Хранительница тайн - Кейт Мортон

Ферма «Зеленый лог», 2011 год

– Она сказала, что хочет вернуться домой.

Одной рукой Лорел терла глаза, другой шарила по столику в поисках очков.

– Что-что?

На сей раз ответ Роуз прозвучал тише, медленнее и отчетливее, словно она разговаривала с иностранкой.

– Она сказала мне сегодня утром, что хочет домой. На ферму. – Роуз помолчала. – Больше не хочет оставаться в больнице.

– Понятно.

Лорел сощурилась. Господи, какой яркий свет.

– А что доктор?

– Я собираюсь поговорить с ним после обхода, но, Лол… – Роуз понизила голос, – медсестра сказала мне, что осталось недолго.

Одна в своей девичьей спальне, глядя, как солнечные лучи скользят по выцветшим обоям, Лорел вздохнула. Осталось недолго. Все ясно без лишних слов.

– Я поняла.

– Да.

– Домой – значит, домой.

– Да.

– Мы за ней присмотрим.

Роуз помолчала, и Лорел переспросила:

– Роуз?

– Я слушаю. Лол, ты не шутишь? Ты останешься?

Держа трубку подле уха, Лорел пыталась поднести спичку к сигарете.

– Конечно, останусь.

– Как странно. Ты плачешь, Лол?

Лорел отбросила спичку.

– Нет, не плачу.

Снова пауза: Лорел казалось, что она слышит постукивание бусин.

– Роуз, – сказала она мягче, – у меня все хорошо. Мы справимся, вот увидишь.

Роуз издала тихий сдавленный звук, означавший то ли согласие, то ли сомнение, и сменила тему.

– Как прошел вечер?

– Хорошо. Пришлось немного задержаться.

Сказать по правде, на часах было около трех, когда Лорел вернулась на ферму. Полночи они с Джерри гадали, какие отношения могли связывать их мать и Генри Дженкинса. Было решено, что пока Джерри наводит справки о докторе Руфусе, Лорел займется загадочной Вивьен. Она была связующим звеном между Дороти и Генри, вероятно, именно из-за нее тот и разыскал их мать в далеком шестьдесят первом.

Ночью им казалось, что разгадку найти несложно; при свете дня Лорел одолели сомнения. Она опустила глаза на голое запястье, недоумевая, куда подевались часы.

– Который час, Рози?

– Одиннадцатый.

Одиннадцатый? Господи, опять проспала.

– Рози, я вешаю трубку, но скоро приеду в больницу. Ты еще будешь там?

– Я уеду около полудня. Мне нужно забрать младшую дочку Сэди из садика.

– Хорошо, жди меня, вместе поговорим с доктором.

Когда Лорел приехала, Роуз беседовала с доктором. Медсестра в регистратуре посоветовала заглянуть в кафетерий. Должно быть, Роуз выглядывала ее, потому что замахала рукой, не успела Лорел войти. Лорел махнула в ответ. Роуз горько плакала. На столе горкой лежали использованные бумажные салфетки, тушь под глазами размазалась. Лорел села рядом, поздоровалась с доктором.

– Я только что говорил вашей сестре, – произнес он профессионально-участливым тоном, который Лорел превосходно имитировала, играя врачей, вынужденных сообщать пациентам горькую правду, – что мы исчерпали все способы лечения. Теперь она нуждается лишь в обезболивающих и хорошем уходе.

Лорел кивнула.

– Сестра сказала мне, доктор Коттер, что мама хочет вернуться домой. Вы не против?

– Не вижу никаких препятствий. – Он улыбнулся. – Впрочем, если она решит остаться в больнице, мы тоже не станем возражать. Большинство наших пациентов лежат здесь до конца…

До конца. Роуз сжала под столом руку сестры.

– Но если вы хотите ухаживать за ней на дому…

– Хотим, – вставила Роуз. – Разумеется, хотим.

– …то сейчас самое время ее перевезти.

Лорел испытывала непреодолимое желание закурить.

– Мама долго не протянет, – произнесла она. Это прозвучало скорее утверждением, чем вопросом, однако доктор ответил:

– Загадывать не берусь, но да, долго она не протянет.

– В Лондон? – спросила Роуз, когда они шли по крапчатому линолеуму больничного коридора. Сестры расстались с доктором четверть часа назад, однако Роуз до сих пор сжимала в кулаке мокрую салфетку. – По работе?

– Нет, я же сказала, что взяла отпуск.

– Мне не нравится, когда ты так говоришь, Лол. Не огорчай меня, пожалуйста.