Вдовы носят траур - Эрл Стенли Гарднер

Или что-то вроде этого. Нам показалось, чтоэтот человек был как бы под хмельком: сидит в машине и ухмыляется. Фотоаппаратамы не видели. Наверное, он был спрятан где-нибудь в автомобиле.

— Вы видели фотографии?

— Ода.

— А как насчет регистрационной карточки?

— Мы видели фотокопию.

— Фотокопии стоят гривенник дюжина. Этотчеловек мог сделать тысячи таких копий. Он может сделать сто негативов. Мыпотребуем, чтобы он вернул отпечатки, негативы и саму регистрационную карточку.Заплатим за них. Уничтожим. Но, возможно, шантажист уже сделал фотокопии сфотокопий и передал их кому-нибудь. Тогда появится новый шантажист с новымитребованиями.

— Поэтому вы нам и нужны, — вмешалсяБаффин.

— Чего вы от меня ждете?

— Вы должны предотвратить такой поворотсобытий. Не допустить, чтобы это случилось.

— Вы многого хотите.

— Мы и платим много, — отрезалБаффин.

— Значит, это было шестого утром? —спросил я у Конни.

— Да.

— Всего неделю назад, — сказаля. — Сегодня понедельник, тринадцатое.

— Правильно.

— А регистрация в мотеле состояласьпятого?

— Да.

Баффин взглянул на часы.

— Я думаю, Конни, Дональд все понял.

— Ах, ваше имя Дональд? — спросилаКонни.

Я кивнул.

— Хорошее имя. Подходит для честного изнающего свое дело профессионала.

Она оглядела меня с головы до ног. Баффиннетерпеливо ерзал на стуле. Она встала, подошла к двери, которая, очевидно,вела в спальню, и сказала:

— Я оставлю вас на минуту.

Конни отсутствовала меньше тридцати секунд.Она вернулась с пачкой денег, которые тут же передала мне.

Я сосчитал их. В пачке оказалось сто сотенныхбумажек.

— Хотите расписку? — спросил я.

Она рассмеялась. Ее смех прозвучал искренне.Во всей этой истории искренность показалась мне неожиданной.

— О Господи, конечно нет! — сказалаона. — Я хочу выпутаться из этой неприятной истории. Остальное меня неинтересует.

— Десять тысяч — большой кусок.

— Знаю, — сказала она. — Но этиденьги не имеют для меня большого значения. Их мне дали на студии, чтобы замятьисторию с шантажом.

— Какая именно студия? — спросил я.

— Не говори ему, — быстро сказалБаффин.

— Почему, Ник?

— Он не узнал тебя, — сказалБаффин. — Пусть твое имя останется неизвестным.

Она улыбнулась мне.

— Пожалуй, я промолчу, — послушаласьКонни совета Баффина.

— Нам пора, Дональд, — торопил он.

Я встал. Конни протянула мне руку.

— Удачи, — сказала она.

— Скорее всего, удача мне действительнопонадобится.

Баффин открыл дверь. Она проводила нас вкоридор. Через четыре минуты мы были в спортивной машине Баффина.

— Ну, вы получили деньги, — сказалБаффин. — Теперь все в порядке?

— Спокойно, — сказал я. — Яполучил деньги. Но теперь я хочу вам кое-что сказать.

— Что?

— Я не отдам эти деньги никому до техпор, пока не сочту, что все сделано так, как надо.

— Мне это подходит, — согласилсяБаффин.

— При этом я полагаю, что никто несобирается отобрать у меня эти деньги.

Он поднял брови с искренним, а может быть иподдельным, удивлением.

— Никто, — со значением повториля. — Я также не позволю хитростью или мошенничеством вымогать эти деньги.

— Почему вы вообще думаете о каком-товымогательстве или мошенничестве? — обиженно спросил Баффин.

— На всякий случай, — сказаля. — Всякое бывает.

Сидя в машине, я открыл маленькийчемоданчик-кейс, который захватил с собой. Вытащив оттуда бесшумный револьвер,я засунул его в боковой карман пиджака. Баффин одобрительно смотрел на этупроцедуру. Потом он заключил:

— Вижу, вы серьезно намерены оправдать свойгонорар.

Мы тронулись с места и медленно поехали.Остановились около отеля «Стилмонт». Баффин опустил в автоматпятидесятицентовую монету — плату за пользование гостиничной стоянкой. Послеэтого наша машина заняла на стояночной площадке свободное место.

Выключив мотор, Баффин снова посмотрел на часыи сказал:

— Минуточку.

Затем он открыл дверь, вылез из машины икуда-то ушел. Впрочем, скоро он вернулся и опять сел в машину.

— Чем мы сейчас занимаемся? —спросил я.

— Мы ждем.

— Выплата будет происходить здесь?

— Не здесь — в отеле.

— Чего же мы ждем?

— Когда будет нужно, я об этом скажу.

Я уютно устроил мой курносый револьвер владони так, что в любой момент мог простым легким движением кисти направить егона Баффина. Он не заметил этих моих манипуляций. Выключив в машине свет, оноткинулся на сиденье. Вытащил из кармана сигарету.

Прикурил от автомобильной зажигалки. Но тут жераздавил сигарету в пепельнице. Мы ждали минут десять.

За это время на стоянку въехало полдюжинымашин.

Две уехали. Потом подошла большая машина.Баффин взглянул на нее и выпрямился на сиденье. Водитель поставил машину черезтри автомобиля от нас. Вылез.

Посмотрел на часы. Не спеша пошел к входу вотель.

Баффин подождал, пока мужчина не скрылся извиду, после чего сказал мне:

— Ну, Лэм, делайте вашу работу.

Он открыл дверцу. Я положил десять тысяч всвой чемоданчик и взял его в левую руку. В правой я держал спрятанный в карманеплаща и направленный на Баффина револьвер. Когда мы подошли к дверям отеля, ябыстро переложил револьвер в чемоданчик.

Баффин шел впереди. Мы подошли к портье.

— В какой комнате остановился мистерСтармэн Калверт? — спросил Баффин.