Разбитое сердце богини - Валерия Вербинина

– Охотник? – Шарлахов повернулся к нему. – Ты действительно там был?

– Да, Ипполит Сергеевич. Но, когда я подъехал, Никита был уже мертв. – Охотник поколебался. – Днем ранее я незаметно поставил в его машину жучок, на случай, если Ангел вновь объявится, а меня поблизости не окажется. Когда я забирал записывающее устройство, меня заметил бомж. Думаю, он видел также, что я взял что-то из машины, и сказал Владиславу. Тот понял, что выдал себя, и решил меня убить, а заодно избавиться от Татьяны и вернуть деньги, которые ей дал.

На лице Владислава читалась безнадежность. Этот человек, вчера еще такой уверенный в себе, сдулся, как проколотый воздушный шарик.

– Так Никита все-таки догадался? – спросил у него Ипполит Сергеевич.

– Я нервничал и случайно проговорился, – пробормотал Владислав, пряча глаза. – Нет, я ни в чем не признавался, но он понял, что это я убил Алешу. Это произвело на него сильное впечатление… Он решил, что я как-то связан с Ангелом и остальные убийства – тоже моих рук дело. К тому же он знал, что Ангел охотится и за ним тоже, и стал мне грозить… что позвонит капитану, все ему расскажет… Я не хотел его убивать, но мне пришлось от него избавиться. Честное слово, я не хотел!

– Это все? – оборвал его излияния капитан Калиновский. – Вы убили только Алексея и Никиту, и больше никого?

– Вы собираетесь меня арестовать? – пробормотал Владислав. Судя по всему, он пребывал в полной растерянности.

– Я просто выясняю обстоятельства, – пояснил капитан с широкой улыбкой. – И потом, какой арест, я просто гуляю с друзьями по лесу в свободное от работы время. На вашей совести только Алексей и Никита? Так, Владислав Ипполитович?

Тот кивнул.

– Больше вопросов не имею, – объявил Калиновский.

– Надеюсь, тебе не надо объяснять, что я не желаю тебя больше видеть, – резко промолвил Ипполит Сергеевич, обращаясь к сыну. – Никогда. Равно как и эту… – Он хотел сказать что-то жестокое в адрес Марины, но сдержался.

Владислав остановился. Он пытался возразить, но жена не дала ему открыть рта.

– Славик, пойдем, пойдем, – лепетала Марина. – Идем отсюда. Не надо с ним спорить, ты же видишь, как все обернулось… Не надо!

Она крепко ухватилась за него, и они побрели прочь, шатаясь как пьяные. Двое или трое бандитов, поколебавшись, все же последовали за ними. Мне показалось, что после их ухода на поляне стало гораздо светлее.

– Ты давно его подозревал? – внезапно спросил Охотник у Калиновского.

– Да как сказать, – отозвался капитан, пожимая плечами. – Но мне сразу же показалось, что убийство Алексея Шарлахова вроде бы не в стиле Ангела Смерти. Я решил, что кто-то решил свалить на знаменитого киллера еще одно убийство и под шумок избавиться от лишнего человечка. Проблема была только в том, что Алексей многим не нравился и многие могли иметь на него зуб. Не только из-за женщин, кстати, но и из-за его манеры вести дела. А ларчик, как видишь, открывался очень просто.

Он повернулся ко мне и улыбнулся своей обычной кривоватой улыбкой.

– Ну что, Татьяна Александровна? Все хорошо, что хорошо кончается, правда?

– Знаете, – выдавила я из себя, – я вам очень благодарна. Ведь Владислав… он хотел… Он собирался убить нас. Если бы вы пришли чуть-чуть позже…

Калиновский махнул рукой.

– О чем вопрос, разлюбезнейшая Татьяна Александровна. Мы, в принципе, стояли тут за кустами и ждали удобного момента для вмешательства. Конечно, если бы мы пришли позже, тогда… Хотя для вас это вряд ли что-то изменило бы.

– Не говорите глупостей, – сердито отозвалась я. – Приди вы позже, я бы валялась в этой грязной яме с дыркой в голове и… – Я передернула плечами. – Впрочем, вам ведь до этого нет дела.

– Ну, с вами определенно бы ничего не случилось, – мягко сказал капитан. – Не тот вы человек.

– Откуда такая уверенность? – проворчала я.

Калиновский торжествующе улыбнулся.

– Потому что Ангел Смерти – это вы.