Дело рисковой вдовы - Эрл Стенли Гарднер

Седовласая женщина сидела в кожаном кресле в кабинетеизвестного адвоката по уголовным делам Перри Мейсона.

Серые глаза Мейсона смотрели на посетительницу с темлюбопытством, которое вызывал у него каждый новый клиент. Она спокойновыдержала его взгляд и ответила на заданный вопрос:

– Я никого не убивала, но только не думайте, что я из техдобропорядочных старушек, которые все вечера проводят с вязанием у камина. Этосовсем не так – я упрямая старая ведьма.

– Порой, – улыбнулся адвокат, – за внешностью человека,подверженного страстям, в действительности скрывается…

– Вдова, – продолжила посетительница, заметив, что онзамолчал, подбирая точное слово. – Можно даже добавить – рисковая вдова. Я былав суде, когда слушалось дело о собаке, которая выла, вы произвели на менявпечатление тем, как бились за свою подзащитную. В каком-то смысле я тоже боец,только воюю сама за себя.

Перехватив взгляд адвоката, Делла Стрит, его довереннаясекретарша, спросила у посетительницы:

– Не могли бы вы продиктовать ваше полное имя, возраст идомашний адрес.

– Матильда Бейсон, – представилась пожилая дама. – Проживаюна Бэйджвуд Драйв, девятнадцать девяносто. Возраст вас не касается.

Мейсон усмехнулся и спросил:

– Давно вы предпочитаете сигары?

– С того самого времени, – заявила она, сверкнув глазами, –как махнула рукой на ерунду, именуемую добропорядочным образом жизни.

– И давно это произошло? – полюбопытствовал адвокат.

– Когда умер мой муж, я получила возможность увидеть, какиетрусливые ханжи меня окружают. Собственно, это все не имеет значения.

– Всегда хочется узнать побольше о человеке, чтобы лучшепонять его, – пояснил Мейсон. – Пожалуйста, продолжайте. Вы отверглитрадиционный образ вдовы?

– Да. И с каждым днем веду себя все рискованнее ираскованнее. Родственники со стороны мужа заверяют, что я – их позор, но мнеплевать! Сейчас много говорят и пишут о людях, которые боятся смерти. По-моему,они гораздо лучше тех, кто боится жизни. Мои родственники как раз из этойпороды – живут лишь по привычке и абсолютно ничего не могут. Они утверждают,что Сильвия сбилась с пути только из-за меня, и…

– Кто такая Сильвия? – перебил Мейсон.

– Моя внучка.

– Она замужем?

– Да. За Фрэнком Оксманом. И у них есть дочурка – Вирджиния,ей шесть лет.

– То есть вы – прабабушка?

– Да, – подтвердила она довольно и выпустила струйку дыма. –Я – прабабушка.

– Расскажите поподробнее о родственниках вашего покойногомужа, – попросил Мейсон. – Вы с ними, как я понял, не в ладах?

– Да нет, собственно. Я ведь раньше была такой же, как они.Просто в один прекрасный день я взбунтовалась, вот и все.

– Из-за чего же, если не секрет?

– Неужели это так важно? – спросила она, нахмурившись. – Япросто решила возместить себе долгие, пустые, скучные годы. Я воспитана в самыхжестких пуританских традициях – с детства вокруг меня никто не хотел, да и неумел, по настоящему насладиться жизнью. В отрочестве они думают лишь о том, какподготовить себя к достойной зрелости, а повзрослев – как бы побольшезаработать, чтобы обеспечить старость. А в старости единственной заботойстановится примирение с Богом, и они замаливают грехи, которые не совершали. Ябыла одной из них и даже не помышляла о другой жизни. А потом умер мой муж, имне достались по страховке кое-какие средства. Я выгодно инвестировала их,стала довольно обеспеченной и независимой и решила попутешествовать, посмотретьна мир. И поняла, как много теряла – я даже не подозревала о прелести жизни.Мне ведь тогда было уже за шестьдесят, но, как оказалось, по-настоящему яникогда и не жила. Так что теперь я пью виски, курю сигары, ругаюсь площаднойбранью и вообще делаю все, что захочется. Чтобы удовлетворять все мои прихоти,денег у меня вполне достаточно.

– И теперь вам потребовались услуги адвоката? – спросилМейсон.

– Да, – кивнула миссис Бейсон, став внезапно серьезной.

– У вас возникли проблемы?

– Пока нет.

– Но предполагаете, что будут?

Посетительница задумчиво поджала губы, мизинцем ловкостряхнула пепел с сигары и, наконец, произнесла:

– Собираюсь этого не допустить.

– Хорошо, – сказал адвокат. – Каких именно услуг вы от меняхотите?

– Вам известен господин по имени Сэм Грэйб?

– Нет. Кто он такой?

– Содержатель игорного дома. У него есть партнер – некийЧарли Дункан. Они вместе содержат корабль, бросивший якорь за пределамидвенадцатимильной зоны. Судно переоборудовано под казино и носит гордоеназвание «Рог изобилия».

– Чем вам насолил мистер Грэйб?

– Он может сильно навредить Сильвии.

– Как именно?

– Он имеет ее долговые расписки.

– На какую сумму?

– Семь с половиной тысяч долларов.

– Каким образом он их получил?

– Она играла на них в его заведении.

– И вы желаете, чтобы я принес их вам, не заплатив ни цента?

– Нет, конечно, – вспыхнула миссис Бейсон. – Я хочу, чтобывы полностью рассчитались за долги Сильвии. Но ни центом больше. Я готоваплатить долги, но шантажисту – никогда.

Мейсон удивленно посмотрел на миссис Бейсон.

– Вы хотите сказать, – переспросил адвокат, – что мистерГрэйб может не отдать эти расписки по номинальной стоимости? Но он не имеетправа поступить иначе. Ведь это…

– Не торопитесь с выводами, молодой человек, – перебила она.– Вы не знаете этого человека, а рассказать вам я могу очень немного. Грэйбустало известно, что Фрэнк Оксман, муж Сильвии, вполне вероятно, заплатит за этирасписки больше, чем они стоят на самом деле.

– Почему? – спросил адвокат.

– Это доказательства.

– Доказательства чего?

– Того, что Сильвия одержима страстью к игре, и на этомосновании ей нельзя доверять деньги.

– Зачем мистеру Оксману такие доказательства?

– Мне не хотелось бы сообщать вам больше того, что я ужесказала. Все, что я прошу, это чтобы вы принесли мне эти расписки. Вы получитеденьги на их оплату. Если нужно будет оплатить некоторый процент – что ж,оплатите, только не очень много. Терпеть не могу шантажистов.