подходила под операционную. Первая была светлая, но слишком узкая, вторая – пошире, но темная. Гидеон остановил выбор на более светлом помещении. С помощью Брайди он расчистил пространство и втащил туда крепкий стол. Затем развернул сверток, доставая тетрадь и чистые простыни. Упаковочную бумагу он расстелил на каминной полке и разложил на ней хирургические инструменты.

Гидеон с Брайди помогли Делле лечь на стол. Дрожа от боли, она бранилась и извинялась. Потом, когда Брайди начала раздевать Деллу, та тихо заплакала.

Гидеон дал Брайди тетрадь.

– Мы должны строго следовать моим записям. Читай это вслух, пока я буду готовить пациентку к операции.

Брайди силилась сосредоточиться на четком красивом каллиграфическом почерке Гидеона. Слова попадались трудные, но она знала: если не торопиться, прочитать можно что угодно. Инструкция гласила: сделать разрез по срединной линии, промыть кишечник, удалить кровь из брюшной полости.

Ремнями собственной конструкции Гидеон привязал Деллу к столу, закрепив их вокруг ее ног и туловища, затем мелом начертил на стене крест. Делле он велел повернуть голову и смотреть на крест. Полчаса, не больше, и операция будет закончена, пообещал он ей.

После Гидеон вплотную подошел к Брайди и тихо сказал ей на ухо:

– Быстро и спокойно выполняй все мои указания, что бы ни случилось. Ясно?

От страха Брайди даже не смогла кивнуть.

* * *

С истерзанным сердцем, отупев от страха, Брайди ждала Гидеона на веранде. Она затруднялась объяснить, что сейчас произошло в комнате, долго длилась операция или не очень, в какой последовательности. В воображении мелькали лишь отдельные картины – каждая по-своему яркая и ужасная. Делла Уэбб на столе. Ее лицо обращено к стене, на которой мелом начерчен крест. Бьющая спорадически струя крови, пока Гидеон накладывал лигатуру. Таз с теплой водой, который Брайди держала наготове. Вываливающиеся в него внутренности Деллы. Брайди изо всех сил старалась не выронить отяжелевший от них таз, а сама недоумевала, как при этом женщина еще остается живой, смотрит на стену обезумевшим взглядом, беззвучно шевелит губами. Судорожный стон.

Если это кровавое месиво и лишало Гидеона самообладания, вида он не подавал. Равно как не выказывал и сомнений. Пытаясь остановить кровь. Зашивая живот. Накладывая повязку. Плотно закрывая рану, чтобы в нее не попал воздух. Усмиряя Деллу настойкой опия, хотя она и без того лежала неподвижно. Брайди вытерла лицо Деллы. Та уже остывала. Брайди низко склонилась над несчастной и дыхания ее не почувствовала. Затем, следуя указаниям Гидеона, она скатала одеяла по обе стороны от Деллы, подоткнула ее с боков. Они оставят пациентку на столе. Перемещать ее еще нельзя.

Брайди покинула комнату, увидев, что Гидеон начал снимать с себя рубашку. Он вытер ею лицо, шею и руки и связал в узел вместе с пропитанными кровью простынями. Брайди услышала, как он вышел на улицу. Плеск дождевой воды в бочке, что стояла неподалеку от крыльца.