37 девственников на заказ - Нина Васина

— Нет, — отвечаю я. — Не передвигали. Я позвонила вам с этого аппарата.

— А я принесла из кухни два стула, чтобы сесть здесь, — объясняет Люся.

— А я ничего не выносила! — слишком громко заявляет мама.

— Почему вы позвонили мне, а не в милицию? — надувается злостью Урса. — Ну почему, спрашивается?!

— Я подумала, вам будет интересно…

— Мне? Интересно? Вы обнаружили двух мертвых старушек и решили, что мне это будет интересно?

— Это две жены Богдана Халея. Аквиния, — я кивнула направо, — и Анна, — кивнула налево.

— Что?

— Да. А это — дочка Богдана Халея, Люся Кама-рина.

— Хотите сесть? — поинтересовалась Люся. — На кухне еще есть табуретка. Я принесу.

— Нет, — моментально успокоился Урса. — Спасибо. Я постою. Это ваша квартира.

Люси. Люся посмотрела на меня.

— Это квартира Аквинии, — объясняю я. — Она купила ее для наблюдения за квартирой бывшего мужа, — показываю рукой на окно.

— Прекрасно, не будем пока вызывать милицию, — определился Урса и положил трубку. Прошелся туда-сюда по комнате и опять взял трубку телефона. — Будем вызывать надежных сотрудников.

Пока он говорил по телефону, я попыталась объясниться с Люсей.

— У меня для тебя очень важное сообщение.

— Я тоже должна сказать тебе нечто важное, — кивнула Люся.

— Люся, у тебя нет никаких психических отклонений! То, что ты видела в детстве, было абсолютной реальностью!

— Уже проводите сеанс лечения? — возник рядом Урса и уставился на меня злыми глазами. — Отвечайте быстро, пока некому протоколировать. Вы обе были здесь в момент смерти старушек?

Сбивчиво рассказываю, почему мы здесь. Откуда у меня ключи от этой квартиры. Люся показывает билет Аквинии на самолет, улетевший без нее. Мама в это время постаралась прошмыгнуть к двери.

— Здесь все родственники, а я совсем посторонняя, — объяснила она, когда Кохан ее остановил. И вдруг спросила: — Они ведь не зарезаны? Они умерли от злости, да?

Я схватилась за голову. Кохан вцепился в маму мертвой хваткой. Мама объяснила, почему она решила вынести из квартиры с мертвыми телами три упакованных ножа для резки тростника.

— Потому что я теперь сама не знаю точно, который из них — Мудрец!

— Как — Мудрец? — взвился Кохан. — Опять — Мудрец?!

— Вот видите, вы тоже все понимаете — недаром мне сразу показалось, что я вас уже видела раньше! — перешла в наступление мама. — Теперь понимаете? Это все случилось с женами Богдана, потому что они вынесли из его квартиры нож Мудрец! Проклятие, понимаете? А я, как назло, накануне перепутала все ножи, чтобы они не знали, где какой!

— Заче-е-ем? — стонет Кохан, терзая свое ухо.

— От злости на них, на этих развратных старух, я уже объяснила! Вот и пришлось теперь… — развела она руками, — вынести все три ножа. Пусть пока полежат на всякий случай в квартире Богдана, а то вдруг с вами что случится…

— Почему — со мной? — склоняется Кохан над мамой, усаженной им силой обратно на тахту.

— Но вы же… вы потребуете сейчас вернуть назад… вещественные доказательства, и тогда с вами опять может случиться… вы уже подвергались…

— А что, эти ножи являются вещественными доказательствами? — спрашивает Урса.

— Конечно, нет! — с горячностью уверяет мама, натыкается на его свирепый взгляд и стушевывается. — Если только они не зарезали друг друга…

— Я с ума сойду с вами! — подводит итог Урса. У открытой входной двери послышались голоса.

— Коллеги! — обратился к вошедшим мужчинам Урса. — Для начала обыщите присутствующих здесь живых дам, а потом — соответственно мертвых.

Я сознаюсь, что страшно спешу.

— Обыщите ее первой! — приказывает Урса.

— Урса Венедиктович, сделайте одолжение: обы-щите меня сами, — попросила я.

— Я в этом деле не профессионал, — злорадно сообщил Урса.

— Обыщите, мне нужно вас о чем-то попросить. Это личное, — добавляю я.

Пока Урса топчется рядом и сопит, проводя по моему телу руками, я прошу его узнать по своим каналам, не получал ли Иероним Глистин значительную сумму денег перед тем, как состоялась наша встреча.

— Ваша с Глистиным? — не удивился моей просьбе Урса.

— Нет, наша с вами в кабинете № 12.

— Допустим, — подумав, отвечает Урса, — Глистин имел некоторые договоренности со Службой. Что вам это даст?

— Тогда я должна срочно бежать.

— Бежать, в смысле — скрыться?..

— В смысле — опаздываю, хватит гладить мою ногу.