Семь дней - Деон Мейер

Гриссел снова вгляделся в снимок. Скелет прав. Что-то в незнакомце напоминало ушедшую эпоху. Может, зализанные назад волосы?

Фото послали ему и Джону Африке. Может быть, генерал его знает? Гриссел набрал номер Африки. Его сразу переключили на автоответчик. Сообщения он не оставил. Лучше самому перезвонить завтра. Потом он известил обо всем Ньяти и Мани.

Закончив разговаривать по телефону, он попросил Фани Фика:

— Сразу сообщи мне, если придет что-нибудь еще!

— Обязательно. Кстати, я выполнил твою просьбу… У нас в стране живет три Калле Этцебета…

— А-а-а… Да… Тому, которого я ищу, около двадцати лет, — уточнил Гриссел.

— Ясно. Тогда он, наверное, Карел Игнациус Этцебет. С ним все в порядке. Судимостей нет.

— Большое тебе спасибо, — сказал Гриссел, с трудом скрывая облегчение.

— Номер его мобильного телефона есть в базе данных. Хочешь, чтобы я поставил его на прослушку?

Только так Гриссел мог проверить, насколько у Карлы серьезные отношения с неандертальцем. Но зачем напрасно расходовать силы и время «Ястребов»?

— Ты занят, а игра, скорее всего, не стоит свеч, — уклончиво ответил он.

— Ничего, Бенни. Я все равно жду, пока придут другие данные.

В подземном гараже, стоя рядом с БМВ, он посмотрел на часы. Половина двенадцатого. Он позвонил Алексе, чтобы сказать, что едет. К телефону подошла Элла.

— Привет, Бенни… — шепотом сказала она.

— Все в порядке?

— Да. Алекса в порядке. Но она заснула. Не волнуйтесь, она очень устала после дневного похода по магазинам и прочего. Не думаю, что мы ее разбудим.

— Извините, у меня…

— Ничего страшного. Мы смотрели новости и знаем, как вам сейчас тяжело. Открою вам секрет. Она купила очень сексуальное платье, а потом мы приготовили настоящий романтический ужин — со свечами и прочим. Только между нами, готовить Алекса совершенно не умеет: утка пересушилась, ее не прожуешь. Но ей хотелось вас порадовать, поблагодарить вас. По-моему, сегодня она надеялась, что потом… ну, вы понимаете, — заговорщически продолжала Элла.

От усталости Гриссел ничего не соображал.

— О чем вы?

— А вы подключите фантазию. В общем, сегодня я ночую у нее, поговорим завтра. Желаю удачи, Бенни!

— Я… — начал он, но Элла уже нажала отбой.

— Фо па! — негромко, но с чувством произнес он.

Он лежал на спине в своей кровати, простыню и одеяла сбросил из-за жары. Он понимал, что придется долго ворочаться, прежде чем удастся заснуть, хотя он и вернулся к себе в квартиру, где все звуки были знакомыми и утешали — жужжание старенького холодильника внизу, звук телевизора у соседки и шум машин на Аннандейл-стрит. После того как сумасшедший день закончился, он все больше ненавидел стрелка. Ярость охватывала его медленно, постепенно, как приливная волна.

Но по-настоящему он возненавидел снайпера только после того, как прочел его последнее послание. Гад, который ему звонил, нарочно сбивал его со следа. И не только его одного! Мбали Калени сегодня тоже выглядела потерянной, смертельно усталой. Все они дошли до ручки, потому что у них ничего не получалось. А голос Мусада Мани, когда он беседовал с генералом из Претории… Впервые Гриссел уловил в нем нотки безнадежности, как будто бригадир тоже выдохся… А ведь погоня только началась!