Хранительница тайн - Кейт Мортон

Лондон, конец января 1941 года

Никогда в жизни Долли не чувствовала себя такой униженной. Да проживи она хоть сотню лет, ей не забыть прощальных взглядов Генри и Вивьен Дженкинс, не забыть насмешливых гримас, исказивших их жестокие и прекрасные лица! Долли почти поверила, что она никто – соседская прислуга, явившаяся незваной в платье с хозяйского плеча! Почти поверила. Однако Долли знала себе цену. Как однажды сказал ей доктор Руфус: «Вы одна на миллион, Долли».

Спустя два дня после происшествия доктор, откинувшись на спинку кресла в «Савойе» и разглядывая Долли поверх сигары, спросил:

– Скажите, Дороти, почему эта женщина, Вивьен Дженкинс, отнеслась к вам так пренебрежительно?

Долли задумчиво покачала головой.

– Я думаю, что когда она вошла и увидела нас с мистером Дженкинсом… – Долли смущенно отвела глаза, вспомнив, как смотрел на ее ноги Генри Дженкинс. – Видите ли, в тот день я была при полном параде, и, боюсь, Вивьен это пришлось не по нутру.

Доктор кивнул и погладил себя по подбородку.

– А что вы почувствовали, когда эта женщина проявила к вам неуважение?

У Долли чуть слезы не брызнули из глаз, но она вонзила ногти в ладонь, чтобы не разреветься, храбро улыбнулась и ответила:

– Я почувствовала себя униженной, доктор Руфус, и еще я очень, очень обиделась. Никто и никогда не поступал со мной так подло. Особенно друзья. Я ощутила…

– Хватит, я сказала, хватит!

В залитой солнечными лучами спальне на Кемпден-гроув леди Гвендолен лягнула Долли крошечной ножкой и возопила:

– Полегче, или ты спилишь его под корень, глупая девчонка!

Долли покаянно уставилась на белый треугольник – туда, где раньше был розовенький ноготок. Это все Вивьен виновата. Из-за нее Долли задумалась и принялась орудовать пилкой сильнее, чем требовалось.

– Простите, леди Гвендолен, мне следовало быть аккуратнее…

– Довольно об этом. Подай мне конфеты, Дороти. Я всю ночь не сомкнула глаз. Телячья голяшка с тушеной капустой на ужин! Будь прокляты эти новомодные военные рецепты! Неудивительно, что мне снились всякие ужасы!

Долли послушно подала хозяйке мешочек со сластями и терпеливо ждала, пока та выберет самую крупную конфету.

Постепенно в душе Долли унижение уступило месту стыду, который сменился гневом. Почему Генри и Вивьен Дженкинсы отнеслись к ней, словно к презренной воровке? Она всего лишь хотела вернуть Вивьен медальон. Да и кто она такая, эта Вивьен, которая лжет, изворачивается и крутит шашни за спиной мужа, чтобы судить о Дороти? О Дороти, ни разу в жизни не сказавшей о ней дурного слова!

Что ж, вздохнула Долли решительно, прибираясь на туалетном столике, теперь с этим покончено. У нее есть план. Сейчас она не станет ничего говорить леди Гвендолен, но когда старая дама узнает, как предали ее юную подопечную, она, несомненно, его одобрит. А когда закончится война, они с леди Гвендолен закатят шикарный прием, великолепный бал с маскарадными костюмами и пожирателями огня. Будут приглашены все знаменитости, журнал «Леди» напечатает репортаж с фотографиями, да что там, этот прием будут вспоминать годы спустя! Долли представила, как разодетые гости прибывают на Кемпден-гроув, гордо дефилируя мимо дома номер двадцать пять, а несчастная Вивьен, которую забыли пригласить, тихо плачет у окна.

А пока… Есть люди, которых лучше обходить стороной. В случае с Генри Дженкинсом это несложно, а чтобы не видеть Вивьен, придется уйти из благотворительной столовой. И отлично: одним махом Долли освободится из-под власти миссис Уоддингем, а свободное время посвятит леди Гвендолен.

Так Долли и поступила, и, как выяснилось, не прогадала.

На следующее утро, когда вместо того, чтобы подавать суп в столовой, Долли массировала затекшую ногу леди Гвендолен, в дверь позвонили. Старая дама махнула рукой в сторону окна и велела Долли посмотреть.

Поначалу Долли испугалась, что это Джимми – несколько раз он приходил на Кемпден-гроув, но, к счастью, тогда кроме Долли и леди Гвендолен в доме никого не было, и скандала удалось избежать. Долли выглянула в заклеенное крест-накрест окно и увидела внизу Вивьен Дженкинс. Она стояла на пороге, украдкой оглядываясь через плечо, словно звонить в дверь дома номер семь было ниже ее достоинства. Долли вспыхнула, мгновенно догадавшись, зачем пришла Вивьен. Хочет в очередной раз напакостить Долли: рассказать леди Гвендолен о воровских привычках ее компаньонки! Долли представила, как Вивьен, изящно расположившись в пыльном кресле у постели леди Гвендолен, наклоняется к уху хозяйки, чтобы посплетничать о кознях прислуги: «В наши дни совершенно невозможно найти порядочную горничную, не правда ли, леди Гвендолен? Недавно нам пришлось убедиться в этом на собственном опыте…»